Проклятый (СИ)

Подождав, пока девушка скроется в переходах дворца, Чернобог сбросил личину и предстал во всём великолепии тёмного владыки.
- Безмозглая дура, она что и вправду считает, что ещё может быть с ним счастлива?
Белобог поморщился как от того, что брат не сдержался и лишний раз продемонстрировал совершенство своего тела, так и от брезгливости его тона.
- Любовь может творить чудеса и она в это верит.
- Да что ты знаешь о любви, светлый брат?! Для твоих последователей – это, в основном, плотские утехи и сюсюканья под луной. Только тёмные души могут любить по настоящему, без оглядки, без ограничений, кладя свою жизнь на алтарь этого чувства. И любовь дарует им могущество. Мой сын, мой бедный сын, это чувство даровало ему мощь, превосходящую моё понимание, но оно ведёт его к гибели.
- Ты думаешь, он ещё любит Наталью? – Белобог приподнял от удивления бровь.
- Не Наталью, свою мёртвую жену. Он всё ещё любит Светлану и хочет соединиться с ней в посмертии. Ты глупо поступил, не остановив мой приказ искалечить её. – ведя беседу Чернобог не переставая поигрывал мышцами великолепного тела, любуясь их совершенством и изрядно раздражая светлого брата. – Я почти что решился оставить его в покое.
- Остановить твой приказ?!!! Я что должен был следить за каждым твоим шагом? Это был твой сын! – Белобог полыхнул так несвойственным ему гневом
- Но твои испытания. – парировал довольный донельзя Чернобог: ему всё же удалось вывести брата из себя – Всё равно уже поздно что-либо менять, мы оба виноваты в том, что произошло и даже если разберёмся друг с другом – он не простит и не остановится ни перед чем.
- Да, твой сын не простит, я не успел научить его прощению. – светлый владыка скорбно повесил голову – Я ведь чувствую боль каждого человека на земле но его муки перекрывают терзания остальных людей, так же страдал и Христос, неся искупление за их грехи.
- Хватить болтать! – Тёмному владыке явно надоело слушать нытьё брата – Нужно заняться насущными делами, кроме Бэра существуют и его армии, нужно собрать все наши силы в Земле Золотых Змей, укрепить стены и приготовить город к осаде.
- Да уж, если он прорвётся в наш мир и получит поддержку твоих бывших рабов, его уже никто не остановит – согласился Белобог, и оба божества растворились, будто их и не было.
Комната, в которую привела оборотня Сулейя, потрясало роскошным убранством, даже по константинопольским меркам: ковры, шелка, золотые украшения на стенах, несравненное оружие, посуда покрытая чеканкой – всё это разбежалось по комнате, указывая на великолепный вкус хозяина и его немалое состояние. Едва они переступили порог, как девушку подхватили заботливые руки и куда-то увели. Бэру предложили фруктов и попросили подождать. Оборотень, не снимая плаща, и убирая рук с оружия устроился так, чтобы видеть всю комнату и, в случае необходимости, мгновенно метнуться к двери.
Не став просто ждать, он вновь погрузился в мир духов. Оборотень решил искать иначе, уверенность в том, что его власть запирают определила ход мыслей. Бэр пустил разум мельчайшей пылью, забивающейся во все щели, от которой нет защиты. Натальи принц тьмы не обнаружил, но ощутил опасность для себя. Прикоснувшись к опасному нечто невидимыми пальцами, он узрел образ кинжала. А оценив силы, затраченные на его создание, невольно присвистнул – их хватило бы на уничтожение половины мира.
Такое оружие мог создать только высший бог, а ощутив его тёмную природу, Бер узнал творца этой жути – владыку мрака и своего отца.
- Опрометчиво, очень опрометчиво, отец, прятать девушку и не скрывать оружия. Теперь я знаю ваш план, пусть всё идёт как ты задумал, - губы оборотня изогнула жестокая усмешка – пока.
Движение в комнате заставило Бэра вернуться в реальный мир – здесь появился богато одетый красивый молодой мужчина, ростом на голову ниже оборотня, черноволосый, с гладко выбритым лицом и орлиным носом. Он напоминал молодого льва грациозной мощью движений и невозмутимым спокойствием.
