Тайное зеркало (СИ)

— Я не умею…
— Очень на это надеюсь, — пророкотал Северус. — Помочь?
Гарри кивнул.
— Открой рот и высунь язык, — Снейп пережал основание члена, боясь сорваться от того, с каким старанием Гарри выполнил его указание, и какой сексуально-пошлый вид у него получился. Он обхватил Гарри за затылок, несильно, едва придерживая, и немного потянул его на себя. Тяжелая головка легла на горячий язык и скользнула в рот, упираясь в нёбо. Гарри плотно обхватил ствол губами и вопросительно уставился на мужа.
  
— Пососи, — подсказал тот, обводя пальцами растянутые вокруг твердой плоти губы.
Гарри прикрыл глаза и вспомнил, как Северус делал ему минет, как сладко это было чувствовать, какие ощущения он при этом испытывал, и попытался повторить. Он прижал языком головку к нёбу и начал посасывать, водя кончиками пальцев по стволу, едва задевая. Северус мелкими толчками подавался навстречу, закусив губу, нежно держа в руках лицо мужа.
— Возьми глубже…
Голос Северуса срывался, и Гарри был страшно горд собой, что смог довести его до такого состояния. Он шире раскрыл рот и пропустил член до самого горла, потом так же медленно снялся с него, обвел языком вокруг головки и повторил маневр… несколько раз… Не веря сам себе, что это могло так сильно его возбудить. Но упругая плоть во рту разжигала нешуточный чувственный голод в его теле.
— Остановись…
Северус подхватил дезориентированного мужа на руки и понес в спальню, опрокидывая того на постель. Стащить брюки и нижнее белье было делом пары секунд. Невербально кинув нужные заклинания, он закинул стройные ноги к себе на плечи, пристраиваясь к расслабленному чарами отверстию. Первый толчок, и крупная головка скользнула внутрь… еще один, и член полностью погрузился в жаркую глубину. Гарри едва дышал от ошеломляющих ощущений, комкая в пальцах простыню, смотря невидящими глазами в потолок. Казалось бы, не в первый раз они занимаются сексом, не в первый раз он оказывается на спине с членом в заднице, но Гарри чувствовал, что именно сегодня он впервые полностью отдается, ничего не скрывая, не пытаясь сдерживаться и контролировать себя.
Северус замер, войдя на всю длину. Он никогда бы не поверил, что совершенно неумелый минет так легко порвет в клочья его самообладание. Но Гарри — на коленях, трогательно невинный и в то же время порочный, заставил Снейпа изо всех сил сдерживать рвущиеся на свободу хищнические инстинкты.
Гарри, сумевший выбраться из чувственного морока на поверхность, с трудом сфокусировал взгляд на муже. Тот застыл, мелко подрагивая, давая возможность привыкнуть к себе, вглядываясь в лицо Гарри потемневшими от страсти глазами.
— Хочу… — хныкнул он и слабо подмахнул.
Каждый вздох, каждое движение, каждый стон и касание возносили любовников все выше и выше. Гарри требовал, извивался, насаживался на дающий наслаждение орган. Смотрел затуманенным взором, облизывал губы…
Северус не мог оторваться от распластанного под ним тела, интуитивно понимая, что сегодня все по-другому. И дело не в первом минете, подаренном ему, не в том, с каким жаром отдавался Гарри… Казалось, что сегодняшний день поставил все на свои места, и, наконец-то, все идет как нужно. Он вбивался в тесную дырочку, обхватив член мужа пальцами, надрачивая, вознося их все выше и выше…
Оргазм налетел на них, выкручивая в чувственном вихре.
— Мой! — рычал Северус, кончая в жаркую глубину.
— Мой… — вторил ему Гарри, заливая пальцы семенем.
Сил Северуса хватило только на то, чтобы избавить Гарри от висевшей на плечах порванной рубашки и накрыть их обоих одеялом, уютно устраиваясь рядом с мужем…
Ленивое воскресное утро в Хогвартсе. Никто никуда не торопится. Не нужно бежать сломя голову в Большой зал, не нужно больше прятаться. Гарри потягивался под одеялом, шевелил пальцами ног, что-то почти мурчал. Он бы так и нежился в постели, но организм требовал к себе внимания, а засохшая на животе сперма неприятно тянула кожу.
Гарри ухмыльнулся. Он не помнил, как вчера отрубился. Видимо у Северуса тоже не хватило сил на очищающие. Поттер приподнялся на локтях, оглядывая спальню в поисках мужа, но того уже давно не было — многолетняя привычка к ранним подъемам не давала разлеживаться. Гарри соскочил с кровати и отправился в душ.
