Война за Врата. Тетралогия

Мимо головы Михаила просвистел камень, он пригнулся на миг, а разогнувшись, увидел напротив себя лестницу по которой уже карабкались хуны.
– С нами Боги! – прокричал он и ударом меча, срубил первую же появившуюся над стеной голову. Он схватил камень, приготовленный для такого случая и напрягшись, с трудом перевалил его за стену. Лестница накренилась и пропала, видимо от точного удара она лопнула.
  
Не успев порадоваться своей маленькой победе, легат вздрогнул всем телом и покачнулся. Доспех спас. Позади, стоял совсем молодой хунский солдатик и пытался повторно ударить его копьем. Не получилось, Михаил ударил его на отмашь рукой, закованной в латную перчатку и мелкого хуна снесло со стены. Потом были еще двое, которых он столкнул со стены ногами. Но хунов на стене становилось больше и в дело вступил меч. Нет, не за родство с великокняжеской семьей, легат Вольф брал первые призы на столичных чемпионатах мечников. Не один хун, упал мертвым на камни и все они видели в последний миг своей жизни, лишь быстрый росчерк стали перед глазами.
Бой продолжался долго и Михаил старался быть везде, подбодрить бойцов и поддержать. Он не делал разницы между романцем, скальтом или наемником. Сейчас, все воины крепости хотели только одного – подороже продать свои жизни.
Постепенно, защитников крепости становилось все меньше и бой сместился со стены во внутренний двор, а оттуда в три центральных башни. Вот там, Михаила и подловила вражеская стрела, ошеломившая его в голову. Он погрузился в беспамятство и очнулся только в казематах под крепостью. Все лицо его было покрыто кровавой коркой и он почти ничего не видел.
Комендант фон Трир отдавал кому-то приказ:
– Вывези кого сможешь. Вот подземный ход, сейчас вы уйдете и я его обрушу. Через триста метров дверь, вот ключ. Как откроете, там грот будет и несколько лодок. Выплывите слева от их понтонов и спускайтесь вниз по течению. Коль будет удача, так выживите. Прощайте, братья.
Разум Михаила воспринял эти слова коменданта как приказ и он опять провалился во тьму.
 Глава 8. 
  