 
- Приветствую, янычар, моё имя – Аслан, ты помог моей единственной сестре, благодарю тебя. – мужчина указал на богато украшенный стол с фруктами и сладостями – Мой дом – твой дом. Ешь, пей – это наименьшее, чем я могу тебе воздать.
Всё пошло по накатанной тропинке: через час Бэр знал все константинопольские новости и слухи. Через два – знал подробно. Через три Аслан назвал его лучшим другом и поведал, что его дом – школа и убежище клана асассинов – наёмных убийц.
Оборотню не пришлось прилагать никаких усилий, чтобы получить все необходимые ему сведения – его могущество поднялось до высот, позволяющих просто проявить незначительный интерес и люди рассказывали всё.
- За спасение сестры мой клан выполнит любую твою просьбу, хоть смерти базилевса пожелай.
- Благодарю, Аслан, - оборотень вынул из кошеля змеиный перстень – мне нужно знать всё об этих перстнях и людях их носящих. Поможете?
- Можешь дать его на время?
- Забирай. И ещё одна просьба – недавно в город под усиленной охраной приехала девушка, такую не спутаешь, я укажу район а здесь её изображение – Бэр протянул Аслану свиток пергамента, на котором углем нарисовал лицо Натальи – её нужно будет найти. В закатной части города должен располагаться большой дом. Там около дюжины кварталов, окружённых стеной. Я знаю, что сейчас она укрылась в том районе.
- Ты обратился к верным людям, мой друг, в соглядатайстве и розыске нам так же равных нет, но всё это не стоит жизни моей сестры. Позови нас, когда понадобиться – и мы придём.
- Согласен, а сейчас прости – мне пора. Когда что-то обнаружите – пришли человека в гостиницу, там на вывеске над входом чаша и лира, пусть спросят Димитрия. Он отведёт ко мне.
- Договорились. До встречи и прими в дар. – Аслан протянул ему кинжал в дорогих ножнах. – Рукоять слоновой кости и лучший булат – вещь, достойная великого воина.
- Благодарствуй, и до встречи, Аслан.
Бестелесным духом оборотень выскользнул из комнаты, не задумываясь, что делает, но опытный глаз Аслана заметил мастерство, доступное немногим из старейшин клана.
Убитый Фарид и его люди принадлежали к врагам его дома, а искусство смерти, доступное его сестре было непревзойдённым, но всё же она с врагами не справилась. А этот человек даже не углядел в них угрозы для себя и очень умело разговорил Аслана, скрытного и подозрительного человека. Невероятное мастерство во всём – это он увидел в Бэре. Как не позорно использовать в своих интересах человека, спасшего единственную сестру, Аслан решил это сделать при первой же возможности.
На постоялом дворе царило весёлое многоголосье. Звуки музыки и крики, не смотря на толстые двери, иногда долетали до помещений для господ, на несколько дней выкупленных оборотнем. Димитрий и Оксана, в ожидании Бэра, перебирали дорожные мешки и подсчитывали оставшееся золото и драгоценные камни, которыми удалось разжиться по дороге.
- Пожалуй я смогу заказать новые клинки. – пробормотал бывший монах прикинув стоимость камней
- А чем тебя не устраивают старые? – Оксана в который раз примеряла одеяние жрицы перед зеркалом. – Меня, например мой посох устраивает – и девушка приняла воинственную позу, угрожая прекрасному отражению.
- Ещё бы, твой посох сам Бэр вырезал, им даже закалённый меч прешибить можно, а мои мечи уже все в зазубринах. Найти бы булат из которого секира Бэра сделана, ей можно камень разрубить как спелую грушу. Или, хотя бы, тот, что послужил для меча – им бриться можно. Тебе на посох тоже, кстати, не мешало бы пару лезвий прикрепить.
- Он и так красивый.
- О женщины! Да не для красоты, для боя. Ты ведь хочешь Бэру понравиться? Колдовать-то ты можешь, но всерьёз он тебя начнёт воспринимать лишь когда перестанешь бояться острых орудий убийства.
- И ты туда же?!!! - девушка яростно надула алые губки – Хожу тут перед вами вся такая красивая, а вы с ним всё об оружии. Вы же мужчины, посмотрели бы на меня как на женщину. – Оксана лукаво стрельнула глазками и томно изогнулась – А вы относитесь ко мне как к воину.