Кричер ворчал. Но не так, как он делал это раньше, поливая грязью и оскорбляя. Теперь он бубнил о том, что его любимые хозяева совсем о себе не заботятся, что спать ложатся не евши, что не дают верному Кричеру позаботиться о них как следует…
— Кричер, завтрак. — Северус прервал бесконечный бубнеж, заставив эльфа быстрее шевелится, накрывая стол.
Нора. Артур сидел за длинным столом, за которым раньше собиралась вся его большая семья. Теперь же он был один. Один и без магии. Привыкший делать все с помощью палочки, Артур оказался совершенно не приспособлен к жизни сквиба. У него едва получилось растопить печку, а кулинарных способностей достало лишь на чай, но и тот был какой-то безвкусный.
С другой стороны, это еще большая удача, что он остался сквибом, а не стал магглом, как бывшие жена и дочь. Тогда бы ему было заказано жить в этом доме. Какой-никакой, а все же волшебный! Артур обхватил голову руками, зажмурив глаза, борясь с рыданиями. В один момент он остался без семьи. Ему не верилось, что сыновья простят его, вернутся к нему. Он тяжело дышал, хриплыми полустонами наполняя давящую тишину.
— Папа…
Артур трусил открыть глаза, желая, чтобы голос старшего сына был явью, но не очень-то веря в это.
— Папа…
О, и Чарли?!
— Отец…
— Ты так и не…
— Посмотришь на нас?
Близнецы! Артур приоткрыл один глаз, несмело оглядывая помещение. Билл, Чарли, Перси-молчун и Фред с Джорджем, только Рона не хватало.
— Дети, — всхлипнул Артур, — мои дети…
Парни не стали смущать отца, дав ему возможность успокоиться. Рон им обо всем написал, отправив письма, и они решили, что их отец — герой. Ну, если и не герой, то очень мужественный человек. Младшие дружно замахали палочками, наводя порядок, старшие взяли на себя заботы по кухне — привычные жить одни, они с легкостью со всем справлялись. Несколько минут и дом приобрел приличный, насколько это возможно, вид. А стол оказался накрыт к обеду.
— Теперь можно и поговорить, — сказал Билл, усаживаясь напротив отца…
Артур им все рассказал, не став утаивать ничего. Конечно, Рон многое рассказал своим братьям, но полную историю не знал никто, кроме Артура Уизли. И пусть ему было стыдно за долгие годы бездействия, но он все же сделал то, что был должен.
Сыновья не стали винить его, а просто приняли как данность случившееся, и теперь решали, что делать дальше.
— Я возвращаюсь в Британию, — сказал Билл. — Гоблины предложили мне работу в Лондонском филиале Гринготтса.
— Мы тоже можем вернуться домой, — сказал Фред.
— Жить над магазином не очень удобно, — поддержал его Джордж.
— И я могу, — Перси уже давно хотел вернуться, но мать ТАК высказывалась, что он не решился.
— Спасибо, — Артур вытирал набегающие слезы. Он и не подозревал, что это Молли отвадила от дома его детей. Еще один промах.
— Отец, мы же семья, — сказал Чарли.
 Комментарий к глава 24 Киньте в меня комментом, только не по голове))
====== глава 25 ======
Дни проходили за днями, но Альбус Дамблдор не замечал их смены, имея о режиме дня слабое представление. Камера была глухая, даже без слухового оконца, в котором бы было видно хоть крохотный кусочек неба, и для него время заключения слилось в один бесконечный кошмар. Камера (пф!!! Конура для собаки и то больше!) шесть на пять футов с крохотной — узкой и короткой — шконкой с жесткой панцирной сеткой, прикрытой лишь тонким одеяльцем — ни подложить, ни укрыться. Кормили впроголодь: хлеб да вода — лишь бы не сдох, спать практически не давали. Убогая постель исчезала в шесть утра, когда зажигался крохотный тусклый огонек под потолком, и появлялась в двенадцать ночи, а ледяной, с инеем по углам, каменный пол не располагал к отдыху на нем. Северус, узнав о месте обитания старика, пришел в мстительный восторг, хорошо зная, что Гарри больше половины жизни провел почти в таких же условиях. Сам же Дамблдор сбил все пальцы в кровь, и расцарапал шею, пытаясь сорвать ошейник, блокирующий его магию. Ему казалось ужасным вдруг остаться без той силы, что позволяла ему всю жизнь чувствовать себя на вершине мира. А теперь, практически маггл, только знающий и ощущающий биение магии за пределами его тела, он рычал от бессилия и скрипел зубами от невозможности хоть какого-то действия. Лорд Гонт знал толк в наказаниях…