Физик (СИ)

Закончив с этим делом, ободряюще улыбнулся напрочь шокированной женщине, похвалил внука за правильный подбор Слуг, а затем переключился на меня. В этот раз «стандартные вопросы» не задавал: снова извинился за «проступок», назвал настоящим Защитником, пообещал, что и сам больше не даст Мавию в обиду, и легонечко подколол нас с Даудом:
— Но это не значит, что вам с моим внуком можно расслабиться — жизнь настоящих мужчин, увы, изобилует неприятными моментами, и встречать их лучше всего плечом к плечу с надежным другом. Впрочем, вы это знаете не хуже меня, ибо уже попадали в ситуации, выкрутиться из которых в одиночку было бы затруднительно. Да, именно в ситуаци-И: по уверениям менталистов, допросивших тварей, планировавших показательное похищение Дауда, у групп, отправленных в Российскую Империю, сорвалось аж четыре попытки захвата. Что интересно, по одной и той же причине: похитители не успевали заблокировать ваши машины, чтобы дать возможность менталистам-Архимагам придавить вас площадными ментальными заклинаниями…
Тут я аж похолодел, ибо почувствовал, что Халиф абсолютно серьезен, и представил альтернативное развитие событий. Он оказался глазастым — как-то заметив, что меня проняло, подтверждающе кивнул:
— Да, Лютобор Игоревич, не прояви вы бдительности, одна из следующих попыток могла увенчаться успехом. И тогда отношения между двумя нашими странами были бы серьезно испорчены. Но, слава Аллаху, все виновные уже получили по заслугам, а вам я отплачу добром за добро прямо сейчас.
И отплатил. В смысле, заявил, что в марине поместья Фарас ал-бахр меня дожидается новенькая моторная яхта «Фиалка», дабы мы с его внуком могли выходить в море и отдыхать без посторонних глаз.
Если бы не настоятельная просьба Императрицы-Матери ни в коем случае не отказываться от этого подарка и не обещание взять на себя все траты по его содержанию, то я бы однозначно уперся, ибо не видел смысла выбрасывать деньги на второй чемодан без ручки. А так задвинул куда подальше желание сообщить, что машины похитителей «срисовала» Яна Зыбина, а не я, рассыпался в благодарностях, выразил надежду на то, что смогу приезжать в Халифат достаточно регулярно, и пообещал передать через Дауда свои впечатления о самом первом плавании на этом шедевре яхтостроения. Хотя в принципе не представлял, как выглядит этот «шедевр».
Тем не менее, Халифа все устроило — он уверенно предсказал, что проблем с выездом на отдых в его страну у меня не будет, поболтал с нами еще несколько минут и отпустил. Вернее, послал. Адресно. В Фарас ал-бахр. Знакомиться с подарком…
…В дворцовом гараже я со спокойной совестью забил на рекомендации Волконской и забрался за руль своего «Потапыча». Мало того, пригласил в него Дауда и Мавию, а Палыча, Щелчка и Варвару «сослал» в машины охраны. Не скажу, что эта рокировка хоть как-то сказалась на скорости движения кортежа, зато я почувствовал себя значительно комфортнее. Впрочем, тупить — тупил. Почти десять минут. Пока Замятина не посоветовала снять пиджак, избавиться от галстука и расстегнуть рубашку. Аль Сауд-младший, тупивший на одной волне со мной, немного пострадал из-за того, что не в костюме, стянул бишт, передал назад и… подколол Слугу:
— Ну что, теперь-то ты веришь, что мы тебя в обиду не дадим?
— Да, мой господин!!! — с жаром ответила телохранительница и, наконец, вышла из ступора, в котором пребывала с момента награждения: — Я вам так благода— …
— Мавия, уймись: мы все читаем по глазам! — хохотнул я. — А они у тебя светятся, как два маленьких солнышка. Кстати, от всей души поздравляю с наградами, обретением личного дворянства и статусом, до которого всем остальным твоим соотечественницам не дорасти и за три жизни.
— Спасибо, господин…
— Уже не «господин», а Лютобор Игоревич! — уточнил я, а когда Мавия стрельнула взглядом в сторону Замятиной, ехидно ухмыльнулся: — Открою страшную тайну: Вале нравится, как звучит словосочетание «мой господин», поэтому все остальные варианты обращения она не признаёт… и не признает даже тогда, когда заслужит личное дворянство!
