Пламя Севера (СИ)

— А кто тебе сказал, что он мертв? — усмехнувшись, спросил я.
В истинном зрении энергоструктура вервольфа постепенно восстанавливалась. Помимо внутренностей, которые превратились в кровавое месиво, наконечником копья был поврежден позвоночник — с такими ранами долго не живут. Но это не человек. Если его сейчас не добить, он такими темпами очень скоро встанет на ноги.
— Живучий волчара, — уважительно цокнул языком Сигурд и толкнул оборотня носком сапога. — Хорош притворятся.
Убийца из гильдии Ночных Волков поднял веки и метнул в меня взгляд полный ненависти. А в следующее мгновение его черные глаза удивленно расширились.
— Вижу, ты знаешь, кто я, — усмехнулся я. — Неужели твои боссы так еще и не поняли, что со мной лучше не связываться? Или моя чокнутая тетушка была убедительна? Надо будет сказать ей, что она связалась с дилетантами.
Седобородый глухо зарычал, и по его подбородку хлынула кровь.
— Ты сдохнешь…
— Как твой дружок, который улепетывал, как последняя трусливая шавка? — продолжил усмехаться я.
— Мои братья отомстят… — прохрипел оборотень.
— О нет, — покачал головой я. — Ты не понял, дни вашей гильдии сочтены. Когда закончу дела здесь, на севере, я вернусь в Эрувиль и уничтожу всю твою мерзкую стаю. Вы уже мне порядком надоели.
Седобородый еще что-то пытался хрипеть, но я его уже не слушал.
Взглянув на Сигурда, я кивнул, и тот, выхватив меч из ножен, одним энергетическим ударом легко отрубил башку оборотня.
  
Глава 13
 
На хуторе мы пробыли чуть больше двух часов. Этого времени как раз хватило для того, чтобы слуги соорудили волокуши, на которые положили наших раненых, а также тела погибших как со стороны противника, так и с нашей стороны.
Благодаря молниеносному и неожиданному для врага наскоку, во главе которого был Лорд Грэй и его бравые оруженосцы, наш отряд, можно сказать, понес минимальные потери. Четырнадцать погибших среди слуг и два десятка раненых, в том числе среди дворян.
Аэлира внимательно осмотрела каждый угол на хуторе и насчитала среди трупов противника, помимо вервольфов, двенадцать ульфхеднаров и восемнадцать обычных бойцов. Выходило, что ни один из северных оборотней не сбежал. В отличие от вервольфов, все они сражались отважно.
Очень скоро нашлось тому объяснение. Местные дворяне из нашего отряда узнали среди погибших ульфхеднаров Сверре Лунного Зверя, одного из ближников главы клана Бурых Волков, Эйрика Железнозуба.
Кстати, этот самый Эйрик находился сейчас в королевском лагере и вместе с конунгом Харольдом Седым Волком и другими ярлами, приглашенными на охоту, пировал за столом конунга Бьерна Острозубого.
Новость о том, что мы разгромили лагерь Бурых Волков, заставила господ аристократов крепко задуматься. Их сомнения попытался развеять Лорд Грэй, который громко объявил о том, что правда на нашей стороне, и что мы первыми ни на кого не нападали. Напротив, именно мы подверглись атаке лучников. То есть, другими словами — мы защищались. Его слова были восприняты с воодушевлением, но каждому в нашем отряде, даже самому недалекому слуге было ясно, что объявленное перемирие поставлено под угрозу. Конфликту с лидером клана Бурых Волков обязательно быть.
Перед тем как покинуть лагерь, я дал поручение Аэлире пройтись по следам беглецов. Среди погибших Бурых Волков не хватало двоих человек. Жена Сигурда нагнала нас спустя несколько часов.
Мы ехали немного в стороне от основной колонны, так что услышать нас никто не мог.
— Ты нашла их? — спросил я, когда лошадь Аэлиры поравнялась с моей.
— Оба мертвы, — сообщила она, в подтверждение своих слов бросив мне два костяных оберега с клочками бурой шерсти. — Труп первого я нашла недалеко от хутора. Боец истек кровью. Второй ушел немного дальше, хоть и был ранен. Он был еще жив, когда я его обнаружила. Очень разговорчивый попался. Я пообещала ему исцеление и свободу, если он расскажет, что они делали на хуторе.
Аэлира была мрачнее тучи.
— Твои предчувствия не обманули тебя? — обратился к ней Сигурд.
 
