Антисваха против василиска (СИ)
— Уговорите художника выставляться в моей галерее! Обещаю любой процент от сборов за посредничество! — умоляюще сказал Артюль и жадно спросил: — Сколько всего у него имеется картин?
— У неё, — автоматически поправила Аня.
— Эти шедевры написала женщина?! Быть того не может! — изумился искусствовед, но быстро смущённо извинился: — Простите, я не хотел принизить талантливость женского пола.
— Но у вас это блестяще получилось, — укорила Аня.
Артюль задумался, и его глаза вспыхнули фанатичным огнём:
— Если вы подыскиваете мужа для этой своей клиентки-магини, сватайте меня! Я буду её на руках носить, пылинки с неё сдувать! Познакомьте нас, умоляю! Мы же идеально подходим друг другу, разве вы не видите?!
Честно говоря, пока Аня видела, что идеально подходят друг другу картины и владелец галереи. Отлично, выставку клиентке она устроит при любом исходе разговора с её мужем.
— Вижу, — не стала противоречить искусствоведу Аня. — Мне безумно жаль, что моя клиентка уже замужем. Расспрашивать меня бесполезно, все личные сведения о моих клиентах строго конфиденциальны.
С трудом отделавшись от Артюля, желавшего сразу забрать к себе на хранение то, что уже попалось ему на глаза, Аня зачехлила картины и запрятала их в чулан под вешалки с одеждой от греха подальше. Затем заглянула во все имеющиеся в доме книги, хоть как-то связанные с исторической тематикой: она искала изображение герба, увиденного во сне. К сожалению, в книгах нашёлся только герб королевского рода, но он совсем не походил на образ из сна. Следовало продолжить поиски в городской библиотеке, но сперва написать господину Оэну: она обещала ему сообщать о странных снах, а сегодняшний однозначно был таковым.
«Господин Оэн, у меня нашлась для вас подходящая невеста. Приезжайте, пожалуйста», — написала Аня и выпустила письмо в окно. Связавшись с главой королевской стражи, она разорится на магические письма!
В библиотеке её завалили толстыми справочниками, посвященными истории старинных и современных магических родов. Оказывается, герб одного и того же семейства мог неоднократно меняться, при этом не всегда глава рода тратился на обновление всех символов на всех оградах и домах. Кованой ограде, что видела Аня, было немало лет, медные шишечки на её пиках успели позеленеть от сырости и истереться от времени, так что поиск не обещал быть лёгким.
Глава 34. Невеста магистра
— Я не имею права спрашивать, нашли ли вы Ворейна и списки его адресатов? — угрюмо уточнил Борк, занятый упаковкой обширнейших материалов по делу секты «Возрождение Василиска».
За пятнадцать лет расследования скопилось так много доносов, докладов, отчетов, описаний мест и орудий преступления, что процесс обещал затянуться, несмотря на присланных королём многочисленных помощников, мешавшихся под ногами и стопоривших работу столичного управления. В данный момент все помощники были отправлены в архив — изымать из него львиную долю материалов, не требовавшихся в текущем оперативном расследовании. Расследовании, остановленном приказом короля.
— Спросить можешь, я не имею права ответить. Отвлекись от сортировки давних бумаг, вложи этот листочек в последнюю папку, — велел Ригорин, выкладывая перед заместителем список, переданный Имраном Даймом.
Заместитель Борк, славившийся феноменальной памятью не меньше, чем недоверчивостью и непоколебимой флегматичной серьёзностью, впился в листок глазами. Затем, как приказано, вложил его в последнюю папку. Кликнул начальника оперативного отдела, всё ещё недоумевающего по поводу приказа его величества, и сказал ему громко, так чтобы слышно было на весь коридор:
— Добавь папку к последним данным. Информация секретная, королём к разглашению запрещённая!
Суровым голосом произнося предостережение, Борк открыл верхнюю обложку папки и внушительно потыкал пальцем в только что добавленный листок. Начальник оперативников вчитался в список, помрачнел, гаркнул: «Так точно!» и принялся звать собственного заместителя и так же внушительно тыкать ему пальцем в раскрытую папку.
Ригорин изумлённо покачал головой, закрывая дверь кабинета:
— После стольких лет совместной работы я открываю в тебе новые грани, Борк. Я-то думал, у тебя полностью отсутствует чувство юмора.
— Вы полагали правильно, глава, оно действительно отсутствует. Какие наши дальнейшие планы?
— Готовиться к свадьбе магистра Дайма, — фыркнул Ригорин, задвигая поглубже в сейф коробку с уликами, собранными с последних мест преступлений сектантов. Её тоже придётся отдать, но не раньше, чем в последний назначенный королём день: Ригорин ещё не всё успел пересмотреть.
— Вы слышали, что магистр, согласно приказу, вернул утром в хранилище все забранные им ранее каменные статуи? — привычно невозмутимо поинтересовался Борк, но неожиданно тепло произнесённое слово «магистр» заставило Ригорина обернуться к заму.
— Вот так и вернул? Без всяких возражений? — удивился Ригорин, помнивший, как грозно Имран советовал ему беречь статуи и как быстро изъял их из хранилища при первой возможности. Кстати, надо бы спросить, зачем они ему понадобились тогда.
— Без возражений. Без малейших возражений сдал в хранилище десять ящиков мелкой каменной крошки с общим весом, точно соответствующим весу всех выданных ему ранее статуй. К ящику приложена опись всех объектов и пояснение, что камень по причине летней жары дал трещины ещё в поместье, а потому груз вдребезги разбился при транспортировке.
Только безмятежная физиономия заместителя помогла Ригорину удержать гомерический хохот. Имрану не стоило бы дёргать тигра за усы… впрочем, теперь-то уже без разницы, раз они намерены объявить на тигра охоту.
В дверь коротко стукнули и, не дожидаясь ответа, вошёл руководитель группы, присланной королём для изъятия материалов по секте:
— Вам послание, глава.
Магическое письмо было вскрыто королевским ключом-артефактом. Несомненно, с его содержанием внимательно ознакомились перед тем, как вручить адресату. Сдержав гнев, Ригорин сухо поблагодарил и открыл послание.
«Встречаются же умные люди среди женщин, — думал он, читая послание свахи. — Женщины, которые не забывают о договорённостях и разумных советах. Была бы Аннет Сток магиней — женился бы не раздумывая!»
Вслед за первой крамольной мыслью пришла вторая: если будут пересмотрены законы о полукровках, то вслед за ними придётся изменить и закон о браках. Легализация детей, родившихся у смешанных пар, автоматически связывается с узакониванием отношений их родителей. Ригорину как наяву представилась милая вдовушка, уютная атмосфера её домика и нестерпимо захотелось стать неотъемлемой частью этого благостного мирка.
— Борк, я временно отлучаюсь…, — Ригорин глянул на вскинувшего бровь королевского прихвостня и продолжил: — отлучаюсь на обед.
— А затем отправитесь прямо на место крупной кражи, глава? — серьёзно уточнил Борк. Точно знающий, что никаких сообщений о крупных кражах в управление сегодня не поступало.
«Однако заявление о краже — дело наживное, коли оно вдруг потребуется», — усмехнулся Ригорин и кивнул.
На стук в дверь вышел вихрастый мальчишка, прислуживающий у Эзмерской свахи. Без всякого почтения буркнул «здрасьте» и без поклона пропустил главу королевской стражи в маленький холл, еле слышно фыркнув себе под нос:
— Только не подеритесь, — после чего благополучно исчез в коридоре, ведущем на кухню.
С мыслью, что Аннет слишком распустила прислугу, Ригорин вошёл в кабинет и столкнулся с Имраном Даймом: Дьявол ожидал его, опершись на стол и недобро прищурившись. На столе возвышался огромный букет алых роз, под которым стояла открытка, подписанная тем же почерком, что и переданный Ригорину список: почерком магистра.
— Какими судьбами? — зло процедил Имран.
«Ого, букет-то не первый и даже не второй», — осмотрелся Ригорин, примечая и цветы, и коробку элитных шоколадных трюфелей. Магистр вёл осаду по всем правилам, и этот факт глубоко возмутил главу королевской стражи. Отчего? То, что маг подыскивает любовницу-простолюдинку, готовясь к свадьбе с магиней, не выходило за рамки обыденности.