 
— Мой господин прав… — подтвердила Незаменимая, вложив в два этих слова столько страсти, что я рассмеялся, Мавия покраснела, а Дауд застрадал:
— Лют, я начинаю тебе завидовать! Эх, как бы намекнуть моей Слуге, что это обращение может звучать настолько волнующе?
Тут заржали все вчетвером. А когда успокоились, я описал еще одну «жуткую проблему»:
— Черт, я только что сообразил, что теперь, когда Мавия обрела новый статус, она могла бы раскатывать по Медине на своей «Фудзияме»!
— Мелочи: я пришлю за этой машиной самолет… — пообещал Аль Сауд, тем самым, дав понять, что пребывание Мавии у нас в гостях закончилось.
Мне основательно полегчало, а телохранительница, переварив новое знание, высказала крамольную мысль:
— Я рада, что все закончилось, и буду счастлива продолжить служить вам, мой господин, но буду страшно скучать по вашим друзьям!
— Они не мои, а наши! — заявил он, дождался моего подтверждающего кивка и поинтересовался моими планами.
Я сначала удивился, а потом сообразил, на что он намекает, и пожал плечами:
— Сейчас заскочим в поместье, оставим половину смены телохранителей и одну машину, прихватим с собой пару горничных, ибо вся прислуга из Фарас ал-бахра приехала в Медину, и поедем дальше.
Парень благодарно прикрыл глаза и снова сменил тему разговора. На этот раз запоздало извинился за то, что нас не покормили, сослался на Рамадан и получил тем же самым по тому же месту — выслушал мои извинения за то, что ближайшие двое суток мы «будем есть, как не в себя, а ему придется кусать локти». Посмеялся, признал, что в компании друзей отдельные церемонии не нужны, поймал мой взгляд и как-то странно усмехнулся:
— Будешь смеяться, но я не верил в то, что Волконские пойдут навстречу твоей прабабушке. Поэтому здорово перенервничал. А сейчас меня начинает отпускать…
…В поместье заскочили буквально на полчаса. Навестили туалеты, переоделись, отправили отдыхать пять пестунов из семи, загнали Варю, Аню, Кнута и Щелчка во внедорожник охраны, загрузились в свой и снова выехали под палящее солнце.
«Потеря» четвертой машины положительно сказалась на динамике движения кортежа — сто восемьдесят километров до моего владения на Красном море пролетели за час с минутами, въехали в распахнутые ворота и онемели. Сразу по двум причинам. Первая была донельзя прозаичной: поместье Фарас ал-бахр перестраивалось со страшной силой, благодаря чему напоминало разворошенный муравейник. Нет, бардака, как такового, не было — все добро, находящееся под открытым небом, стояло на дорожках и было аккуратно накрыто защитной пленкой, но от количества рабочих в одинаковых спецовках рябило в глазах. Так что с этим я как-то смирился. Вернее, оценил размах работ и зауважал Волконскую еще больше. А вот от размеров и вида яхты, возвышавшейся над водой метров на пять, выпал в осадок надолго.
Нет, в подземный гараж заехал самостоятельно. И припарковался тоже. Но продолжал видеть фиолетовую трехпалубную красавицу с угольно-черным остеклением, плавно покачивающуюся у причала, и отказывался понимать, как меня угораздило принять в дар такую громадину!
О том же самом думал и после того, как выбрался из машины, поднялся по лестнице, вышел во двор и, отправив народ к яхте, уделил немного времени старшему «объекта». Вернее, познакомился с кряжистым мужчиной лет пятидесяти пяти, заступившим мне дорогу,
и выслушал доклад о состоянии поместья, ориентировочных сроках его сдачи в эксплуатацию и мелких нестыковках с местными поставщиками. В последний вопрос вникать не стал, решив не забивать голову тем, что от меня никак не зависит. Поэтому Олег Иванович переключился на «Фиалку» и сообщил, что она готова к выходу в море, то есть, в нее уже загружено все необходимое для полноценного отдыха десяти человек.