Акушерку вызывали? или Две полоски на удачу

Он оказался симпатичным: лет сорока, среднего роста, подтянутый, стильная стрижка на каштановых волосах, теплые карие глаза. И улыбка располагающая.
– Очень вам признательна. – Я тоже чуть смущенно улыбнулась.
– Рад был помочь. – Он, продолжая улыбаться, распахнул передо мной дверь. – Прошу.
Оказавшись внутри, мы одновременно двинулись к лифту.
– Вы здесь работаете? – поинтересовался спаситель моего каблука, когда я нажала на кнопку вызова.
  
– Угадали, – ответила я.
Лифт приехал почти сразу, и мы оказались в нем лишь вдвоем.
– Вам какой? – спросила уже я, нажимая на свой шестой.
– Кажется, нам и тут с вами по пути, – усмехнулся он. – Мне тоже шестой.
Пока лифт поднимался, мы молчали, лишь украдкой поглядывали друг на друга.
Когда мы вышли, мужчина снова поинтересовался:
– Раз уж вы тут работаете, не подскажете, где кабинет заведующего?
– Заведующего? – я постаралась скрыть удивление. – Вон туда, по правой стороне, последняя дверь.
– Спасибо. – Мужчина улыбнулся и зашагал в указанном мною направлении.
Я же украдкой проводила его взглядом. Интересно, зачем ему к Кравицкому? Может, знакомый? Или же представитель какой фармкомпании? Последнее было вероятнее всего, и я, уже переключившись на предстоящий мне прием в консультации, пошла переодеваться.
Женька снова была после ночной смены и собиралась уходить, так что мы быстро обменивались последними новостями, пока я меняла повседневную одежду на рабочую.
В углу ординаторской стояло несколько больших пакетов из супермаркета, оттуда торчали кончики багета, пучки зелени и горлышки бутылок. Наш будущий банкетный стол.
– Ты точно не придешь? – спросила я подругу, улыбаясь. – Шахов расстроится, если тебя не будет. Ты ж знаешь, что он к тебе неравнодушен.
– Обойдется Шахов, – хохотнула Женька. – К тому же я его уже поздравила. Поцелуем. – И она постучала пальцем себе по щеке. – Он был счастлив.
– Не сомневаюсь, – со смехом отозвалась я. – На большее он и не надеялся.
– И правильно. Ему никогда не удастся толкнуть меня на адюльтер, простите за мой французский. – Женька весело сверкнула глазами.
Из ординаторской мы выходили, продолжая перекидываться шуточками. Улыбка застыла у меня на лице, когда я заметила у сестринского поста Кравицкого и того самого незнакомца. Они оба тоже тут же повернули головы к нам.
– Кристина Станиславовна, Евгения Александровна, подойдите, пожалуйста, – позвал Кравицкий деловым тоном.
Я даже слегка напряглась: а может, этот милый мужчина пришел к нам с проверкой?
Но Кравицкий продолжил, развеивая мои опасения:
– Рад вам представить Максима Анатольевич, с сегодняшнего дня нашего штатного психолога.
Ах вот оно что…
– Психолог? Серьезно? Это же замечательно! – воскликнула Женя первая и протянула ему руку. – Добро пожаловать в наше отделение, Максим Анатольевич.
– Рад знакомству. – Он мягко пожал ее в ответ. – Евгения Александровна, верно?
– Верно, – Женя энергично кивнула.
– Значит, вы – Кристина Станиславовна. – Психолог перевел лучистый взгляд на меня. – Теперь, можно сказать, мы завершили наше знакомство.
– Да, – я снова ему улыбнулась, – добро пожаловать, Максим Анатольевич. Нам правда очень не хватало своего психолога.
Я заметила, что Кравицкий все это время пристально следит за нами. Но тут резкий звонок его телефона заставил его переключить свое внимание. Прежде чем он нажал на кнопку «принять вызов», я смогла разглядеть имя звонящего. Точнее, звонящей. Татьяна.
– Да, привет, – ответил Кравицкий с улыбкой и быстро направился в сторону своего кабинета.
Похоже, звонок был слишком личным и значимым для него, чтобы разговаривать при других.
– Кристина Станиславовна?
– Да? – Я вынырнула из своих мыслей и поняла, что наш новый психолог смотрит на меня вопросительно. Похоже, я прослушала, что он мне говорил. – Простите, я задумалась.
