Орудия смерти. Город потерянных душ (новый перевод)

– Хелен Блэкторн.
– Я слышал, у них в роду были фейри.
«А, так вот оно что», – подумала Клэри. Это объясняло заостренные уши. Гены нефилимов были доминантными, и ребенок становился Сумеречным охотником, но иногда кровь фейри проявлялась даже через поколение, всякими странными способами.
– Да, были. Алек, слушай, я хотела тебя поблагодарить.
Алек удивленно уставился на нее.
  
– За что?
– За то, что ты сделал в зале Соглашений. Это дало мне смелости признаться родителям. Если б не ты, я бы так ничего им и не сказала.
– О… – Алек выглядел напуганным, как будто не ожидал, что его действия важны для кого-то, кроме родных. – И как твои родители? Нормально приняли?
Алина закатила глаза.
– Сделали вид, что ничего не происходит. Типа, если не будем об этом упоминать, само рассосется.
Клэри вспомнила еще одно кредо Конклава: не спрашивать и не говорить о вещах, которые они считали ниже своего достоинства.
– Но могло быть хуже, – быстро добавила Алина.
– Точно, могло, – мрачно отозвался Алек.
Клэри внимательно посмотрела на него.
– О, прости… – Алина сочувственно взглянула на него. – Твои родители не…
– Им все равно, – резковато отозвалась Изабель.
– Мне в любом случае не стоило болтать о себе. Джейс ведь пропал, вам, наверное, ни до чего. – Она глубоко вздохнула. – Люди, наверное, много глупостей о нем говорят, потому что не знают, как вести себя. Я просто… тоже хотела сказать пару слов. – Она отстранилась от проходящего мимо охотника и понизила голос: – Алек, Иззи, помните, как вы однажды приехали в Идрис? Мне было тринадцать, а Джейсу… двенадцать, кажется. Он захотел увидеть лес Брослин, так что однажды мы взяли лошадей и поехали туда. Конечно, мы заблудились – через Брослин просто так не пройти. Сгущались сумерки, деревья будто смыкались вокруг. Я запаниковала, решила, что мы здесь умрем. Но Джейс не испугался. Он не сомневался, что выберемся. И мы правда выбрались через несколько часов – Джейс нас вывел. Я была ему так благодарна! А он глянул на меня, как на сумасшедшую, типа: «Конечно я бы вас вывел!». Джейс даже не думал, что может быть иначе. Я это все говорю, потому что знаю: он найдет путь к тебе. Точно знаю.
Клэри не думала, что когда-нибудь увидит, как плачет Иззи, – и та очень старалась не плакать, но застывший взгляд и блеск в глазах ее выдавали. Алек сосредоточенно рассматривал ботинки. Клэри чувствовала, как поднимается в ней волна горя, и заставила ее улечься обратно. Она не могла думать о двенадцатилетнем Джейсе, не могла думать о том, как он потерялся в темноте, ведь он и сейчас потерялся где-то, а может, его держат в плену, может, ему нужна ее помощь, он ждет ее, но если она сломается…
– Алина, – подала она голос, понимая, что ни Изабель ни Алек говорить не могут. – Спасибо тебе.
Алина смущенно улыбнулась.
– Просто рассказываю, как было.
– Алина! – Подошла Хелен, таща за запястье мальчика. Его руки были сплошь покрыты голубым воском: скорее всего, играл со свечами в огромных канделябрах, расставленных по бокам зала. Мальчонка выглядел лет на двенадцать, с такими же прекрасными сине-зелеными глазами, как у сестры, но ухмылялся как чертенок. И волосы у него были темно-каштановые.
– Мы, наверное, пойдем, пока Джулс тут все не разнес. И я, кстати, понятия не имею, куда делись Тибс и Ливви.
– Они ели воск, – услужливо подсказал двенадцатилетка Джулс.
– О Господи, – простонала Хелен. – Простите меня. У меня шесть младших братьев и сестер и один старший. Мы просто цирк на колесах.
Джулс глянул на Алека, на Изабель, потом на Клэри.
– А у вас сколько братьев и сестер? – спросил он.
Хелен побледнела.
– Нас трое, – ровным тоном произнесла Изабель.
Джулс снова взглянул на Клэри.
– Как-то вы не похожи.
– Я не из их семьи, – ответила Клэри. – У меня нет ни братьев, ни сестер.
– Вообще нет? – с недоверием покосился мальчишка, будто она сказала ему, что у нее ноги с перепонками. – Ты поэтому такая грустная?
Клэри подумала про Себастьяна, вспомнила его снежно-белые волосы и черные глаза.
«Если бы! – возникла мысль. – Если бы у меня правда не было брата, ничего бы этого не случилось».
Ненависть немного согрела ее заледеневшую кровь.
– Да, – тихо ответила Клэри. – Поэтому я такая грустная.
 
