Физик (СИ)

Мы с Земляничкой, естественно, рванули следом. Вроде как, особо не тупили, но уперлись в закрытую дверь и потребовали нас впустить. Валентина Алексеевна выглянула наружу через несколько мгновений, оглядела меня с головы до ног и посторонилась. А когда следом за мной качнулась Зыбина, отрицательно помотала головой:
— Он Валин господин, значит, имеет право знать ВСЕ. А ты пока погуляй.
Тон, которым произносился этот монолог, отбивал всякое желание спорить, так что Яна закусила губу, дернула меня за рукав и сказала, что будет ждать информации в моих покоях. Я коротко кивнул, зашел в процедурную, встревоженно уставился на «незаменимую», спокойно сидящую на массажном столе, и услышал тихий смешок «прабабки»:
— Не дергайся — с ней все в порядке!
— Не понял? — нахмурился я, начав поворачиваться на голос через левое плечо, наткнулся взглядом на активированную «глушилку» и застыл.
— Ага! — хохотнула старшая целительница. — Я действительно притащила ее сюда для того, чтобы переговорить с тобой без посторонних ушей!
— О чем?
Тут женщина посерьезнела, села в ближайшее кресло и подергала себя за кончик носа, что, как я уже знал, являлось признаком сильного волнения:
— Не знаю, помнишь, ты или нет, но сразу после впечатывания слепка я заметила в ядре твоей Слуги некие неидентифицируемые изменения, а в энергетике — «что-то непонятное». Так вот, первые двое суток ядро вело себя абсолютно нормально, вчера утром начало слабо пульсировать, всю вторую половину дня посылало по магистральным каналам какие-то импульсы Силы и периодически рывком вытягивало от пяти до двенадцати процентов резерва, а сегодня, во время исцеления Яны, разом прорвало Валю на две ступени. Мало того, закончило формирование третичных структур, о которых я уже рассказывала, удвоило резерв и выправило практически все имевшиеся огрехи в энергетике. Результат вызывает белую зависть: если еще на прошлой неделе Валя теоретически могла дорасти от силы до четвертой ступени мастера, то сейчас в потенциале — Архимаг, причем значительно сильнее меня!
— Охренеть!!! — только и смог, что вымолвить я, нервно облизал губы, сел на стол, так как других свободных горизонтальных поверхностей в комнате не наблюдалось, и озвучил догадку, шарахнувшую по сознанию, как кувалдой: — Получается, что физики ценны, прежде всего, возможностью существенно ускорять развитие других магов⁈
Целительница как-то странно усмехнулась и выдала совсем не тот ответ, которого я ждал:
— Если честно, то я додумалась до этого вывода только в момент прорыва. А из информации, полученной от известных лиц, следовали другие, гораздо менее впечатляющие…
Для того, чтобы допереть до того, что сказать больше не позволяет клятва Даром, не требовалось большого ума, поэтому я понимающе кивнул и сменил тему на куда более важную:
— Что ж, тем больше у меня причин считать обретение слепка личным достижением и продолжить им пользоваться. Поэтому хотелось бы услышать ответы на два вопроса…
— Я не вижу объективных противопоказаний для использования этого заклинания на ваших Земляничках и буду счастлива, если вы используете его и на мне! — без труда догадавшись, к чему я клоню, протараторила Шахова. А когда увидела улыбку, появившуюся на моем лице, напряглась
и… пообещала, что поделится с Замятиной всеми имеющимися знаниями по целительству!
— Валентина Алексеевна, вымогать знания или что-либо еще не в моем характере! — вспыхнув от обиды, процедил я. — А улыбнулся только потому, что вы стали похожи на маленькую девочку, выпрашивающую у взрослых вкусную конфету!
Она покраснела до корней волос и извинилась. Причем в единственном ключе, который я в тот момент в принципе мог услышать. А после того, как почувствовала, что прощена, грустно усмехнулась:
 
— Я привыкла к другой реакции и все никак не перестроюсь. Но знания передам. Ибо хочется.
Тут обижаться или злиться было не на что, поэтому я согласно кивнул, попросил сформировать максимально тонкий щит жизни, впечатал в левое предплечье слепок, изрядно удивился количеству Силы, потребовавшейся для этого, потом допер, что изменяю не подмастерье, а Архимага, и успокоился. Вернее, активировал новый вариант взгляда в себя, вгляделся в магистральный канал Шаховой, на миг потерял дар речи от плотности и скорости потока, а потом «поймал» тот самый «импульс», о котором упоминала Валя.
Валентина Алексеевна, прислушивавшаяся к своим ощущениям, слегка поежилась, секунд пятнадцать-двадцать невидящим взглядом смотрела в пол, а затем вернулась в реальность, описала все изменения, которые заметила, и замолчала, так как заметила мой требовательный жест.
— Теперь сформируйте «петлю» ПОД щитом жизни и поищите следы завихрения Мединского.
— Их нет. И поток ускорился…
— Замечательно… — усмехнулся я, немного поколебался и подкинул им с Валей еще по кусочку нового знания: — В таком режиме можно медитировать хоть круглые сутки. Причем разгонять Силу не через одну линзу-камертон, а через несколько.
— С чего ты это взял? — подобралась целительница.
— У меня есть браслет выживальщика. С встроенной линзой. Использую И ЕГО.
— Ты полон сюрпризов… — пробормотала она, но как-то без души. Затем выяснила, какого ранга эта линза, оценила скорость потока моей Силы с ней и без нее, подергала себя за кончик носа и заявила, что всем нам срочно нужно прикупить по второй. Причем высших ступеней ранга мастер. Потом сказала, что возьмет это дело на себя, попросила разрешения взять разъездную машину и Кораблева в качестве водителя, получила желаемое и… неслабо загрузила:
— В общем, так: я сейчас покопаюсь в местной Сети и уеду в Медину. А ты пока подумай, как вывести Яну из фокуса внимания Волконских.
— А ее надо выводить?
— Она целыми днями дерется с твоими пестунами, а они служат НЕ тебе и… пропустили через свои руки не одну сотню перспективных одаренных. Поэтому, заметив слишком резкий качественный скачок возможностей этой Зыбиной, вызванный шагом через ступень, или два обычных, но подряд, доложат Мирославе Михайловне…
…Из процедурной разбежались в разные стороны — Шахова отправилась к себе, чтобы покопаться в Сети и переодеться на выход, а мы поднялись на второй этаж, прогулялись по коридору с чеканками и, полюбовавшись конями, направились в наши покои. Когда ввалились в гостиную, обнаружили, что Яна тоже любуется. Своей ростовой голограммой, наряженной… в черную абайю!
Правда, при нашем появлении «картинка» мгновенно исчезла, и у меня мгновенно испортилось настроение:
— Ты… передумала?
— Смеешься? — насмешливо фыркнула она, потом увидела выражение моего лица и виновато улыбнулась: — Это не то, что ты подумал. Честное слово! Просто я одурела от скуки, вспомнила, что в каждой гардеробной этого этажа установлен очень неплохой «Облик», и решила прикупить себе что-нибудь интересное. Когда влезла через него в Сеть, программа невесть с чего выдала сразу несколько предустановленных вариантов высшей ценовой категории. А голосовой помощник, словно издеваясь, сообщил, что я выгляжу умопомрачительно интересно. Вот я и разозлилась. Поэтому согласилась с типом одежды, но стала менять ткани. Из вредности! И стала представлять реакцию местных ревнителей традиций на мое появление в высшем свете. В процессе заигралась. Довольно сильно. Поэтому незадолго до вашего прихода «сняла» с голограммы даже нижнее белье и натянула абайю, передняя часть которой по плотности не отличалась от рыболовной сети…
— Зрелище не для слабонервных! — весело хихикнула Замятина, подошла к дивану, села возле Землянички и с мольбой посмотрела на меня: — Мой господин, вы бы не могли закрыть глаза хотя бы секунд на десять, чтобы я полюбовалась этой красотой?