Авалон. Внешний Мир. Книга 5 (СИ)

— Ну и чего стучите, как демоны по башке? — ворчливо сказал дворф, его голос был хриплым, но живым. — Кто такие? Чего надо?
— Мы от Сунь Укуна, — отозвался я, доставая монету из инвентаря. — Это для тебя.
Протянул ему монету, и дворф прищурился, взяв её в руки. Он повертел её, поднёс к свету, будто проверяя на подлинность, и вдруг рассмеялся, качая головой.
— Надо же, вот упёртая обезьяна, — весело сказал он, его борода затряслась от смеха. — Ладно, ждите тут. Сейчас вернусь.
  
Он скрылся внутри, оставив дверь приоткрытой. Из здания доносился гул, будто там работала целая фабрика: шипение, бульканье, звон металла. Запах хмеля стал ещё сильнее.
Грунди вернулся через пару минут, неся в руках небольшой деревянный бочонок, от которого исходил крепкий хмельной аромат.
Он поставил его перед нами, вытер руки о фартук и гордо выпятил грудь.
— Вот, — гордо сказал он. — Пойло для Сунь Укуна! Высшей пробы!
Я оторопело замер и заморгал, пытаясь до конца осознать происходящее. Оглянулся на команду и заметил такие же растерянные лица.
И лишь Димка расхохотался от души.
— ХАХАХАХА! Это что, мы за пивком для Сунь Укуна сгоняли? — заржал он. — ХАХАХАХА!
Команда рассмеялась следом, никто не остался равнодушным. Даже Юки слегка улыбнулся, хотя его лицо оставалось почти непроницаемым.
Ауриэль склонилась над бочонком, будто до сих пор не могла поверить.
— Серьёзно? Просто пиво?
Но Грунди вдруг насупился и скрестил руки.
— Это не просто пиво. Это шедевр! Хмель с Жёлтых Полей, солод из подземных пещер, вода из ледяных источников. Один глоток — и вы забудете, как вас зовут. Два глотка — и вы будете петь песни, которых не знали. Три — и проснётесь в другой деревне, без штанов!
Команда снова рассмеялась, а Димон шагнул ближе, принюхиваясь к бочонку.
— Да ладно? — недоверчиво сказал он. — Такое вкусное и крепкое? А что, я готов попробовать.
— Попробуй, — насмешливо сказал дворф, прищурившись. — Но что ты скажешь Сунь Укуну?
— Да я же глоточек, — хмыкнул Димон, похлопав себя по груди. — Давай, наливай!
— Сунь Укун требовательный клиент, — заворчал дворф. — Он заметит даже такую пропажу!
— Ладно, всё, посмеялись и хватит, — с усмешкой сказал я, положив руку на бочонок. — Это для Сунь Укуна. Мы своё дело сделали.
Дворф кивнул.
— Правильно, парень, — одобрительно сказал он. — Дело есть дело. Но куда вам сейчас на ночь глядя? Оставайтесь на ночь. У нас тут таверна есть, комнаты тёплые, еда горячая.
— Это было бы здорово, — мягко сказала Катя. — Я чертовски замёрзла за весь день.
Я кивнул, чувствуя, как усталость накатывает волной.
Ночь в тёплой таверне звучала как мечта после нескольких дней в снегах и пещерах.
— Туда идите, — неопределённо махнул рукой Грунди и скрылся в своей пивоварне.
Мы последовали к таверне, расположенной неподалёку. Она была такой же, как и остальные дома, высеченной в скале, но внутри оказалось уютно. Деревянные столы, покрытые резьбой, камин, в котором потрескивал огонь, и запах жареного мяса, смешанный с хмелем.
Но главное — тепло!
Дворфы, сидевшие за столами, подняли кружки, приветствуя нас, и я почувствовал, как напряжение окончательно спадает. В этой деревушке и вправду можно расслабиться.
— Сегодня я угощаю, — кивнул Юки. — Не спорьте.
— А я и не собирался, — усмехнулся я в ответ.
Когда мы поужинали, да попробовали местного легендарного хмеля, хозяин таверны, здоровенный дворф с седой бородой, выделил нам комнаты.
Я заметил, как Лена замешкалась, когда нам предложили выбрать спальные места. Впервые за всё время она посмотрела на меня с лёгкой улыбкой, но твёрдо выбрала отдельную комнату.
— Спокойной ночи, Жень, — решительно сказала она.
— Спокойной, — коротко сказал я и кивнул с улыбкой.
Она кивнула в ответ и ушла в свою комнату, закрыв дверь. Я смотрел на деревянную створку, а потом мысленно кивнул сам себе.
Это был её выбор, и я уважал его, наконец эта ситуация отпустила меня. Остальные разошлись по комнатам, а я остался в зале, глядя на огонь в камине. Последние деньки выдались какими-то сумасшедшими, насыщенными событиями. Так что я просто посидел так, в уюте треска камина.
Утром мы собрались у выхода из деревни. Куколка стояла наготове, её лапы слегка шевелились. Тот же рыжебородый дворф, что встретил нас вчера, подошёл ближе.
— Ну что, забрали пойло, ха-ха-ха! — добродушно рассмеялся он и ударил себя ладонью по ляжке. — И паучиху свою берегите. Если что, возвращайтесь за бронёй!
— Обязательно, — хмыкнул я, похлопав Куколку по хитину.
Мы забрались на её спину, и паучиха двинулась вперёд. Заснеженные тропы тянулись перед нами, горы возвышались, как молчаливые стражи, а ветер бил в лицо, но уже не так сильно. Я смотрел на команду: Юки, как всегда, был собран, Катя проверяла свои кинжалы, Димон шёпотом шутил с Олесей, а Валёк молча смотрел на горизонт. Милена разговаривала с Ауриэль о ресурсах, которые мы получим в городе эльфов.
Лена сидела чуть впереди, её волосы качались на ветру, и я заметил, как она украдкой посмотрела на меня. Я кивнул ей, и она ответила лёгкой улыбкой.
— Поехали, — твёрдо сказал я, и Куколка ускорила шаг.
— Ура, народ, — вдруг громко сказал Димон. — Мы едем назад! ЙАХУУУ!
— Вот только в город тёмных эльфов нужно заскочить, — отрезал Юки.
— Ну бли-и-и-и-ин, — протянул везунчик, и мы невольно рассмеялись.
Но я почему-то был уверен, что больше сюрпризов не будет.
  
Глава 24
 
Мы вошли в город тёмных эльфов, и я сразу почувствовал, как воздух стал тяжелее, пропитанный запахом смолы и железа.
Дом де Рутов, куда нас привели, возвышался над узкими улочками. Его стены, гладкие, как обсидиан, отражали тусклый свет магических фонарей, которые висели на цепях, покачиваясь от лёгкого подземного сквозняка.
Высокие шпили, увенчанные серебряными узорами, тянулись к невидимому небу. Узкие окна сияли багровым, словно внутри горели алтари. У входа стояли статуи пауков, вырезанные с пугающей точностью, их глаза из красных кристаллов будто следили за каждым нашим шагом.
Внутри дом был ещё более впечатляющим. Полы из полированного чёрного мрамора отражали свет, как зеркало, а стены, покрытые замысловатыми фресками, изображали сцены ритуалов, битв и жертвоприношений. Потолки, увешанные хрустальными люстрами, отбрасывали холодный, призрачный свет, который дробился на тысячи осколков, создавая иллюзию звёздного неба. В центре зала возвышался алтарь, окружённый паутиной тонких серебряных нитей, а воздух дрожал от едва уловимого гула магии.
Жрица тёмных эльфов стояла у алтаря. Её чёрные, как бездонные колодцы, глаза скользнули по голове Серптиса, которую Валёк медленно положил на пол. Блондин отступил назад, его массивная фигура напряглась, но лицо оставалось непроницаемым. Жрица медленно кивнула, её губы изогнулись в едва заметной холодной улыбке.
— Достойная добыча, — твёрдо сказала она, её голос был низким, почти шипящим. — Вы выполнили задание. Следуйте за стражей, они проводят вас.
— Сходите сами, мне с Женей нужно поговорить, — сказал Юки.
Остальные члены команды переглянулись, их лица выражали смесь облегчения и настороженности. Но они молча двинулись за Ауриэль, которая пошла вслед за эльфами, что появились из теней, словно призраки.
Их шаги были бесшумными, длинные плащи развевались, а глаза под капюшонами сверкали холодным светом.
Я проводил группу взглядом. Лена обернулась на миг, её светлые волосы качнулись, и она слегка улыбнулась.
  
Жрица тут же развернулась и ушла. Её хлыст, украшенный серебряными шипами, скользнул по полу, оставляя за собой лёгкий шорох, похожий на шёпот змей. Даже не сказала ни слова!
Мы остались одни в огромном зале.
Я повернулся к Юки. Его лицо, как всегда, было спокойным, но глаза выдавали — что-то его грызло. Он поймал мой взгляд и сразу кивнул.