– Я просил, когда у вас будет минутка, составить мне список ваших пациенток, чье душевное состояние вызывает у вас волнение. Я уделю им внимание в первую очередь, – повторил он.
– Конечно, Максим Анатольевич, к обеду сделаю, – я кивнула.
– О-о-о, а вот и наш именинник. – Женя помахала появившемуся в конце коридора Шахову.
– Принимаю поздравления, – тот широко улыбнулся нам с Женькой.
– Не забывай, я тебя уже поздравила. – Подруга шутливо помахала пальчиком. – На второй раз даже не рассчитывай, Шахов.
– Скупая ты на ласки женщина, Стратова, – со вздохом покачал головой анестезиолог.
– Смотря для кого, – Женька со смехом передернула плечами, – муж не жалуется.
– Давай уже я тебя поздравлю, Костенька. – Я улыбнулась и раскрыла руки, чтобы обнять его.
– Вот Кристинка меня никогда не обидит. – И Шахов сам сгреб меня в свои медвежьи объятия. – Спасибо.
– А надушился-то как сегодня. – Я тоже засмеялась, отмечая плотный шлейф пряной туалетной воды от именинника.
– Ага, дочка подарила. И я еще постригся по такому поводу. – Шахов погладил себя по коротким волосам, посеребренным сединой.
– Ну жа-а-аних прямо, – хохотнула Женька.
– Жаль, невест не видно на горизонте. – Шахов сделал печальное лицо, при этом покосившись на Женьку. Та фыркнула в ответ.
– О, Костя, познакомься, у нас появился свой психолог! – спохватилась я и повернулась к наблюдавшему за нами все это время Максиму Анатольевичу.
– Лаврентьев Максим Анатольевич, – с готовностью протянул руку тот.
– Шахов Константин Сергеевич. – Шахов энергично пожал ее в ответ. – Можно просто Константин.
– В таком случае можно просто Максим, – усмехнулся психолог, и они еще раз пожали друг другу руки.
– Максим, надеюсь, вечером ты свободен? У нас тут сабантуй по случаю моего стукнувшего полтинника, я приглашаю, – сказал Шахов. – В шесть, в ординаторской.
– Спасибо, постараюсь быть, – улыбнулся Максим.
А я случайно посмотрела на часы и поняла, что опаздываю на прием.
– Все, убегаю в консультацию, – бросила я всем и поспешила к лифту.
День выдался не самым тяжелым, без экстренных ситуаций, и мне даже удалось освободиться на полчаса раньше, чтобы помочь девочкам-медсестрам накрыть стол. Наши интерны тоже были приглашены, только Маша отказалась и убежала домой, а Рената с охотой осталась и теперь вместе с нами живенько нарезала овощи.
После шести начали потихоньку подтягиваться остальные приглашенные. Никита все вздыхал, что ему сегодня не удастся оторваться на полную катушку, потому что впереди еще ночное дежурство. А медсестра Марина вручила ему за это ломтик огурца и стакан апельсинового сока со словами:
– Здоровее будешь.
Психолог Максим все же тоже пришел, еще раз поздравил Шахова и сразу подошел ко мне.
– Не возражаете, если составлю вам компанию? Как ни крути, но с вами я знаком здесь дольше, чем с остальными.
– Не возражаю, – улыбнулась я.
Последним в ординаторской появился Кравицкий. Он почти сразу снял пиджак и расслабил галстук, отчего его вид стал менее формальным.
– Ну раз начальство уже тоже на месте, можем официально начинать! – громко объявил Шахов и с хлопком открыл шампанское.
Первые полчаса, как обычно на таких мероприятиях, были шумными, с веселой толкотней вокруг стола и чередой тостов, посвященных имениннику. Потом народ стал потихоньку расползаться по комнате, кучкуясь в небольшие группки, и только Кравицкий какое-то время сидел один, иногда поглядывая в телефон. Ждал момента, когда можно уйти? А может, чьего-то звонка или сообщения? Я вспомнила о некой Татьяне, которая звонила ему утром и с которой он предпочел разговаривать в одиночестве. Я не знала никого с таким именем из его родни или старых друзей. Значит, это точно новая знакомая – и, возможно, близкая.
  
Почему-то до этого момента я не задумывалась над тем, есть ли у Кравицкого кто-то. Он сказал, что не женат, и я восприняла это как «одинок». Но ведь у него могла быть и постоянная женщина, любовница, а может, и не одна. Например, эта Татьяна. Возможно, у них даже все серьезно…