Физик (СИ)

— Не дурак, однако… — начала, было, Шахова, но я поймал за хвост еще более безумную мысль и сразу же озвучил:
— Так, стоп: получается, что «божественность» Даров членов правящих династий — не что иное, как следствие замалчивания этой информации⁈
— Верно.
— Тогда почему у тех же Волконских так мало Архимагов?
— А если подумать? — язвительно спросила она.
Я задумался, но «незаменимая» оказалась сообразительнее меня:
— Мой господин, во главе угла стоит банальная лень: у детей, рожденных во дворцовых палатах, есть все необходимое для комфортной жизни. Ну, и с чего им лишний раз напрягаться?
— Угу… — сыто мурлыкнула Шахова и снова переключилась на меня: — А теперь вернемся к твоим достижениям. Ты заставил свою энергетику «сесть» на линзу-камертон запредельной мощности, благодаря чему каждый божий день с раннего утра до поздней ночи «разгоняешь» Силу в предельном режиме. Причем разгоняешь не в мертвой тишине, полном сосредоточении и статике, а «параллельно» обычной жизни, то есть, загнав контроль за процессом на уровень подсознания. Более того, ты тянешь Силу из накопителей даже в тренировочных боях с несколькими противниками и через «петлю», на что, поверь, способен далеко не каждый мастер. А сегодня взял и походя прогнул первостихию под текущие потребности, что позволило перешагнуть через целую ступень развития, в разы увеличить пропускную способность каналов и сформировать новое заклинание!
— Звучит красиво… — криво усмехнулся я, представив, как вырос мой уровень значимости для Волконских.
— Угу… — согласилась целительница и словно услышала мои мысли: — Но радует значительно меньше, чем хотелось бы — любая утечка информации о возможностях и текущем состоянии энергетической системы, уровне развития и освоенных заклинаниях превратит тебя в мишень номер один. Но есть и положительные стороны. К примеру, Валентину от тебя уже не отодвинут. В смысле, Волконские: твой организм стал «обрезать» мои воздействия, словно не замечая пропасти в рангах, а исцеление этой девочки принимает, как свое. И других с тобой уже никак не сопрячь…
— Да, Волконские ее не отодвинут… — угрюмо подтвердил я, намеренно выделив интонацией фамилию Императора и его матушки. — Но у меня, вне всякого сомнения, скоро появятся недоброже— …
— Дальше можешь не продолжать! — усмехнулась «прабабка». — О том, что тезка тоже превратится в мишень, подумала и я. Поэтому с завтрашнего дня начну ставить ей боевку значительно жестче, чем обещала. Кстати, в этом деле потребуется твоя помощь. Точнее, вдохновляющие касания в тушку этой девочки каждое утро и каждый вечер. Потянешь?
— Потяну даже по три! — твердо сказал я. — Третье — для вас. Само собой, если оно вам еще требуется.
Тут целительница выдернула мою голову из выемки, повернула влево, присела на корточки и, не мигая, уставилась в глаза:
— Это предложение — еще один шаг к признанию меня своей?
— Да.
— Тогда… да, требуется. Но касание нынешнего уровня зацепит меня не так уж и сильно, поэтому разрешаю тратить это «лишнее» на Яну. Ведь она, к сожалению, тоже войдет в группу риска. Только имей в виду, что мне придется взять у этой девочки клятву о нераспространении информации.
Предложение было фантастическим. Но принимать его было нельзя. Ни в коем случае. Вот я и уперся:
— Я получил вдохновляющее касание от Его Императорского Величества, значит, разрешить или не разрешить применение этого заклинания на ком-либо, кроме вас, Вали и меня, может только он.
— Не дурак! — довольно хохотнула «прабабка». — Но в данном вопросе дуешь на воду: я имела в виду, что добьюсь такого разрешения.
— Это другое дело… — вздохнул я и рискнул немного «похамить»: — Но в моей личной табели о рангах Раиса Александровна стоит выше этой девчонки. Да и ведет себя не в пример заметнее.
— Вымогатель… — «возмущенно» воскликнула женщина и посерьезнела: — Но о своих не забываешь. И это обнадеживает…
…Из процедурной я выбрался только в час дня, зато с реанимированной энергетикой, заполненным резервом и тушкой, аж звенящей от избытка сил. В поместье, выделенном Суккубе и ее команде для проживания, еще толком не ориентировался, поэтому сел на хвост «незаменимой» и попросил отвести в мои покои нехоженым маршрутом. Замятина, пребывавшая в прекраснейшем настроении, лукаво прищурилась и ускорила шаг, на первом же пересечении коридоров свернула направо, сдвинула в сторону стрельчатую дверь, подняла меня на этаж выше и привела в галерею, погруженную в приятный полумрак.
 
Я заинтересованно оглядел уходящий вдаль ряд кованых светильников под старину, добрался до первой же ниши и потерял дар речи — в ней пряталась фантастически красивая чеканка в виде огромного круглого медного щита с ловчим соколом на месте умбона! Да, изображение было стилизовано, но мастерски — из центра коридора птица казалась «правильной».
А при взгляде в упор внимание привлекали не «непонятки» с формой и структурой перьев, а следы десятков тысяч ударов разнообразными чеканами, образовывающие причудливые узоры!
Представив, сколько труда потребовалось мастеру для создания этого шедевра, я нехотя вышел из ниши, заглянул в соседнюю и снова онемел — сокол, вычеканенный на следующем щите, был изображен в фас и выступал над общим фоном настолько сильно, что казался припаянным. Ан нет, при ближайшем рассмотрении выяснилось, что эта работа создана из одного куска металла и почему-то его не «порвала»!
Третья птица, «выглядывающая» из относительно небольшой работы, свела с ума еще сильнее, так как казалась точной копией настоящей, и я, сделав несколько фотографий, заторопился дальше.
А дальше началась «аллея Больших Кошек» и слегка расстроила. Нет, мастерство работ никуда не делось — каждый лев, тигр, леопард или барс были вычеканены все на том же уровне мастерства, и узоры продолжали сводить с ума нереальной сложностью. Но, на мой вкус, морды зверей были стилизованы слишком уж сильно.
Приблизительно так же «напрягли» и несколько первых чеканных портретов коней — я не сразу понимал, что это за животные, и это разрушало волшебство момента. Но стоило увидеть чеканку, изображавшую то ли испугавшегося, то ли пятящегося жеребца, как стало не до придирок: тут мастер продемонстрировал весь свой талант, да так, что захватывало дух!
У этой работы я завис минут на пять-семь. И, если бы не необходимость переодеться к трапезе, потерялся бы во времени. А так шагнул в следующую нишу и обалдел: конь, рвущийся ко мне из центра этой чеканки, потрясал красотой морды и гривы, развевающейся на ветру! И пусть через некоторое время взгляд зацепился за некоторую неправильность в изображении мышц шеи прекрасного животного, общего впечатления это не испортило — скакун впечатлял по самое не могу. И от него не хотелось отходить.
Как вскоре выяснилось, не только мне — как-то почувствовав, что я насмотрелся и вот-вот начну делиться впечатлениями, Валентина сделала шаг вперед и, оказавшись в поле зрения, восхищенно вздохнула:
— Я тоже застряла именно у этой работы. И расстроилась из-за того, что она наверняка создана в единственном экземпляре, а значит, в вашем будущем доме ее точно не будет.