Война за Врата. Тетралогия
Следом за мной шел Бо-хо-жг, естественно, командир батальона и, повернувшись к нему, я кивнул в сторону казармы, мол, пойдем. Мы вошли во внутренние помещения казармы, больше напоминавшие коровник. Горрилоиды были неприхотливы, для каждого отдельная спальная секция, огромный соломенный тюфяк, кран с водой и миска для еды, мылись они в речной проруби, мороз их не сильно донимал. Про одежду и разговора не было, им своего меха хватало, в кормежке так же, очень неприхотливы, но в основном предпочитают недожаренное мясо с кровью.
Прохаживаясь по проходу, я спросил Бо-хо-жга:
- Ты уверен в своих боевых самцах, старший хо-мль?
- Да, - подтвердил горрилоид ударом в грудь.
- Они будут подчиняться тебе?
- Да, они хотят жить, а потому пойдут за мной, - еще несколько ударов в широкую грудную клетку.
- Хорошо, жалобы или вопросы имеются?
- Бо-хо-жг имеет жалобу и просит убрать от нас людей в белых халатах, которые хотят сделать невидимую смерть.
Угу, это он про биологов, которые брали образцы живых горрилоидских тканей и кровь. Вирусологи, блин. Все бы ничего, взяли бы, что им необходимо, и спокойно отбыли к себе в лабораторию, так нет же, давай языком своим молотить, диспут научный здесь посреди плаца затеяли, а того не учли, что мутанты их понимают, причем очень даже хорошо. Пришлось срочно эвакуировать "убийц в белых халатах", так как боевые самцы слишком нервничали и могли повредить головы наших ценных специалистов.
- Они больше не появятся в вашем батальоне, - заверил я Бо-хо-жга. Теперь в этом не было необходимости, недавно на Кабаранге разведка столкнулась с патрулем горрилоидов и в ходе боя захватила в плен три контуженные особи. - Что-то еще?
- Нет.
- Информация от новеньких есть? - я кивнул на плац, где стоял строй мутантов.
- Немного есть, люди в черной униформе приходили, все записали.
Понятно, парни Лютерса уже провели опрос горрилоидов, надо будет узнать, что нового нарыли, может быть, про Эсфира-тон-Миранига будут сведения, а то он как-то подозрительно затих подле своих Врат. Вперед эльфы не идут, вызвали из резерва неполную армаду мутантов, закрепляются, а между своей территорией и той, что мы контролируем, только патрули держат. Есть предположение, что мятежные эльфы попытаются прорваться через обороняемые нашими союзниками миры. Хм, такое возможно, в принципе, только ведь один черт, ничего они не добьются. Про тех же сонимцев могу точно сказать, сидят вплотную к Вратам и готовы при первом же нажиме их подорвать. Мардунцы, эти, да, жаждут боя и просто мечтают показать всему Ра-Арскому Союзу, и в первую очередь нам, какие же они непревзойденные бойцы. Надо сказать, они вполне это смогут сделать. Армию на своем участке держат более десяти миллионов, в землю зарылись глубже, чем мои войска, а снаряжение получают самое лучшее из грайянских наработок и с Земли. Выстоят.
Ну, вот, вроде бы все осмотрел. Оставляю 444-й батальон на попечение Меченых, которые будут бегать с горрилоидами по лесам, повышая их и свою квалификацию, а сам отправляюсь в "Изенгард". Пока я рядом, отчего бы и не посмотреть на новое пополнение, тем более что начальник УЦ Валентин Миргородский, некогда мой приятель по службе, очень просил быть. Двадцать минут езды, и мы въезжаем в самую мрачную и зловещую крепость, какую я только видел. Да, уж, ничего не скажешь, для учебки место лучше не подобрать.
Моя "Асха" проходит мост, минует одни ворота, вторые, выезжаем на внутренний плац, выхожу из бронемашины и, мягко выражаясь, впадаю в недоумение. Чего я не ожидал, так это торжественной встречи. Не менее трех тысяч человек выстроены ровными коробками вдоль внутренних стен крепости и три тысячи пар глаз смотрят только на меня. Чувствую себя как-то неловко и непривычно, но в то же самое время очень здорово, так как эмоции от воинов идут настолько сильные и положительные, что пробивает все мои защитные барьеры. Меня здесь ждали, в меня здесь верят, и в этом месте только те, кто готов пойти за мной в любое пекло. Ай, да, Миргородский, ну и воспитатель, хотя, наверняка, здесь не обошлось без вмешательства начальника Отдела Духовного Воспитания Скуратова. Идеологи, едрить их всех в гидроперикись водорода. Воспитание и психологическая накачка, конечно, дело как говорится, архиважное и архинужное, но могли бы и предупредить.
