Сумеречный охотник 2 (СИ)

Между нами с родителями будто наладилась телепатическая связь, и я увидел образ светящегося шара.
Оттуда они черпали информацию?
— Это вторая часть программы, Шейн, — прошептала Мисти, — Тот светящийся шар! Это вторая часть программы!
— Да, — кивнуло изваяние отца, и в этот момент на краю алтаря, выпирающего из ствола дерева, из света соткался тот самый шар, приковав наш с блонди взгляд.
— Мы не смогли уничтожить его… Но это оказалось и не нужно делать… Это огромный массив информации. «Программа», как ты говоришь… Твоя цивилизация достигла невиданных технологических высот… Но придя в наш мир, вы вплели эти технологии — разрушенные, сломанный, увечные технологии — в нашу реальность… И попытались поработить её…
— Ничего подобного! — выпалила Мисти, выходя из-за моей спины. Разгневанная девушка ткнула пальцем в фигуру отца, — Это произошло случайно, и против нашей воли!
— Какая горячая у тебя невеста, — усмехнулась мама.
— К вашему сведению, я предполагаю, что у нас может получиться локализовать… «сумеречное заражение»! — продолжала горячиться блонди, — Затормозить его, стабилизировать участки Тёмного Сумрака, привести в порядок Осколки и вернуть моему народу разум! Всем тем, кто его лишился! И Шейн — тот, кто сможет помочь мне в этом!
— Разумные речи, — грустно покачал головой отец, — И достойная цель… Но это невозможность реализовать.
— Почему? — спросил я.
— Сумрак уже встроился в саму суть нашей реальности. На уровне магнитных волн, на уровне гравитационного поля он окутывает всё сущее, всю нашу планету. «Локализовать» его не получится — он распространяется, расширяется, и с каждым годом, с каждым месяцем, с каждым днём захватывает всё новые и новые участки. Если ты владеешь «Сердцем», сын, если ты умеешь им хоть как-то управлять — ты и сам должен был это увидеть.
— Быть может, есть шанс, — пожал я плечами, — У меня нет всей полноты информации.
— Нет, — согласился отец, — Но ты её получишь. Скоро. И тогда сам убедишься. И надеюсь, поступишь правильно.
— Как?
— Владея мощью «Сердца» ты сможешь уничтожить Сумрак. Выкорчевать его из нашего мира раз, и навсегда…
Пару секунд в воздухе висела оглушающая тишина.
— И к чему это приведёт?
— Исчезнут аномалии. Твари. Сумеречные зоны.
— То есть всё то, на чём держится ваша цивилизация? — насмешливо уточнила Мисти, — Отличное решение проблемы!
— Мы с трудом восстановились после Падения, отец, — поддержал я подругу, — и весь наш мир теперь стоит на магии и производных Сумрака. Если даже предположить, что я смогу его уничтожить… Рухнет всё. Медицина, наука, инженерия… А Пробуждённые? Они ведь тоже, по сути, пользуются «ключами», рождёнными в Сумраке?
— Ты прав. Вы оба правы, сын, — не стал спорить отец, — всё рухнет. Цивилизация откатится назад, на уровень развития, который был у нас до падения. Для современного поколения это будет едва ли не глубокая древность, но вы справитесь… Люди всегда справляются, находят выход, адаптируются, выживают… А маги… Что ж, не буду врать — маги погибнут. Все, без исключения, и мы с тобой, и она, — он указал на Мисти, — Без Сумрака тела Пробуждённых не смогут функционировать должным образом. Месяц-два — не более. А потом…
— Смерть, — прошептала мама.
— Так себе перспектива… — выдохнул я, представив всё то, о чём сказали родители.
— Это единственный путь спасти человечество, сын… В противном случае Сумрак пожрёт наш мир — не сейчас, и не через десять лет, но… Аномальные зоны будут становиться больше, их количество возрастёт, пока не покроет всю планету. Аномалии станут опаснее, сумеречные твари — свирепее, а в один из дней энергия Осколков выплеснется и перемелет всю реальность на многие сотни миль вокруг себя. Что за собой это повлечёт, даже представить страшно, и…
— Не слушай их, Шейн.
Голос, раздавшийся позади, заставил меня резко обернуться и приготовиться к схватке — но произнёсший слова человек не торопился нападать.
А вот мне, как только я увидел его лицо, страшно захотелось разорвать урода на куски.
 
