Физик (СИ)

Секунд на пять. А потом пришлось помогать «сестренке» забираться в салон ее болида, проверять замок шеститочечных ремней безопасности и их натяжение, обходить машину по кругу, прислушиваться к реву заработавшего движка и т.д. Затем сознание снова «мигнуло», и я пришел в себя в компании механиков, во все глаза глядевших мне за спину.
«Прозрел» на первой же секунде, увидев алые цифры таймера МДР и сообразив, что до начала гонки осталось менее тридцати секунд! Развернулся практически мгновенно, обнаружил перед собой барьер, с нашей стороны лишенный даже намеков на рекламу, в темпе перевел взгляд на огромный голографический светофор, «перегородивший» стартовую прямую, и затаил дыхание. Вовремя: уже через мгновение все пять «прожекторов» пожелтели, разочек подмигнули и снова сменили цвет. Но зеленого я уже не увидел, так как проснувшийся Дар услужливо взвинтил восприятие до нынешнего предела и позволил заметить, как два почти одинаковых «Штурмфогеля», сорвавшись с места на долю секунды позже «Искорки» Суккубы, уже на второй передаче вырываются на полкорпуса вперед и начинают ее отжимать влево!!!
Не знаю, когда и как я подключился к каналу Дэниела Уитакера, но его голос, показавшийся значительно ниже, чем в реальности, слегка испугал:
— … явно сговорились и расчетливо поддавливают русскую гонщицу ко второму выезду из «Сепаратора», то есть, к единственному участку трассы, на котором мисс Зыбина чувствует себя не очень уверенно! Да, тактика, конечно, подловатая, но, как я уже говорил, ее соперники и соперницы сдались задолго до чемпионата… Ну вот, как я и предсказывал, Суккуба вынужденно влетела в «Двойку» и начинает торможение с трехсот двадцати двух километров в час до семидесяти пяти-семидесяти семи, вот-вот войдет в серию поворотов под названием «Змейка», которую можно пройти только впритирку к бордюрам, и целых четыре километра сто девять метров продолжит воевать с безумными перегрузками!
Любителям точных цифр могу сообщить, что максимальная продольная перегрузка составит пять целых две десятых Джи, а максимальная поперечная — четыре целых две десятых. «Да, но этот вариант прохождения трассы короче остальных четырех!» — напомните вы. И я соглашусь: да, искин, просчитывавший конфигурацию этого автодрома, постарался на славу, так что в теории гонщик, способный пройти «Двойку» без единой ошибки, получит небольшое преимущество и вырвется на первую позицию. Увы, такой уровень стабильности нам, людям, не по плечу, поэтому с вероятностью процентов в девяносто пять Суккуба потеряет секунд восемь-десять и окажется в хвосте пелетона, вырваться из которого ей гарантированно не дадут. Ибо эта гонка, как мы с вами уже убедились, идет по правилам «Все гонщики и гонщицы против одной-единственной»!
Почти весь этот монолог британец озвучивал в расстроенных чувствах, поэтому, увидев первую отсечку, сорвался на крик:
— О, мой бог, я не верю собственным глазам: мисс Раиса Зыбина прошла первую половину «Двойки» на одну целую и двести пятьдесят одну тысячную секунды быстрее абсолютного рекорда! Повторю еще раз: не на одну сотую или тысячную секунды, а на секунду с четвертью!! О, дьявол, это невозможно, но я это видел своими собственными глазами!!!
Тут откуда-то слева раздался ехидный смешок, и я, оторвав взгляд от огромного голоэкрана, на который выводилась телеметрия с камеры самого «верхнего» дрона, увидел улыбающуюся физиономию Янки.
