Война за Врата. Тетралогия

Тишина нарушалась только шагами разведчиков, а от станции, на которой должно было находиться не менее десяти тысяч человек, не прилетало ни единого звука. Это было более чем странно, особенно учитывая то обстоятельство, что своды трещин не имели. «Акинаки» осторожно продвигались все дальше и дальше, и вышли к блокпосту перед станцией. Здесь не было никого. Четырехметровая перегородка из шпал и рельс, пара боеготовых пулеметов, выставивших свои дула в темноту тоннеля, и проход огромного бронелюка, спрятавшего свои мощные створки в стенах.
  
— Продолжаем движение! — взмахнув рукой в направлении на станцию, скомандовал Дава. — Всем предельная осторожность! Проследить за герметичностью шлемов! Менгар и Лана назад! Егор, отвечаешь за них! Пошли!
Прикрывая друг друга, настороженные Меченые миновали бронелюк, вышли на дорожку вдоль монорельса, и она вывела их на перрон. Все вокруг было погружено в тяжелые бесконечные сумерки и только несколько тусклых и мерцающих аварийных ламп, все еще работающих в самых разных частях станции Герои Каидиса, немного рассекали тьму. Кругом царила мертвенная тишина древней усыпальницы, и причина ее была неизвестна. Дозиметры показывали фон в двадцать один микрорентген, что является нормой, а газоанализаторы давали информацию, что воздух чист и не содержит вредных примесей. Но людей вокруг не было и «акинаки» двинулись дальше. Они прошли мимо красивых монументальных настенных панно из мозаики, на которых был изображен подвиг бросающихся на врага в последнюю рукопашную схватку героев из города Каидис. Затем пересекли большой палаточный город, который жители метро бросили в большой спешке, не забрав многие ценные на сегодняшний день вещи. И только после этого они нашли людей.
Огромный высокий зал с внушительными мраморными колоннами, каждая из которых достигала в высоту десяти метров, был до отказа забит гниющими трупами. Тысячи людей, в последний свой час собрались в одно место, чтобы умереть и, судя по всему, каждый из них погибал в страшных мучениях, а смерть пришла к ним не так давно, может быть, пять-семь дней назад. Маска невыносимого страдания и боли застыла на опухших лицах жителей метро, а усугублялась страшная картина тем, что их обнаженные части тела были покрыты крупными черными точками, усеивавшими кожу.
— О Великий Магалиши! — в ужасе, вскрикнула стоящая за спиной Давы девушка Лана. — Это Болезнь Лакимана, вирус, которым нас в детстве пугали. Давно, лет четыреста назад, от него множество людей умирало, и защиты от этой напасти не было. Долгое время считалось, что болезнь исчезла, а вот сейчас, она вновь появилась.
— Это болезнь заразна?
— Очень. Вирусная инфекция, вроде простуды, которая передается воздушно-капельным путем. Смерть наступает через двое суток, редко трое. Ходили слухи, что в Султанате Шаранга на основе этой болезни создали бактериологическое оружие, но никто к таким новостям всерьез не относился.
— Наверное, добытчики, которые на поверхность ходили, притянули вирус в убежище. Будем надеяться, что нам это не грозит, мы в скафандрах. Однако удивительно, что тела до сих пор не тронуты зуриками.
— От этой болезни гибнут все живые существа, а не только человек. Наверное, зурики чувствуют для себя опасность и обходят это место стороной даже, несмотря на свой вечный голод.
— А почему люди в одном месте собрались?
— По нашей вере в Великого Магалиши, если люди умирают вместе, то им легче дается переход в иной мир и в следующем перерождении они будут более счастливы, чем в этой жизни.
Девушка всхлипнула и отвернулась от величественного зала, который стал кладбищем. Брат прижал ее вздрагивающее тело к себе, а Дава кивнул на трупы одному из Меченых:
— Возьми пробы, пусть наши ученые посмотрят, что здесь за ужасная болезнь.
Вскоре Меченые покинули пораженную болезнью Лакимана станцию, и направились к другой. Снова переходы и под ногами отсвечивающие на свету фонарей яркими бликами ленты стальных монорельсов. И только попадающиеся на пути одинокие трупы погибших от вируса людей, которые стремились добраться до следующей станции, не давали забыть об оставшемся позади поселении.