Женщина кивнула своему мужу и взглянула на меня.
— Вся эта охота всего лишь прикрытие. Бурые Волки пришли сюда, чтобы убить конунга Острозубого. Они уже давно готовили месть за то, что тот изгнал их клан из Варглунда.
— Значит, волчья стая это их рук дело? — спросил я.
— Сверре Лунный Зверь, которого зарубил ваш лучший страйкер, умел говорить с Младшими, — ответила Аэлира. — Он пообещал матери стаи добрую охоту в этих краях. Острозубого убили бы во время охоты. Больше тот человек ничего не сказал.
Я кивнул в ответ и задумался. Выходит, мы нашим лихим налетом предотвратили покушение на конунга.
— Уверен, конунг Харольд приложил к этому свою руку, — произнес Сигурд.
— Это хваленое перемирие трещит по швам, — задумчиво произнес я. — По крайней мере теперь ясно, зачем Харольд и жрецы постепенно стягивают к Фьердграду свои силы.
— Ваша милость, вы сообщите остальным? — спросил Сигурд.
— Пока нет, — покачал головой я. — Эту информацию я пока попридержу. О таких вещах если и говорить, то только с правильными людьми. Произошло то, что произошло: случайная стычка во время охоты. Да, погибло много бойцов Бурых, но с нашей стороны тоже есть погибшие. Да, Эйрик Железнозуб будет в ярости, но Лорд Грэй верно говорит — правда на нашей стороне. Мы были атакованы, и мы были вынуждены защищать свои жизни. Кстати, именно после первого залпа их лучников пролилась кровь наших боевых товарищей.
После нашего появления в лагере конунга начался переполох. Лорд Грэй перед въездом объявил всем держаться вместе и, на всякий случай, быть готовыми к отражению атаки. И как в воду глядел…
Как только Эйрик Железнозуб узнал, чьи тела мы притащили на волокушах, он тут же объявил по всему лагерю о том, что южане, нарушив перемирие, порубили северян. Урод понимал, что лучшая защита — это нападение.
Спустя каких-то полчаса с момента нашего прибытия, лагерь превратился в разворошенный муравейник, а еще через несколько минут наш отряд был окружен разъяренными людьми. Там были как люди Эйрика Железнозуба, так и воины обоих конунгов.
Тусклый свет факелов золотил подмерзшую землю и отбрасывал длинные тени от воинов, грозно сгрудившихся вокруг нашего отряда. Лагерь затаил дыхание в ожидании бури, и даже сам ветер, казалось, смолк в предвкушении грядущего побоища.
Северяне, смешавшись, образовали живую стену вокруг нас. Их лица, освещенные факелами, выражали сочетание ярости, подозрительности и любопытства.
В центре всего этого стояли мы, отделенные от остального мира кольцом огненного света. Мы, ощетинившись оружием, готовились к бою. Разгоряченные предыдущей схваткой, а также подстегнутые громкими уверенными выкриками Лорда Грэя о том, что правда на нашей стороне, бойцы ничуть не испугались предстоящего боя.
Сигурд и Аэлира, защищая меня, стояли спиной ко мне, их тела были напряжены как струны.
Эйрик Железнозуб, великан с грубым лицом и зубами, похожими на куски железа, стоял впереди всех, готовый в любой момент ворваться в наши ряды. Воздух вокруг него вибрировал от накопленной дикой энергии. Он был готов вот-вот обратиться.
— Мрази! — рычал он. — Вы ответите мне за смерть моих братьев!
В тот момент, когда, казалось, что все прямо сейчас выйдет из-под контроля, над лагерем пролетел гулкий рев рога. На представление пожаловал конунг Бьерн Острозубый, а рядом с ним шагал конунг Харольд Седой Волк и еще несколько ярлов. Все были напряжены и взволнованы, но старались этого не показывать.
Как и ожидалось, наш принц-менестрель прибыл самым последним и ошарашенно взирал на все происходящее, словно на одну из тех пьес, которые играли в его театре.
— Что здесь происходит?! — зычным голосом проревел Бьерн Острозубый, и над лагерем повисла тишина.
— Южане подло убили наших людей! — послышались выкрики из рядов, где стояли воины конунга Харольда. — Они должны заплатить своей кровью!