Он пришёл сверху. Том I. Во власти сна

— Славно, — рот Первомая снова расплылся в улыбке, — что ж, думаю, внизу уже все собрались, и можно отправляться на ужин.
— Великий, что насчёт сокращения рабочих часов? — осторожно поднял когтистую лапу Дэрион.
Первомай обернулся на говорившего и дружелюбная улыбка исчезла с его лица. Он опустил взгляд, и кивнул Артёму. Тот кашлянул и гордо произнёс, задрав подбородок:
— Ответ Великого отрицательный.
Дэрион опустил плечи и с досадой щелкнул зубами.
Выдрессировал его, как какого-то куслапа! Подумать только, что этой мертвечине нужно… Пожрать. И вот он уже весь твой. Нет, Антанарис, ты ошибся на этот раз. Никогда бы он не смог стать выбранным. На эту роль больше сгодился бы даже тугодум Иргойль!
— В течение нескольких дней я направлю вам дополнительные задачи на четверть. А сейчас — приглашаю всех на ужин на второй этаж! Все гости уже там.
Когда Антанарис и Иргойль остались на этаже одни, ушастый вдруг прошептал, смотря перед собой:
— Похоже, что он пока ничего не знает.
Смотритель лишь шикнул в ответ, намекая, что это не место для разговора. Но Иргойль продолжал. Действительно — тугодум, давно пора было это признать.
— Я думаю мы бы давно уже стали трупами. Или того хуже — мёртвыми прислужниками Первомая! Чего он ждёт? Издевается? А придурка этого видел? Только вот теперь он стал добычей потяжелее… Во всех смыслах, — сказав это, Иргойль оскалился, обнажив грязно-жёлтые зубы, в глазах блеснула охотничья искра.
Тут смотритель среднего района не выдержал и c силой толкнул напарника плечом. Затем остановился, пытаясь выдохнуть напряжение, и сказал так тихо, что Иргойлю пришлось наклониться и подставить ухо, чтобы услышать:
— Иргойль, если мы будем показывать наше неравнодушие — раскроем себя. Ты же взрослый уже, должен понимать!
— Да, извини, Антан… — тут же замялся ушастый.
— Постарайся успокоиться и пошли скорее!
Антанарис громко выдохнул, а Иргойль лишь молча закивал и ускорил шаг, пытаясь его догнать.
Когда они наконец спустились на второй этаж, там уже собралось множество существ. Здесь были жители среднего и верхнего районов, низших же никогда не приглашали, да и приглашать было некого — в нижнем районе проживали в основном работники заводов. В углу зала на небольшом столике стоял уже знакомый Антанарису ящик c двумя круглыми решётками. Он мог играть музыку, будто-бы кто-то сидел внутри него. Очередные чудеса Первомая, которые смотрителю пока не удалось разгадать.
В центре зала находились несколько длинных столов с белоснежными скатертями. На столах, как и всегда на таких ужинах, не было свободного места — всё было заставлено тарелками с разной едой. Тут была и совершенно незнакомая Антанарису еда, и привычная — водоросли, жареное мясо моола под разными соусами и различные плоды с ферм среднего района. Пока что всё было не тронуто — все ждали появления Первомая.
Через минуту он наконец появился, рядом с ним вышагивал Артём. Антанарис вдруг осознал, насколько они похожи, и сожаление о чудовищной ошибке чуть снова не накрыло его с головой.
— Надеюсь, этот вкусный ужин уладит любые разногласия и тревоги! — Первомай улыбался, широко расставив руки и оглядывая гостей.
— А если есть вопросы — я весь ваш!
— Ты есть хочешь, Антан? — спросил Иргойль.
— Нет.
Ушастый бесшумно усмехнулся, заметив, куда смотрит Антанарис.
— Ты же сам сказал, что мы не подаём виду.
— Да, я так и сказал, именно этим я и занимаюсь…
Артём стоял около одного из столов, рядом с ним переступала с ноги на ногу уже знакомая высшая в красном платье.
— Бедная Алиса… — прошептал смотритель и направился в сторону Артёма. Иргойль сказал что-то ещё, но Антан уже не слышал.
К Артёму подбежала худощавая служанка в белоснежном фартуке. Она остановилась, боясь поднять взгляд на господина.
— Это уже остыло, — недовольно произнёс Артём, кивнув в сторону тарелки с кусками жареного мяса. — Иди подогрей, и быстро — я голодный.