К следующему анклаву подземников разведчики подошли через несколько часов. Но здесь, как и ожидали Меченые, дорогу преграждал закрытый бронелюк, который отсек пятую станцию Северной Ветки, носившую название Президентская, от всего остального мира. Рядом стояла табличка с надписью, извещающая о том, что с этой стороны никто внутрь не войдет, так как на Героях Каидиса опасная эпидемия. К счастью для «акинаков», невдалеке находился проход вниз, про который мало кто знал, и они смогли обойти закрывшееся от всех поселение, и выйти на третью от края станцию, Север-Плюс.
Вот здесь, разведчикам уже пришлось переодеться. Они спрятали свои бронескафы в рюкзаки и, имитируя местных жителей, от которых теперь мало чем отличались, двинулись на станцию, проход на которую был свободен и на нее мог пройти каждый, кто мог за себя постоять. Это место было третьим, которое особо запомнилось Меченым и их проводникам. Чем? Догадаться несложно. Суетой и беготней, криками и матами, постоянными кривыми взглядами, большим многолюдством и палаточным городком. А помимо этого, торговыми рядами, в самом затемненном углу станции, где продавали патроны, одежду, тушки зуриков, мятые консервные банки, от которых фонило радиацией, концентратами из аварийных запасов и пластами вяленого мяса, понятно из кого. На Севере-Плюс, как и на Концевой Северной и Профессорской, пройденной «акинаками» на следующий день, крепкой власти не было, хотя имелся какой-то там глава поселения, и по факту здесь царил закон и право сильного. Имеешь поддержку товарищей, крепкие кулаки и ствол, и готов убивать, будешь жить относительно неплохо. А если ослаб или приболел, тебя загрызут, утянут куда-нибудь в подсобное помещение, и оттуда ты вернешься только в виде распластованного мяса или мосла для бульона.
В общем, рейд по подземельям был насыщен впечатлениями, и было получено достаточное количество информации о подземном мире. В этом смысле путешествие имело полный успех. Но в целом, Василий Давыдов и другие офицеры его пятерки, десятки раз пожалели о том, что спускались в этот сумрачный мир. Слишком много грязи налипло на их души, и чтобы ее смыть, была нужна не вода, а исправление всего сложившегося в убежищах положения дел. Слишком сильна в славянских Одаренных тяга к справедливости и это обостренное чувство, не дало бы им спокойно жить дальше, если бы они не попытались изменить хоть что-то в лучшую сторону. И покидая станцию Профессорская, Дава на миг обернулся назад. Он посмотрел на блокпост, где стояли несколько справных бородатых мужиков, которые явно не голодали, с автоматами в руках и одежде, похожей на джинсовые костюмы, и на анаирском языке, сказал:
— Мы скоро вернемся, ждите в гости.
— Приходи, — ответил ему один из охранников. — Но не забывай, за проход надо заплатить, хочешь бабой своей, — он кивнул на Лану, — а лучше продуктами или патронами.
— Заплатим, нам есть чем.
— Это хорошо. Будешь на станции Концевая Северная, передавай всем авторитетным людям привет от Манши Бахила.
— Передам.
Давыдов вновь повернулся к темному провалу тоннеля, и по натоптанной тропинке между рельсами двинулся к месту, где можно было выйти на поверхность.
 Глава 12 
  
 Планета Ардон. Кресов лес. 15.04.2018 
Как говорится — ничто, не предвещало беды, и вечер не сулил никаких особых происшествий.
Сегодня я весь день находился в Штир-Штаре и разгребал текучку, а вечером, распустив своих соратников, просматривал бумаги, касающиеся подготовки наших войск и спецслужб к аннексии Конфедерации Вольта, которая была должны начаться через три недели, как только культ Предтечи призовет нас на помощь. В принципе, все было готово, народ у нас опытный и боевитый, а бригады, полки и отдельные батальоны готовы вырваться из своих ППД и начать ведение боевых действий в течении получаса. Однако хотелось соблюсти правила приличия и пришить последнюю пуговицу к мундиру последнего солдата, а поскольку время в запасе имелось, и мы никуда не торопились, то можно было подождать. Так что, попивая хороший кофеек и, иногда посматривая на часы, я думал о том, что вскоре отправлюсь домой, и вчитывался в докладную записку присланную из СБ, которая была озаглавлена просто и незатейливо: «Инструкция по борьбе с мятежниками в мире Заренай».