- Рав-няй-сь! Смир-на! Рав-не-ние на сере-дину! - разнеслись в полной тишине команды Миргородского.
Вскинутые подбородки, наглаженная и отутюженная отрядная парадка воинов, новенькие знаки различия и шевроны подразделений, красота.
- Дзанг! Дзанг! Дзанг! - выбивают искры из камня подковки набитые на сапоги начальника УЦ.
- Господин командор! - вскидывая руку к черному берету, рапортует полковник, и я, следую его примеру. - Личный состав и инструктора Учебного Центра "Изенгард" рады видеть вас в стенах нашей крепости!
Надо же, постеснялся все-таки назвать построение торжественным, как есть отрапортовал, обойдя то обстоятельство, что воинов от занятий оторвали ради моего появления. Рады, и все тут. Как на такое реагировать? Только ответной радостью, м-да.
Делаю четкий поворот к строю.
- Здравствуйте воины-акинаки!
- Зд-рав-ия желаем, господин Командор! - рубит строй, именно так, Командор с большой буквы "К".
Эхо отражается от стен и возвращается обратно на плац. Сильны поорать молодые "акинаки", ничего не скажешь.
- Вольно! - командую я.
- Вольно! - дублирует меня Миргородский.
Полковник чуть наклоняется ко мне и шепчет:
- Командор, надо речь толкнуть.
- Ошалел что ли? - шепчу ему в ответ. - Сейчас не праздник какой и не событие, с какого это речь? Распускай воинов на занятия.
Миргородский, явно расстроенный моим нежеланием митинговать, распускает людей, и мы обходим крепость.
- Зря, - что-то зудит начальник УЦ. - Люди тебя ждали, готовились, никто из них, если не считать некоторых инструкторов, тебя живьем ни разу не видел, а ты, раз, поздоровался и всех на занятия разогнал. Мы тебе даже речь заготовили, достойную командора и руководителя. Эх, ну может быть в следующий раз? - с надеждой спрашивает он.
- Валентин, - отвечаю ему. - Дел полно, итак с трудом время выкроил, чтоб твое хозяйство навестить, а ты тут парады, митинги и церемонии разводишь. Не до того сейчас.
- Оно всегда не до того, но надо.
- Ладно, - соглашаюсь я. - Будет тебе речь в следующий раз. Обязательно.
Крепость впечатляет, на века строили, с дальним прицелом каким-то, но видимо, к местному феодалу судьба повернулась не той стороной, погиб, а его наследникам такой укрепрайон был ни к чему. Прошли оружейные классы, где уже занимались новобранцы, навестили полигон, комнаты отдыха - хорошо все переделано, достаточно уютно и казарму никак не напоминает. Тем, что увидел я остался удовлетворен, да и Миргородский - молодец, все сделал для того, чтобы процесс обучения проходил быстро, жестко и с пользой. Надо будет местных инструкторов и его самого отметить.
Попрощавшись с Миргородским, поехал в Штир-Штар. До Врат километров семьдесят ехать, минуток тридцать-сорок есть, и удобно расположившись в кресле, одев наушники, включил телеприемник. Со вчерашнего дня у нас заработала собственная радиовещательная кампания, программа пока только одна, как водится, военно-развлекательно-информационная, а назвали ее просто и незатейливо - "Голос Акинака". Трансляция идет круглые сутки, перемежая нехитрые отрядные новости с межпланетными развлекательными передачами. Так продолжается три часа, затем час земных новостей и вновь наши включаются. Нововведение всем понравилось, а то мы вроде как на отшибе получаемся от всего большого межмирового пространства.
Как раз вовремя попал, отрядные новости идут. Миловидная девчушка-симпатяшка, затянутая в ладный мундирчик, придуманный всего три дня назад Пахомовым, приятным голоском вещает: