Авалон. Внешний Мир. Книга 5 (СИ)

Планета Тул.
Это задание до сих пор отдавалось в груди, как удар молота. Разрушенные небоскрёбы, запах гари и крови, демоны, лезущие из разломов, и тот жуткий рёв демонического принца, от которого сама земля дрожала.
Я видел, как он вылезал из разлома — его исполинские руки, когти размером с башни, глаза, горящие, как звёзды в агонии. Я пережил это, но каждый раз, закрывая глаза, видел его лицо, и внутри всё сжималось от какого-то странного, почти болезненного восхищения. Восхищения силы тех пятерых героев.
  
— Как будто меня через мясорубку пропустили, — ответил я, глядя ей в глаза. Её взгляд на секунду задержался на мне, и я заметил, как её губы дрогнули, будто она хотела улыбнуться, но передумала. — А ты? Ты будто изменилась, нет?
Она отвела взгляд, её пальцы замерли на чашке. Молчание повисло между нами, но оно не было неловким — скорее, таким, когда оба знают, что слова не нужны, но всё же хочется их найти. Она слегка наклонила голову, и прядь волос упала ей на лицо. Катя не стала её убирать.
— Изменилась? — переспросила она тихо. Её голос был почти шёпотом, и в нём чувствовалась какая-то хрупкость, которую я никогда раньше не замечал. — Может, просто устала притворяться, что всё под контролем. А может всё зашло слишком далеко, и теперь я должна всерьёз задуматься над тем, что правильно, а что нет.
Я молчал, давая ей продолжить. Тул изменил нас всех — глупо это не признавать. Но Катя молчала, и давить не собирался.
— Что там с Ваней? — сменил я тему разговора. Наклонился чуть ближе, опершись локтями на стол, и заметил, как она поджала губы, будто я спросил о том, о чём она и так думала.
Её взгляд метнулся ко мне, и на секунду в нём мелькнула прежняя Катя — та хладнокровная стерва. Но девушка тут же расслабилась, её плечи опустились, и она кивнула, едва заметно.
— Ваня… — повторила Катя медленно. — Что ж, в результате «обработки» этого парня, всё будто бы указывает на твою правоту.
Я знал, что был прав. Ваня, худощавый парнишка, внук моей соседки, попал под влияние культа на Земле. Мы вытащили его, привезли сюда, в усадьбу, чтобы держать под контролем.
— Культ сломал его, заронил в него что-то тёмное, и теперь он под наблюдением, — сказала Катя.
— Так какой план? — спросил я, настаивая.
— Мы знаем, что делаем. Сегодня вернём его в Краснодар, — кивнула Катя. — И будем пристально следить. Сам знаешь, информации о культах больше нет. Мы искали. Так что будем надеяться, что парень даст нам первую ниточку, за которую потянем этот клубок.
— Хороший план, — сказал я, кивнув в ответ. — Пожалуй, сейчас это единственное, что мы можем сделать.
Катя посмотрела на меня, и на этот раз улыбнулась.
— Спасибо, что оценил нашу работу по достоинству, — сказала она, и в её голосе мелькнула насмешка.
Я усмехнулся, чувствуя, как напряжение между нами немного спадает. Мы сидели так ещё минуту, молча, глядя на Неву, и я вдруг понял, что впервые за долгое время вижу её не как Демидову, не как бойца, а как Катю — девушку, которая наконец-то начала мыслить в нужном направлении.
— Моррайя… — сказал я, отводя взгляд к остывшему кофе. — Надеюсь мы сможем остановить культизм в зародыше.
Катя кивнула, её пальцы снова начали постукивать по чашке, но теперь это было не нервно, а скорее задумчиво.
— Миссий на Землю же нет? — спросила она скорее с утверждением. Затем наклонилась ближе ко мне и посмотрела на меня с любопытством.
Я задумался. Да, миссий точно нет. Но это не значило, что не может случиться непоправимое, если мы не будем достаточно внимательны.
Тул был почти один в один как Земля. А ещё… Он был адом.
Адом, который сделал меня сильнее. Каждый бой, каждый удар, каждый момент, когда я думал, что это конец… Это невероятное чувство восторга, когда пасть Ревенанта лопнула. Всё это было как огонь, который закаляет сталь.
Оказывается, я любил это чувство — стоять на грани, когда кровь кипит, когда ты чувствуешь такую безграничную силу…
Но цена за «Берсерк» была высокой. Теперь на моих навыках и характеристиках дикий штраф и с этим нужно что-то делать.
Мысли невольно вернулись к тому, какие решения я должен был принимать на той планете. Дима лежит на земле, его лицо, уже изуродованное шрамами — бледное. Его духовное тело угасает, очки Авалона уходят в минус. И я знаю, как надо действовать. Я сижу над ним, сжимаю меч и отрубаю ему голову.
Юки постигла та же участь. Он сам сказал сделать это, то, о чём мы договаривались. И я сделал.
Мы обсуждали это ранее, в первый день после того, как я очнулся. Не то чтобы кто-то из нас переживал, мы скорее просто закрыли этот вопрос.
— Ты сделал, что должен был, Жек, — сказал Дима и хлопнул меня по плечу. — Не парься.
— Да я и не парюсь, — я усмехнулся. — Сами же эту тему зачем-то подняли.
— Ну мне вот очень хотелось обсудить с каким удовольствием мне друг отрубил башку, — хохотнул Димон. — Что уж тут, я романтик.
Я посмеялся тогда и кивнул, а сам смотрел на лицо парня. Дима всё чаще пытался шутить, как всегда, но я видел тоску в его глазах. Шрамы будто стали для него приговором.
Так уж вышло, что Димон парень, который всегда мечтал о любви. Всегда заявлял, что он «однолюб» и мечтает о девушке, которая будет с ним просто потому, что он — это он. И это абсолютно нормально, даже в текущих реалиях — многим рядом нужен кто-то такой.
Но теперь Димка смотрел в зеркало и видел эту «мясную шутку», как он сам это называл.
«Мясная шутка».
Я пытался объяснить, что шрамы — фигня, что нормальная девчонка будет с ним уж точно не за красивое личико. Да он кивал, да соглашался, но я видел, что он понимает мои слова только умом. А вот внутри… Ну что ж, он не кисейная барышня, пройдёт чуть времени и свыкнется. Всё что нужно — я сказал.
— Жень, — голос Кати вырвал меня из воспоминаний. Она смотрела на меня, слегка прищурившись, и её губы снова дрогнули в той самой лёгкой улыбке. — Ты ещё тут?
Я моргнул, возвращаясь к реальности. Солнце уже поднялось выше, и его лучи били в глаза, отражаясь от стеклянных фасадов города. Я заметил, как Катя слегка наклонилась ко мне, её локти упёрлись в стол, и расстояние между нами стало меньше. Её пальцы перестали постукивать по чашке, и теперь она просто смотрела на меня, будто ждала, что я скажу что-то важное.
— Извини, — буркнул я, не отводя взгляд от Невы. — Задумался.
— Как я и сказала, Ваню отправят в Краснодар сегодня, — сказала она. — Но я хотела обсудить с тобой потенциал угрозы. Если культы…
— Перестань. — перебил я, наклоняясь ближе. — Что бы там ни было, если это начнётся, нужно будет подтянуть все возможные силы. Я же могу рассчитывать на тебя в этом плане?
Катя посмотрела на меня, и на этот раз её улыбка была шире, почти тёплой.
— Ты всегда такой! — сказала она с лёгким раздражением. — Всегда думаешь, что всё получится, даже если все законы природы говорят об обратном! Вот и сейчас уверен, что культы уничтожить будет так просто!
— Кто говорит, что просто? — я удивлённо вскинул брови. — Просто это то, что будет нужно сделать обязательно. И кто, если не твой клан, должен будет помочь, верно?
Она усмехнулась, откинулась на спинку кресла и закинула ладони за голову, задумавшись.
— Ладно, Жень, — сказала она, возвращаясь к своему обычному тону. — Я всерьёз об этом подумаю. Но нам нужно больше информации, поэтому подождём куда выведет этот Ваня. Кстати, что планируешь теперь делать?
Я глубоко вздохнул и выдохнул, потому что знал, о чём спрашивает Катя.
Штраф, который висел на мне, всё ещё давил, как гиря. Но мои мысли текли в другом направлении.
  
Лиандра упомянула какой-то «слой» и именно тогда сказала и о Зелье Восстановления. Но так уж вышло, что поболтать об этом случая не представилось.
— Возможно Милена сможет помочь, — сказал я, глядя ей в глаза. — Ей лисица точно рассказала.
— Это мне не нравится, — сказала Катя, и её голос стал злее. — Эта особа слишком высокого о себе мнения.