Ведьмак с Марса 6 (СИ)

— Ты, ты и ты, — я указал на тех, кто попал в мой гарем недавно и не успел наскучить. — И ещё ты.
Это было сказано Снежане. Она оставалась для меня всегда новой, всегда неизвестной, каждый раз становился открытием.
Спустя несколько часов, когда четыре обессиленных женских тела лежали, раскинувшись на шёлковых простынях, я зашёл в ванную и плеснул себе в лицо пригоршню холодной воды. чтобы освежиться. Из зеркала на меня взглянула маска «Доминатора». Стекло треснуло, рассыпалось на осколки, вслед за ним трещинами пошла вся ванная комната, осыпаясь и открывая мне вид на жгуты-щупальца ксеноплоти, оплетающие сетью всё ячейки моих воспоминаний.
  
«Я победил, Ведьмак!»
  
Глава 23
 
Флот «Ковчега» надвигался сплошной массой, в которой сканеры выделяли два типа кораблей: земные и инопланетные. Часть флота принадлежала москитному и десантному составу «Ковчега», но остальные явно относились к стангерам. Инопланетные корабли делились на более крупные — видимо, крейсера, и более мелкие — аналог москитного флота. Флот Департамента открыл по ним огонь, не дожидаясь, пока это сделает противник.
Преимущество пока было за более дальнобойными крейсерами. Флот Департамента, в основном состоявший из них, расстреливал приближающегося противника как в тире. Корабль, на котором был размещён рельсотрон, отвлёкся от боя с Примой-Исполнителем и открыл огонь по крейсерам ксеносов. Его снаряды прошивали их насквозь, от носа до кормы, оставляя чудовищные разрушения, и это мгновенно сделало его целью номер один для надвигающегося флота.
Но добраться до этого корабля было непростой задачей — его прикрывал весь флот Департамента. Корабли перестроились, чтобы встретить противника наиболее эффективным образом, не мешая друг другу вести огонь по врагу, и пространство между двумя флотилиями прошивали лучи лазерных пушек, заряды плазмы, и невидимые посланцы рельсотрона — металлические болванки, которые обнаруживали себя только войдя в соприкосновение с целью.
Флот «Ковчега» нёс потери ещё до того, как сам мог открыть эффективный огонь, но его численность была такова, что эти потери были не слишком существенными. Навстречу ему выдвинулся москитный флот Департамента, истребители Земли и стангеров встретились посередине дистанции, разделяющей два флота, и закипело сражение.
Быстрые, вёрткие боевые машины кружились в смертельном танце, становясь заслоном на пути к своим кораблям. Пилотам Департамента приходилось следить не только за вражескими истребителями, но и за тем, чтобы не оказаться под огнём собственных кораблей. Им помогали ведьмы Ковена — каждый пилот словно шестым чувством выбирал верную траекторию полёта, избегая дружественного огня, и при этом поражал противника. Сеть Ковена раскинулась на всё поле сражения, объединяя каждого человека в идеальный, не дающий сбоев боевой механизм, заточенный на уничтожение врага.
Но даже так численность стангеров превосходила возможности людей. Два флота неуклонно сближались, и настал момент, когда обе флотилии пришли в соприкосновение.
— Внимание! Десантные катера! — раздалась команда на борту одного из крейсеров. — Приготовиться к отражению вражеского десанта!
Несколько десантных катеров ворвались в ангар крейсера, опустились на опоры, откинули аппарели — и на палубу выплеснулись группы биосолдат.
— Что за хрень! — возмутился кто-то из бойцов Департамента.
Потом на возмущение не осталось времени. Нужно было отстаивать крейсер.
«Богомолы» шли сплошным строем, их встретил кинжальный огонь плазменных винтовок. Первая группа захватчиков полегла, скошенная выстрелами, но на смену им спешили следующие, а к ангару приближались новые десантные катера с очередными партиями десанта…
Это повторялось на каждом крейсере, с которым столкнулся флот «Ковчега» — биосолдаты шли в наступление, гибли, но на смену им высаживались новые и новые отряды ксеносов. Не обошлось без жертв со стороны защитников — то и дело длинные шипастые конечности выхватывали из рядов людей то одного, то другого человека.
