Физик (СИ)

Следующие несколько минут он рассказывал о самых запомнившихся «подкатах», а я вспоминал разговор с Мирославой Михайловной и сравнивал две точки зрения на одну и ту же проблему. Ну и, конечно же, улыбался, ибо некоторые «тактические изыски» лиц, создававших легенды для «кукол», по-настоящему смешили. А потом позвонила Шахова и подкинула нам с Даудом еще один повод для веселья. Правда, первые предложения ее монолога чуть-чуть напрягли:
— Лю-у-ут, я тебя не отвлекаю ни от чего серьезного?
— Нет — мы сидим в гостиной квартиры, любуемся столицей с высоты птичьего полета и ждем собирающихся дам. А что?
— Да вот, ознакомилась с последними новостями, касающимися тебя, выпала в осадок и решила поделиться. Кстати, Дауд меня слышит?
— Пока нет. А надо?
— Пожалуй, не помешает…
Тут я ткнул в нужный сенсор и сообщил, что вывел ее голос на внешний динамик.
— Спасибо… — мрачно поблагодарила она и убила наповал: — Оказывается, ты у меня стал звездой фильмов для взрослых!
— Н-не понял?
— А что тут непонятного? Запись последних мгновений твоего поединка с Богданом Грызловым пользуется очень большим успехом не только у учениц вашего лицея, но и у дам постарше. К примеру, одна моя хорошая знакомая закольцевала это видео, вывела на зеркальный потолок спальни и дуреет от «прелестного полуобнаженного мальчика, сводящего с ума брутальной неудержимостью»!
Кстати, если ты еще не понял, то последняя фраза — это цитата из ее монолога.
— Обалдеть! — только и смог, что выдохнуть я, Дауд прыснул и негромко потребовал показать ему этот поединок, а Валентина Алексеевна перестала сдерживать веселье и расхохоталась.
— Бабуль, у тебя совесть есть? — спросил я, намеренно подчеркнув ее возраст, но только подставился:
— В теории — да. Но где именно, уже не помню, ибо последние полвека я ею особо и не пользовалась. А что?
— А то, что ты на редкость вредная особа!
— Есть такое дело! — хохотнула она, пообещала прислать сразу две записи — с камер арены и закольцованную — и отключилась.
И ведь прислала. Так что показывать пришлось обе. Сначала Аль Сауду, изнывавшему от нетерпения, а потом дамам, появившимся в гостиной в самый неподходящий момент.
Нет, ничего особо эротичного в этих роликах не было — да, рубашка на мне погибла смертью храбрых, от штанов остались одни лохмотья, а тушку с головы до ног покрывали потеки крови, но причинное место и задница были прикрыты как минимум двумя слоями ткани. Тем не менее, Янка с Валей и Дауд ухохотались до колик в животе, а целительница последнего покраснела, как помидор, и потупила взгляд.
На ней я и «сорвался». Вернее, использовал подходящий предлог, чтобы в шуточной форме высказать вполне серьезную претензию и облегчить Дауду будущую жизнь.
Начал «издалека» — с интересом оглядел преобразившуюся женщину с головы ног, намеренно задержав взгляд на полной груди, распирающей темно-зеленую шелковую рубашку, и на аппетитных бедрах, «упакованных» в штаны полуспортивного кроя. Затем демонстративно медленно включил «глушилку», перевел взгляд на пылающее лицо Мавии и улыбнулся:
— А ты у нас, оказывается, чертовски красивая женщина! Правда, почему-то считаешь нас дурачками…
— Не поняла? — покраснев еще сильнее, еле слышно спросила она и, тем самым, позволила перейти к вопросу, который я и собирался поднять:
— Мавия, я понимаю, что ты следуешь рекомендациям начальства или психологов, и догадываюсь, что тебе приказали приложить все силы, дабы стать в этой компании своей из пресловутых «требований безопасности», но выбранный способ не лезет ни в какие ворота. Хотя бы потому, что у вас, в Арабском Халифате, телохранительниц для особо важных персон наверняка готовят по методикам, не сильно отличающимся от наших. А значит, напрочь избавляют от абсолютно всех комплексов, мешающих адекватно реагировать на изменения обстановки. Таким образом, румянец — элемент отыгрываемого образа, а не естественная реакция скромницы. Что действует на нервы, ибо я не люблю, когда из меня делают дурака даже из самых хороших побуждений. В общем, этот путь ведет в тупик. И еще: на мой взгляд, Слуга — это личность, беззаветно преданная исключительно своему господину, а не главе рода, начальнику службы безопасности или кому-то там еще. Делай выводы…
 
Закончив этот монолог, я повернулся к Дауду и развел руками:
— Извини за то, что высказал претензии твоему человеку, но раз Мавия не отходит от тебя ни на шаг, значит, должна, как минимум, демонстрировать профессионализм и не вносить раздражающий диссонанс в наш общий отдых.
