Война за Врата. Тетралогия

На четвертый день поиска Меченые вновь выбрались наружу, и началось обследование развалин, в которых ранее находились обслуживающие подземелья организации, паровозные депо, строительные бригады и ремонтные мастерские. В этот раз они сразу же нашли, то, что нужно, не сильно заваленные руины, при осмотре которых был найден открывающийся вручную лаз под землю. При этом сразу бросился в глаза смазанный свежей незамерзающей темной жидкостью запорный механизм и пара не занесенных ветрами человеческих следов, которые отпечатались в пыли рядом. Присутствие в этих местах живых людей на лицо, и было получено очередное подтверждение того, что кто-то уцелел.
  
— Что будем делать? — на общекомандной частоте спросил всех командиров майор Черемушкин. Первым ему ответил капитан Артемов, старший во втором экипаже:
— Надо лезть вниз, язык нужен. Предлагаю послать одну пятерку десанта.
Остальные офицеры его поддержали, и в этот момент, в совещание вклинился голос одного из Меченых:
— Внимание! Чувствую, что снизу кто-то поднимается к поверхности.
— На ловца и зверь бежит, — удовлетворенно заметил Черемушкин и отдал команду: — Меченым организовать засаду. Учтите, что у местных могут быть стрелковые роботы.
— Принял! — ответил Дава.
— Учтем! — поддержал его командир другой пятерки лейтенант Карпов.
Слаженно и четко, без слов понимая друг друга, Меченые заняли в развалинам ремонтной мастерской удобные для засады места, и приготовились к серьезному бою. Диспозиция следующая: группа Давыдова на выходе, отвлекает на себя внимание, а парни Карпова отсекают горожан от спасительного люка, и берут пленных. В течении полуминуты, заметя все следы своего пребывания возле входа в подземелье, «акинаки» приготовились к боестолкновению. Однако все оказалось просто, и пострелять не пришлось.
Люк медленно приоткрылся и люди внизу, сквозь щель, некоторое время осматривались. Затем появился непонятный прибор, вроде черного шланга, как выяснилось позже, дозиметр, а после этого на поверхность выбрались три человека.
Все местные жители были затянуты в удобные и плотно облегающие тела оранжевые скафандры, по форме напоминающие термогидрокостюмы земного образца, только потолще. Поверх них имелись накидки серебристого цвета, а на голове у каждого находился продолговатый шлем со стеклянным щитком. На спинах людей висели баллоны с воздухом и большие рюкзаки, а из оружия имелись только две винтовки и один пистолет.
Постоянно оглядываясь, люди задраили люк и направились на выход из здания. И здесь их повязали. Меченые работали быстро. Подскочили, сбили местных жителей с ног, обезоружили, лишили сознания и поволокли в бронемашины. Первые пленники и источники информации, два молодых парня европейского типа и симпатичная темноволосая девушка лет шестнадцати, сильно похожая на них, были захвачены. С допросом не тянули, он начался уже через полчаса. И только одно выбивало разведчиков из рабочего ритма, невозможность передать добытые сведения на базу. Спутники по-прежнему молчали, и это заставляло «акинаков» нервничать, чувствовать себя отрезанными от своих и гадать о причинах отсутствия связи.
 Глава 8 
  