Наконец натиск схлынул — не потому, что кончились катера, просто в ангарах не осталось места, где они могли бы приземлиться. Флот Департамента медленно отступал, стангеры напирали, и тут тёмное облако вражеского флота прошили насквозь несколько линий. Это эскадрильи Легиона, действуя с нечеловеческой эффективностью, раз за разом отбрасывали наступающие волны, спасая положение.
«Москит», на хвосте которого зависли пришельцы, которых он никак не мог скинуть, уже готовился подороже продать свою жизнь, когда преследователи просто исчезли, сбитые одним из дроидов Легионов.
Десантный бот, заходящий на посадку в ангар уже почти обескровленного крейсера, получил заряд плазмы, вскипятивший внутри него отряд «богомолов», разбился при приземлении и наглухо заблокировал противнику доступ в ангар.
Один из крейсеров оказался захвачен, по его коридорам сновали биосолдаты, выискивая уцелевших защитников. Капитан блокировал орудийные отсеки и капитанский мостик, и крейсер вёл огонь, пока «богомолы» не смогли вскрыть запечатанные отсеки. Тогда капитан активировал протокол самоуничтожения и направил крейсер в гущу вражеского флота. Несколько кораблей противника оказались повреждены столкновением, не успев уклониться от самоубийственного манёвра, а потом взрыв разметал обломки крейсера, забравшего с собой ещё нескольких врагов.
Остальным удалось отстоять свои корабли. Команды защитников приступили к расчистке палуб ангаров, подтаскивая тела «богомолов» к краю створа ангара и сталкивая их в открытый космос.
Капитана взорванного крейсера подхватил один из дроидов Легионов, вынес из гущи сражения, оставил в ангаре одного из крейсеров и умчался дальше отражать атаки стангеров. Легион сражался за человечество, выполняя клятву Кассиана Комарова — стать щитом, о который разобьётся волна вторжения.
Пока шло это сражение, часть флота Департамента в обход направилась к противоположной стороне «Ковчега». Эти корабли несли на себе десант — «спартанцев», подчинённых Ковену. Пока всё внимание Примы было приковано к сражению, они, никем не замеченные, высадились в ангарах «Ковчега» и начали зачистку коридоров от мутантов и одержимых.
Продвигаясь медленно, но верно, «спартанцы» оставляли после себя только трупы — и пока среди тел не встречались человеческие.
Основное сражение развернулось возле крейсера с рельсотроном. Как ни старались корабли флота Департамента прикрыть подступы к нему, десантные катера добрались и до него. И пока защитники отражали атаки десанта, вокруг крейсера роились два москитных флота. Ксеносы стремились подбить крейсер, люди — не дать им это сделать.
Ведьмы сосредоточились на том, чтобы усилить свой флот и ослабить противника. Люди чувствовали воодушевление, действовали чётко и верно, ксеносы — ошибались, медлили с принятием решений, были угнетены. Их гнал вперёд только приказ Примы, не будь его — они бы уже развернулись и вернулись обратно на «Ковчег», где чувствовали себя в безопасности.
Группа Ведьмака затаив дыхание следила за ходом сражения, пока с ними не вышли на связь.
— Говорит «Шторм», — раздался на канале группы голос Лорда. — Сейчас, пока все заняты нами, вы можете безопасно покинуть «Ковчег». Подарок активирован?
— Активирован, — ответил доктор Килл. — Но мы ждём командира.
— Неизвестно, сможет ли он победить, — в голосе Одина слышалось сомнение. — В случае его поражения мы подорвём бомбу дистанционно, вам лучше покинуть борт до того, как это станет неизбежным.
  
— Мы остаёмся, — решительно ответила Синтия, специальный агент Департамента. — Мы верим в Рюрика.
* * *
Прима победил. Стангеры поглотили человечество, и я стал во главе всего вида. Моя воля была волей всей сети коллективного разума. Старейший, которого вытащили из его логова и бросили к моим ногам, сам, без всякого Приказа, преклонил передо мной колени. Ему хватило моей ауры, чтобы сдаться на милость победителя.