Планета Рамина. Княжество Переяславское. Изборск. 30.06.1804 год от исхода.
Ратмир сидел на Совете и отдыхал. После уничтожения степняков, покоя ему не давали. Все чего-то требовали, спрашивали и нуждались в приказах. Был бы он сам по себе, то многое бы спустил. Однако позади всегда торчал опытный десятник Богдан и постоянно подгонял. Вот и приходилось, молодому княжичу, крутиться как белка в колесе, с утра и до самой поздней ночи, разрешая дела городские.
Попытался подключить логику, про которую читал в старых романских книгах, но перед реалиями жизни она пасовала напрочь. Ведь кажется, чего непонятного, отдал приказ на эвакуацию населения, ан нет, пришла целая делегация от города, говорят, хотим в родных стенах умереть. Или другой случай, надо строить засеки на дорогах ведущих к перевалам. Объявил сбор рабочих и горожан на работы, а они заявляют, что чепуха это все и не будет никакого нашествия. Мол защитят нас Боги, а то забыли, что Боги жизнь дали, а дальше сам крутись, как можешь. Забегался Ратмир за эти дни так, как никогда до этого.
Уже на полном серьезе решил поднимать свою сотню и силой заставить горожан выполнять свои приказы. Но на одном из Советов, десятник Богдан, пошарил за пазухой рубахи и выложил на стол, небольшую круглую пайцзу из серебра. На ней, был изображен оскаленный волк, а поверху, шла надпись: –«Да будет так, словом моим». Этот знак, говорил о том, что обладатель его, мог отдать приказ любому человеку, на землях переяславских. Отменить приказ такой, мог лишь обладатель золотой пайцзы или сам князь. Таких серебрянных знаков, было всего двадцать, на все Княжество Переяславское, а золотых пять. Владельцев таких знаков, в разное время, называли по разному, но закрепилось одно – Клыки Волка. Вот одним из таких Клыков, и оказался старший десятник Богдан Рык.
Вот тут все и забегали, ведь одно дело, препираться, пусть и с показавшим себя в деле, но молодым наместником, а совершенно другое, пойти против слова Клыка. Сообразив, что дело серьезное, купцы в срочном порядке начали эвакуацию имущества и семей. Остальные от них не отставали, и вот по прошествии двух недель, в городе остались лишь мужчины способные держать оружие. Все мирное население, через перевалы уходило в сторону Переяславля.
Конная разведка в степи была выслана, а засеки на расстоянии дня пути от города в ту сторону готовы. Рабочий люд и негодные к строю, теперь переместились строить укрепления на Торговом тракте за городом. Все остальные были разбиты на сотни, получили оружие из городских арсеналов и готовились к защите родного города. Очень сильно помогала городская стража, во главе со своим воеводой – Гнатом Бородой, тянули на себе всю тренировку ополченцев.
Несколько дней назад, все очень переполошились, когда один из разведчиков, примчавшись, доложил, что идет орда. Но это оказались не кублаты, а остатки нескольких племен тарков, в основном женщины и дети. Тарки просили убежища и защиты, а у россов, отказывать в таких просьбах было не принято. Всех пропустили вслед за своими беженцами, а две сотни тарков-мужчин остались. Воины тарков отдыхали недолго и после отправки своих семей, оседлали коней и умчались в степь, сменив росских разведчиков.
Наконец вчера, произошло событие, на которое Ратмир надеялся и ждал уже давно. Появился человек, который взял на себя ответственность, за все события происходящие в городе и окрест. Из Переяславля примчался старший брат Мечислав, наместник второго по величине города в княжестве – Старграда. Мечислав был уже взрослым мужчиной и бывалым воином, прошедшим через три войны и два заграничных похода. Для воинов, он был авторитетом непрерикаемым, так что Ратмир живенько от дел городских самоуклонился и занимался только своими воинами. Кроме личной сотни им были набраны еще две из местных охотников, так что дел хватало. Свои-то подготовлены хорошо, да и кровь первую взяли уже, а охотников многому учить приходилось.
– Ратмир, Ратмир кому говорю, – видно не в первый раз окликнул его Мечислав.
– Да, чего, – очнулся от своих дум молодой сотник.
– Ты о чем задумался?
– Да как охотников лучше подготовить.
– То добре, – усмехнулся Мечислав. – Хорошо поработал брат, по чести сказать, не ожидал. Ну, да кровь не водица, завсегда скажется.
– Да я то что, делал что положено, да советы Богдана Рыка слушал.
– И это тоже добре. Продолжим Совет, бояре. Сегодня тарки из степи прискакали, говорят, орда через два дня на границу с лесом выйдет. Идут шесть туменов, один в степи остается. Хунов не видели, но взяли языка, и тот показал, что сзади топают, треть конница, остальное пехота.
– Ох, силища какая, – выдохнул один из дружинных бояр, Светояр Кольцо. – А может еще мимо пройдут?
Мечислав ответил:
– Получено срочное письмо от батюшки. Указана цель хунов – Долина Исхода. Самый короткий путь, через нас, по тракту Изборск – Перевалы – Переяславль – Старград. В обход идти резона нет, тысячекилометровый марш по выгоревшей степи, летом им не потянуть. Наши войска повернули домой, помощи ждать не откого, и мы должны выиграть время до подхода основных сил. Сейчас у нас четыре тысячи воев, включая ополченцев. На подходе из Переяславля еще двадцать пять тысяч – все что смогли собрать. С других княжеств, помощь тоже идет, но до нее надо еще дожить. У кого какие предложения?
– Предлагаю держать город и погибнуть всем с честью, – сказал Гнат Борода. – Хоть на несколько дней, а задержим врага.
– Надо на перевалы отходить и там закрепиться, – сказал Светояр Кольцо.
– Да, правильно, – поддержал того другой боярин.
Остальные загалдели, заспорили, но всех оборвал Мечислав:
– Поступим, как мой брат Ратмир задумывал. Будем отходить к перевалам, цепляясь за каждую засеку и удобное в обороне место. Тракт здесь один, кругом леса, буреломы, да болота. Мест степняки не знают, да и пока хунская пехота подойдет, мы конников удержим. Возражений нет?