2
 
Шипы
 
Саймон ждал Клэри, Алека и Изабель под каменным выступом на стене Института, хоть немного защищающим от дождя. Он обернулся им навстречу, его темные волосы прилипли ко лбу и шее. Поправил челку и вопросительно взглянул на Клэри.
– Я чиста, – сказала она и покачала головой в ответ на его улыбку. – Но они сняли приоритет с поисков Джейса. Я… думаю, они считают его мертвым.
Саймон опустил глаза, оглядев свои мокрые джинсы и футболку (серую, мятую Ringer с крупной надписью «Я, ОЧЕВИДНО, НАЛАЖАЛ»). Покачал головой.
– Мне жаль.
– У Конклава это бывает, – отозвалась Изабель. – Другого даже ждать не стоило.
– Basia coquum, – произнес Саймон. – Или какой у них там девиз.
– Вообще-то, Descensus Averno facilis est – «Легок спуск в Ад». Ты сейчас сказал: «Поцелуй повара».
– Черт, я как знал, что Джейс прикалывается. – Мокрая челка опять упала Саймону на глаза. Он нетерпеливо отбросил ее, и Клэри увидела, как на его лбу сверкнула серебристая метка Каина. – Что теперь?
– Теперь мы идем к королеве Благого двора. – Клэри коснулась колокольчика на шее. Она рассказала о встрече с Кайли на приеме Люка и Джослин и об обещании королевы.
Саймон взглянул на нее скептически.
– Рыжая стервозная дамочка, заставившая тебя поцеловать Джейса? Она мне не понравилась.
– Это все, что ты о ней запомнил? Что она заставила Клэри поцеловать Джейса? – раздраженно спросила Изабель. – Королева Благого двора опасна. В тот раз она просто хотела с нами поиграть. Обычно она любит десятками сводить людей с ума, чтобы орали от ужаса. И это еще до завтрака.
– Я, кстати, не человек, – напомнил Саймон. – Больше нет.
Он глянул на Изабель и быстро повернулся к Клэри.
– Мне можно с вами?
– Ты нам очень пригодишься. Светоч с меткой Каина! Такое даже королеву впечатлит!
– Я бы особо не надеялся, – заметил Алек.
Клэри глянула на дверь.
– А где Магнус?
– Сказал, что не стоит ему идти. Кажется, у них с королевой вышла какая-то история…
Изабель приподняла брови.
– Да не такая история! Они враждуют или вроде того. Впрочем, – пробормотал Алек вполголоса, – он до меня такое творил… Я бы не удивился.
– Алек! – Изабель начала что-то втолковывать брату, но Клэри не слушала. Ее зонтик с динозавриками щелкнул, раскрываясь. Много лет назад Саймон купил его для нее в Музее естественной истории. Он, конечно, узнал его, улыбнулся.
– Пройдемся? – Церемонно подал ей руку.
Дождь лил не прекращаясь, из водосточных труб текли ручьи, такси, проезжая, поднимали брызги. Саймон подумал, что это странно – не чувствовать холода, но все равно раздражаться оттого, что мокрая одежда липнет к телу. Он глянул на Алека и Изабель через плечо. С тех пор как они вышли из Института, Изабель избегала смотреть ему в глаза. Что было у нее на уме? Она всю дорогу говорила о чем-то с братом, и, когда они остановились на углу Парк-авеню, услышал, как она говорит:
– Папа пытается стать Инквизитором. Что думаешь?
– Звучит как скучная работа. Не понимаю, зачем ему это.
Изабель держала над собой прозрачный зонтик с узорами из разноцветных цветочков. Самая девчачья штука, которую Саймон вообще видел, и он не мог винить Алека за то, что тот выбрал стоять под дождем.
  
– Не в скуке дело! – прошипела Изабель. – Если он займет пост, будет постоянно пропадать в Идрисе. Постоянно, понимаешь? Он не сможет управлять Институтом и одновременно быть Инквизитором.
– Если ты не заметила, Из, он и так все время в Идрисе.