— Будет сделано, — служанка, казалось, чересчур низко кивнула, а затем быстро забрала тарелку и скрылась из виду.
 
— Славь, Артём! — бросил Антанарис так резко, что Артём вздрогнул и уставился на смотрителя.
— Cлавьте, господин! — произнесла высшая, но но Антан даже не посмотрел на неё. Он сразу различил давно знакомый ему запах — вонь мертвечины. А с мертвечиной не о чем разговаривать.
Поздоровавшись, высшая принялась заботливо поправлять воротник рубашки Артёма.
— Оливин! — тот скривился и резким движением выдернул воротник из её тонких пальцев. Антанарис тем временем протянул руку и вытащил из стакана с приборами блестящий нож. Заметив это, Артём медленно попятился.
Антанарис вдруг ощутил, как рука, сжимающая нож, будто завибрировала. Он сжал прибор посильнее, пытаясь унять это чувство. В глазах Артёма мелькнул страх, который смотритель уже видел и у других. Обычно он ничего не испытывал или запрещал себе испытывать — ведь то была работа, а на работе не место эмоциям. Но теперь дрожащие губы вызвали у смотрителя непривычный и пугающий азарт.
Антану пришлось сделать усилие, чтобы опустить нож и отрезать себе кусок первомайского сорта сотаров.
— Я вижу, неплохо тебе живётся у Первомая, — начал Антан, закинув в рот сочную дольку. С громким хрустом он разгрыз её, демонстрируя клыки и не переставая смотреть Артёму в глаза. Нож он медленно положил на стол.
— Антан… — осторожно начал Артём, испуганный взгляд скакнул в сторону ножа.
Но смотритель быстро прожевал и перебил его:
— Уж точно лучше, чем у изверга Антанариса, — тут он улыбнулся. — Получается, ты теперь выше меня по рангу, служанками командуешь…
— Антан, если ты думаешь… — Артём запнулся. — Всё не так…
— Я когда тебя увидел, сразу понял, что у тебя талант… — Антан сделал шаг в сторону Артёма. Тот снова попятился.
— О, вы беседуете! — резкий возглас прервал его. Внезапно между ними возник Первомай. Артём сразу заметно расслабился и сделал шаг вперёд навстречу правителю.
— Антанарис, дорогой, прости, что забрал его у тебя, — с виноватой улыбкой начал Первомай. Он очень способный высший, и ему не место в саду сотаров. Думаю, ты понимаешь, что со мной ему лучше, — тут Первомай жестом попросил Оливин отойти и приобнял Артёма за плечи. Он так резко прижал советника к себе, что тот еле устоял на ногах и принялся дрожащими руками подтягивать галстук.
— Конечно, я понимаю, — кивнул Антанарис.
— Не хочу, чтобы между нами была напряженность касательно этого высшего.
— Никакой напряжённости нет, — Антан отправил в рот вторую дольку и принялся жевать.
— Может, тебе подобрать нового помощника?
— Не стоит, Великий, — замотал головой смотритель.
— Давай-ка оставим Артёма наедине с ужином, он точно не заскучает, а сами кое-что обсудим.
— Ты же не против, если я заберу Антана? — Первомай наклонился к Артёму, и тот отрицательно завертел головой.
— Ну вот, пойдём, Антан, поговорим.
Они отошли в сторону и заняли один из круглых столов, который украшала тонкая ваза с длинной белой веткой.
— Уже успел что-нибудь попробовать из сегодняшнего меню?
— Что-то вроде сотара, — Антанарис глянул в сторону столов, и увидел, как Артём в несколько глотков выпил золотистый напиток из высокого бокала.
— О, — воодушевился Первомай, — я попозже расскажу вам, это мой личный сорт сотаров… Из него получается отличное вино. Ладно, давай к делу. В первую очередь я попрошу тебя не упоминать больше о моих «дополнительных заданиях» для тебя при других смотрителях.
— У меня не было выхода, ты прижал меня к стенке, — усмехнулся Антан.
Первомай как-то напряжённо оскалился, пытаясь выдавить улыбку.
— Хорошо, это забыли, — вдруг махнул он рукой. — Сможешь к следующей четверти принести ещё пятерых?
Антанарис не ожидал этого вопроса. Он поджал губы и глянул по сторонам, будто бы кто-то мог их услышать.
— Великий, я то смогу, но вот жители города могут уже что-то заподозрить. Может, сделаем перерыв?