Облачённый в военный мундир Командории, коротко стриженный блондин с пронзительно синими глазами, гладко выбритым волевым подбородком и орлиным профилем.
Якоб Норвиц собственной персоной!
— Ты! — выпалил я, формируя на правой руке сгусток Сумрака, а левой отодвигая за спину Мисти.
— Я, — просто ответил он с лёгкой улыбкой.
ВВВУОООООМ!
Выпущенный мной поток сумеречной энергии мог превратить в пыль трёхэтажный дом. Щедро зачерпнув силу из самого «Сердца», я ударил по Норвицу с такой силой, что направляющая магию рука онемела.
Но когда облако клубящейся тьмы, на несколько мгновений скрывшее Якоба, рассеялось, я увидел, что он цел и невредим.
— Ну в самом деле, — рассмеялся старый друг отца, — Неужели ты думал, что меня можно одолеть так легко?
В следующий миг кожа на его лице лопнула, одежда осыпалась трухой, а тело начало стремительно меняться. Оно увеличивалось, кости и суставы трещали со страшным звуком, во все стороны били потоки тьмы…
И через несколько мгновений передо мной стояла высоченная фигура в балахоне, с огромной косой, так напоминающая сказочную Смерть…
  
Глава 21
 
— Твою мать… — тихо произнёс я, дотрагиваясь до нитей Сумрака внутри себя.
Вокруг меня и Мисти на земле начал очерчиваться круг, диаметром в несколько метров. Силовая линия замкнулась, и вверх ударила энергия, заключая нас в защитный кокон.
— Надо же! — глухим и мрачным голосом восхитился Якоб, — отличный уровень владения Сумраком, парень! За такой короткий промежуток и так обучиться… Надо полагать, тебе помогли записи старого Императора?
Я молчал, но Якоба это ничуть не смутило. Он не торопился нападать, всё также спокойно стоя в десятке метров от нас.
— А девчонка, надо полагать — его наследница? Хм… Забавно… Как всё сложилось… Мы столько времени искали её, а она тихо лежала в глуши, там, где я побывал до неё… А потом стало уже поздно, и «Сердце» получил ты… Да уж, пути Судьбы неисповедимы…
— Кто ты? — не удержавшись, спросил я.
Слишком уж сильно любопытство зудело в душе…
— Я? — мне кажется, что я услышал в тени под балахоном смешок, — Я, Шейн, сибионт. Первый и наилучший… Тот, кто слился воедино с Якобом Норвицем, и…
— А имя у тебя есть, тахай? — возмущённо всятряла Мисти, — Почему бы просто не представиться⁈
— Потому что я не помню почти ничего из прошлого, императрица. О себе, во всяком случае. Видите ли, мне, как и всем, кто упал в Осколке на старую столицу, не повезло. Системы сохранения сознания отключились — и все, кто остался жив, потеряли память. И владеющие своими телами, и вырвавшиеся в виде душ — ни у кого из нас не осталось ни капли воспоминаний о прошлом. Да и самосознания, как такового, не было… Во всех нас билась одна-единственная мысль — выжить. И мы занимались этим. Искали энергетические сущности, которые можем использоваться, с которыми можем слиться, чтобы стать… Относительно живыми. Чтобы просто существовать.
— Но у другого Осколка… — начала было блонди, и фигура в балахоне кивнула.
— Да, императрица, поверь, я догадался, что там наши соотечественники сохранили рассудок. Хотя бы их часть… Правда, это случилось совсем недавно, буквально, несколько месяцев назад… Когда стало уже всё равно, когда я понял, что «Сердце» использует Шейн… И смысла налаживать контакт с ними не было. Да и не получилось бы у меня это сделать.
— Почему?
— Структуры Сумрака, структуры магических полей вокруг разных Осколков разные, и как ни иронично это осознавать — лишь Пробуждённые Пятёрки могут проникать к любым Осколкам. Нам же, «колонистам», приходится довольствоваться лишь тем местом, к которому мы оказались привязаны.
— Но всё же ты довольствуешься не только им, Якоб? — прищурился я, не ослабляя защиту.
— Нет. Мне повезло найти усиленное «ключами» тело и слиться с ним в единое целое. Во время одной из первых своих экспедиций Якоб попытался прорваться на второй «слой» местного Тёмного Сумрака — и нарвался на меня. А дальше… Какое-то время мы притирались к друг другу и понимали пределы своих сил. Узнали, что можем менять форму и существовать неограниченное время как в Сумраке, так и вне его. Потом было много всего… Я стал подминать под себя структуру изучения Сумрака, стал «вербовать», если можно так выразиться, новых сторонников, и соединять самых сильных Пробуждённых со своими братьями…