 Планета Ардон. Штир-Штар. 21.03.2018 
После подписания договора с империей Мардун, который повлек за собой ряд изменений во внутренних раскладах в Ра-Арском Оборонительном Союзе, наши сотоварищи Грай и Соним прислали на Ра-Ар представительную делегацию. Как ни в чем не бывало, словно так и надо, и нет разорванных торговых и экономических контрактов и сближения с эльфами Световечной империи, чиновники Родзо Сквалли, нашего номинального лидера, вернулись на свои рабочие места во Дворце Союза. Они продолжили работу по разработке внутренних законопроектов нашего оборонительного объединения и посетили всех, кто начал ставить грайянцам и сонимцам препоны. Разумеется, это были глава касты Хранителей Закона Бильча Коновод, император Мардуна Стах Баркай и командор отряда «Акинак» Великий Герцог Ардонский Тимофей Кудрявцев, то есть я.
Ко мне эти деятели заявились десять дней назад прямо в Штир-Штар. Честь по чести, попросили аудиенции, и я, ее, конечно же, дал. Мило улыбаясь, чиновники передали мне привет от Родзо Сквалли и пожелание всех благ. А затем они задали ряд вопросов. Почему Сониму и Граю запрещено набирать наемников на Ра-Аре и близлежащих мирах? Отчего они не могут закупать необходимые им ресурсы в зоне нашей ответственности? По какой причине, разрывая контракты, полмиллиона наемников, преимущественно мардунцев, покидают Световечную империю и, при первой же возможности, невзирая на дороговизну и финансовые потери, возвращаются на Ра-Ар? И не является ли одинаковая политика Мардуна, Ра-Ара и Ардона следствием неких договоренностей, про которые лидер Союза Родзо Сквалли обязан знать?
Вопросы ожидаемые, и я был готов на них ответить. При чем без криков, шума, взаимных обвинений, а копируя чиновников Сквалли, с улыбкой и показным добродушием.
Начал комплексно. Не дружим ли мы с Мардуном и Ра-Аром более тесно, чем с Граем, Сонимом и Таль-Ишимитом? Да, есть такое дело, но связано это с необычным поведением других участников Ра-Арского Оборонительного Союза, которые интересы эльфов ставят выше интересов людей, и перепродают ушастым купленные у нас товары и ресурсы через свою торговую сеть по демпинговым ценам. Нам тоже необходимо развиваться, и мы делаем это, как умеем, а потому, и появились таможенные посты на Вратах. Что касается слухов о договоре между мной, Коноводом и Баркаем, то это ложь и домыслы, хотя я был бы не против такого пакта. Теперь, что касается наемников. Они нам самим нужны. Мардун две близлежащие планеты колонизирует и местных жителей под себя подминает, а я, видя такое дело, тоже желаю расширения и думаю начать с мира Заренай, который граничит с Ардоном.
Чиновники Сквалли, словно китайские болванчики, покивали головами, снова поулыбались и покинули меня. Понятно, что они мне не поверили и, наверняка, грайянцы в курсе того, что произошло, разведслужба у них не слабая. Однако, как говорится, знать, что тебя обманывают, и иметь доказательства этого, две совершенно большие разницы. Мы вон, тоже понимаем, что Родзо, его клан и Атта Бользайн с эльфами о чем-то договорились, но конкретной информации нет, и предательство интересов человечества им не предъявишь. Да и даже имея эти доказательства, что бы мы сделали? Развязали бы войну с союзниками или попытались бы вступить с ними в конфронтацию? Нет, политика такое дело, что продолжили бы улыбаться и играть в дружбу. Так и сейчас, вроде бы все ровно, а в то же самое время, происходит некая хрень. Через Кабарангу нескончаемым потоком идут грузовые контейнера и миллионы солдат, которые направляются в Световечную империю. А наши с Мардуном таможни и отзыв наемных отрядов, это всего лишь укол шпилькой в бок вчерашних друзей и товарищей, и не более того. Правда, есть еще Ра-Ар, межпланетный центр для поднаема воинов. Но после небольшой войнушки с эльфами и их сторонниками, которая произошла около двух лет назад, добрая половина вольных отрядов покинула Ра-Ар. И сейчас в этом мире держат свои базы всего лишь тысяча семьсот восемьдесят отрядов общей численностью три с половиной миллиона бойцов. Это немного.
Так что получается, все мы играем в игры, ловим друг друга на слабостях, а в каждом слове ищем вторые и третьи смысли. Грязное дело политика, однозначно, но иначе никак. И только со своими «акинаками» да некоторыми землянами, россами и раминцами я могу быть более или менее откровенен, а со всеми остальными, наоборот, приходится осторожничать. И это правильно, ибо таков единственно верный путь, потому что, сколько будет существовать человеческий род, столько и будут люди делить всех разумных существ на «своих» и чужих».
Итак, на действия Сонима и Грая мы отреагировали своими, и таким образом обозначили недовольство политикой союзников. Они это приняли, как должное, не протестовали и признали нашу правоту делать все, что нам заблагорассудится на нашей территории, таков основной принцип создания Ра-Арского Оборонительного Союза. И как только все утряслось и вошло в свою колею, я опять вернулся к делам Герцогства Ардонского и отряда «Акинак». Дни летели за днями. Тысячи мелких вопросов и проблемок сыпались на меня со всех сторон, не все из них можно было скинуть на чьи-то плечи, и приходилось разбираться самому. Порой, было нелегко, и я уставал до такой степени, что, добираясь домой, принимал ванную и сразу же заваливался на боковую, совершенно не уделяя внимания семье. И все из-за того, что через шесть-семь часов меня снова ждал кабинет в Штир-Штаре, соратники-сподвижники и куча бумаг. А то еще лучше, плац одного из замков, посещение поселений, прием на службу очередных «акинаков» или инспекция предприятий.