Парень не разочаровал:
— Я не в обиде. Более того, согласен с каждым твоим словом и хочу кое-что добавить…
Тут он повернулся к своей целительнице и преобразился, в мгновение ока превратившись из подростка в наследного принца, с детства привыкшего повелевать:
— Мавия, Слуг, преданных НЕ МНЕ, я рядом с собой не потерплю. Так что пришла пора сделать выбор. Выберешь службу мне — никогда никому не отдам. Решишь уйти к кому-нибудь еще — сразу после возвращения домой дам великолепные рекомендации и выплачу хорошую премию.
Телохранительница перестала строить из себя девочку-припевочку еще во время моего монолога — развернула плечи, гордо вскинула голову и подняла взгляд. Не менее достойно выслушала и предложение Аль Сауда. А когда он замолчал, мрачно усмехнулась:
— Мой господин, меня приставили к вам только на время этой поездки, а после возвращения в Медину заберут. Ибо изначально готовили под Рашида ибн Хикмата, а он это знает и очень не любит отдавать то, что считает своим!
Об этой личности я слышал первый раз и не представлял, на что она способна. Поэтому ждал реакции Дауда. А он равнодушно пожал плечами:
— Меня интересует только твое мнение!
После этих слов женщина сняла очередную «маску», скользнула к Аль Сауду, опустилась перед ним на колени и прижалась лбом к его правой руке. А через несколько мгновений подняла голову, поймала его взгляд, протараторила какую-то замороченную клятву на арабском, задрала левый рукав и резанула поперек левого запястья метательным ножом, выхваченным из-за ворота рубашки!
Дауд повторил последнее действо и капнул своей кровью на рану Мавии. Затем выдал одно-единственное предложение все на том же арабском, поднял целительницу с пола и прикоснулся губами к ее лбу. На этом торжественная часть незнакомого ритуала закончилась, и новоявленная Слуга засуетилась — исцелила обе раны, уничтожила все потеки крови каким-то заклинанием и расправила левый рукав. А потом отошла на пару шагов назад и, ломая все шаблоны поведения уроженки Халифата, обратилась ко мне, не спрашивая разрешения своего господина:
— Лютобор Игоревич, вы, сами того не ведая, вывели меня из тупика на дорогу в будущее моей мечты. Спасибо…
 Глава 16 
 Часть 1 
9 марта 850 г. от ОВД.
…Из дому выехали на «Хозяине Леса» в сопровождении «Святогора» с охраной, за считанные минуты долетели до пересечения Сосновой Аллеи с улицей Академика Хайруллина и зарулили на подземную стоянку торгово-развлекательного центра «Соблазн». Да, «Призма» считалась чуть пафоснее, но с ней у нас были связаны не самые приятные воспоминания, а ехать в центр не хотелось от слова «совсем», вот на компромисс и согласились. Примерный маршрут движения по этажам ТРЦ Янка отправила Кораблеву еще по дороге, так что он изобразил одиночного посетителя и отправился к лифтам первым, секунд через тридцать следом за ним выдвинулись мы, а Раиф с Хайдаром «замешкались». В результате на третий этаж поднялись тремя разными компаниями и занялись покупками по своим планам.