Я бы тоже улыбнулся, будь этот круг самым последним, пятнадцатым. Но гонка только началась, до конца «Двойки» было еще очень далеко, поэтому радоваться успеху первой тактической задумки было рановато. Вот и я терпел. До следующей отсечки. А в тот момент, когда «старшая сестренка» вылетела на «общий» трек с шестисекундным отрывом от ближайшего преследователя, почувствовал дискомфорт, посмотрел на свои побелевшие пальцы и допер, что все это время изо всех сил пытался смять стальную трубу, за которую и держался…
 
…Смотреть гонку вживую, да еще и под комментарии Дэнни Уитакера, оказалось далеко не так комфортно, как я представлял в «прошлой жизни». Скорее всего из-за того, что благодаря ежедневному общению с механиками команды и редкой, но «меткой» возни с «Искоркой» Раисы Александровны я понял, насколько сумасшедшие перегрузки испытывают узлы и механизмы гоночных машин во время подобных заездов, и подсознательно ждал каких-нибудь неприятных сюрпризов. А их все не было и не было: вырвавшись на оперативный простор и получив возможность выбирать последовательность прохождения «Цифр», «старшая сестричка» отыгрывала у пелетона секунду за секундой. Более того, изредка умудрялась бить собственные рекорды. Скажем, в первом из двух обязательных «пролетов» по самой длинной, но скоростной «Единичке» «оттяпала» сорок семь тысячных секунды, а во втором — ровно семь сотых; на «Тройке» взяла у себя же почти секунду, а на «Пятерке» — две десятые. Кроме того, «помогла» слететь с трассы «Мартину» чемпиона Португальского Королевства Артуро Сакраменту, отставшего от нее на круг и пытавшегося «случайно» протаранить. Да, на второй обязательной «Двойке» разок ошиблась с выбором траектории выхода из поворота, из-за чего зевнула аж шестьдесят две сотых секунды, но это было некритично. К сожалению, к тому моменту, когда все пять пар «базовых» кругов остались позади, Раисе Александровне пришлось повоевать за место под солнцем с доброй третью пелетона, намеренно отставшей на целый круг, дабы отомстить обидчице хоть как-нибудь.
Пруссака и японку обставила на двенадцатом или втором «чемпионском» круге. Серебряного призера первенства Османской Империи отсекла на въезде в «Сепаратор», вынудив въехать в «Двойку» вместо «Единички», в начале тринадцатого.
А гонщиков из Персии и Североамериканских Штатов, объединивших силы, обошла, как стоячих, на прямой в конце четырнадцатого, переиграв тактически. В результате пятнадцатый круг проехала в гордом одиночестве и финишировала, оторвавшись от чемпиона Поднебесной аж на семнадцать с мелочью секунд. Под восторженный рев двадцати шести тысяч зрителей и язвительный комментарий Дэнни Уитакера:
— Что ж, чемпион Европы юбилейного, восемьсот пятидесятого года от Обретения Великих Даров, уже известен, поэтому подведу итоги увиденному. Начну с оценки командной работы гонщиков, разучившихся соревноваться честно, и поставлю всего один балл из десяти возможных. Почему так мало? Да потому, что попытка замедлить Суккубу на старте тактическим изыском, впоследствии вынудившим пилотов двух «Штурмфогелей» сойти с гонки из-за неполадок с движками, бесславно провалилась, позорный таран господина Сакраменту вызвал разве что омерзение, а жалкие потуги аутсайдеров помочь мистеру Чжану Джемингу догнать мисс Зыбину вызвали презрительный смех. Теперь привлеку ваше внимание к проблеме выбора автомобилей и начну с забавной предыстории. На чемпионате мира сорок седьмого года молодой, но чрезвычайно дерзкий дебютант из Французского Королевства заявил, что пришел в автогонки для того, чтобы низвергнуть с пьедестала невесть с чего задержавшуюся на нем русскую бабу и доказать, что лучшие гоночные машины в мире выпускаются в его стране. Заняв пятое место, мсье Огюст Лансере свалил вину за проигрыш на одного из механиков своей команды и пообещал выиграть следующий чемпионат. Как вы прекрасно знаете, эти планы так планами и остались, но я сейчас не о них, а о том, что на этом чемпионате Европы амбициозный уроженец Лиона выступает на русской «Искорке» предпоследней модификации, которую три с лишним года подряд называл ведром с болтами!
Здорово, правда? О, а вот и он. Финишировал шестым. Интересно, что ему в этот раз помешало низвергнуть с пьедестала задержавшуюся на нем Суккубу?