Бокс-офис (СИ)

Я хмыкнул:
— Наглым капиталистом меня, по-моему, ещё ни разу не обзывали.
— Всё впереди, чувак, — философски сказал Родриго.
— А если мы эту тётеньку не будем звать в павильон? Покажем ей нужный фрагмент сценария, объясним ситуацию, дадим денег. Ну, может, ещё прокрутим ей эпизод с обычного кинопроектора…
— Не знаю, друг, что получится. Но можешь рискнуть.
— Где её искать хоть?
  
— Адрес не знаю, но спрошу у чуваков. Позвоню сегодня попозже.
На этой ноте наше совещание завершилось. Уже собравшись выйти на улицу, Родриго приостановился и обернулся:
— Забыл спросить. Ко мне пару раз подкатывали ребята из жёлтой прессы, я их послал. Но теперь на радио зазывают — программа толковая, не фуфло. Совместно с «Кочевником» делают, эфирная версия…
— С журналом «Кочевник»? — уточнил я. — Листал пару раз, не вчитываясь, там ведь про музыку, а я больше по кино. Но журнал влиятельный вроде. Хочешь пойти? Они будут про фильм расспрашивать?
— Ну, типа того. Чтобы я на гитаре сбацал в прямом эфире и рассказал попутно.
— Не говори про нашу машину. Просто скажи, что тебе показали фильм, ещё не озвученный, а ты к нему сделал музыку.
— Я так и хотел. Но мало ли? Вдруг вам это не в масть.
— Не вижу проблем. Но на всякий случай зайди к Сон-Хи, уточни ещё у неё.
— Ага. Всё, до связи.
После ухода Родриго я ещё часа два проработал в офисе. Довёл до ума следующую сцену, переписал её в чистовик. И уже собрался звать актрис в павильон, но тут ко мне в комнату заглянула Сон-Хи:
— Дмитрий, там Родриго опять звонил. Продиктовал мне адрес какой-то Полли и уточнил, что искать надо в гараже. Сказал, это для тебя.
— Спасибо, всё правильно. Закажем у барышни пару песен для фильма, если не возражаешь. Хулиганский хард-рок, который слушает Сьюзи.
— Мне надо к ней съездить? — робко поинтересовалась Сон-Хи.
— Не надо, — успокоил я, — съезжу сам. С тебя — только деньги из студийного фонда. Подозреваю, что эта Полли не согласится на проценты от прибыли. Будет требовать сразу деньги на бочку.
— А сколько она запросит?
— Не знаю. Если будет наглеть, пошлю её лесом. Сегодня вечером заскочу к ней, после работы. Детали расскажу завтра.
Пока же я отправился в павильон. Розанна с Анастасией приготовились выдать следующую сцену.
  
Глава 15
 
Бордовый глайдер сворачивает с набережной за несколько секунд до того, как там появляются полицейские. Ребекка внимательно смотрит по сторонам. Ещё один поворот — и глайдер оказывается в непримечательном переулке.
— Выходим, — бесстрастно произносит Ребекка. — Надо сменить машину.
— Кто вы такая? — спрашивает Сьюзи.
— Это сейчас неважно. Времени мало. Описание глайдера уже наверняка передали всем городским постам. И твои приметы, возможно, тоже. Твой идиотский имидж нас сильно демаскирует.
Хмуро взглянув на фиолетовые волосы Сьюзи, Ребекка вылезает из глайдера. Обходит его и поторапливает:
— Быстрее.
— А чего вы командуете? — огрызается Сьюзи, тоже выбираясь наружу. — Я никуда с вами не пойду! Оставьте меня в покое!
— Ты будешь делать то, что я говорю, — говорит Ребекка всё так же ровно. — Наша задача — покинуть город и континент. Мы это сделаем очень скоро, но ты должна чётко следовать моим указаниям.
— Да пошла ты!
Ребекка делает шаг вперёд, и Сьюзи выхватывает из-за пазухи нож — но даже не успевает наставить его на оппонентку. Ребекка заламывает ей руку, прижимает к машине и произносит раздельно:
— Впредь никогда не смей угрожать мне, мелкая дрянь. Поняла меня?
Усиливая нажим, она ждёт ответа. Несколько секунд Сьюзи терпит молча, но затем не выдерживает и всхлипывает:
— Да, поняла! Пусти!
Отбросив упавший нож носком сапога, Ребекка продолжает:
— Если попробуешь убежать, я тебя достану воздушной плетью. Это может быть больно. Не усложняй нашу ситуацию. Это ясно? И да, запомни — если я задаю вопрос, то надо ответить.
— Ясно, — буркает Сьюзи, даваясь слезами уже не столько от боли, сколько от унижения и обиды.
— Тогда идём.
Они пересекают ближайший двор. Вокруг — блочные дома и желтеющие кусты. Ребекка рассматривает припаркованные машины.
— Та женщина хотела меня убить? — спрашивает Сьюзи.
— Нет, только временно обездвижить. Ты им нужна живая.
— Кто они?
— Не прикидывайся глупенькой козочкой. Ты уже догадалась, кто эти люди и почему они за тобой пришли. Или ты действительно думала, что, подчистив кристалл-архивы, ты обезопасила себя на всю жизнь?
Несколько секунд Сьюзи молчит угрюмо, затем спрашивает:
— Ты тоже из Концерна?
— Нет. Я из конкурирующей структуры. Скажи спасибо, что я успела вовремя.
— Угу, я от благодарности вся в соплях, — цедит Сьюзи. — Можно подумать, ты мне здесь помогаешь из альтруизма. На самом деле ты такая же мразь, просто работаешь на другую шайку. И в чём для меня тут разница, интересно?
— Разница есть, — говорит Ребекка, не повышая голоса. — Подгадив Концерну, ты доставила радость моим работодателям. Они это ценят. Поэтому тебе обеспечат комфортные условия для работы, сытный досуг и некоторый набор развлечений.
— Короче говоря, моя клетка будет просторной и позолоченной.
— Совершенно верно. Это намного лучше, чем то, что тебе готовит Концерн. У них тебя посадят на цепь — и не в фигуральном смысле, как я подозреваю.
Они огибают дом и видят небольшую стоянку глайдеров. Модели там разные — от солидных до простеньких. Ребекка выбирает самый невзрачный, серый.
— Без сигнализации, думаешь? — бурчит Сьюзи.
— Умная девочка.
Свидетелей поблизости нет. Ребекка сосредоточивается, и папиллярные линии у неё на ладони снова начинают мерцать. Над ними закручивается серый крохотный смерч, размером в несколько дюймов. Ребекка переворачивает ладонь, и усики смерча проникают в замок на дверце. Та приоткрывается. Сьюзи говорит с отвращением:
— У тех двоих из Концерна — обычные артефакты, а у тебя — кристалл-имплант, значит. Дрянь под кожей… Вот скажи честно — тебе самой не противно? Хотя кого я спрашиваю…
— Возможно, я тебя удивлю, — говорит Ребекка, — но мне тоже приходится делать вещи, которые мне не нравятся. И моей точкой зрения по этому поводу никто почему-то не озабочен. Садись назад.
Оглядевшись тоскливо, Сьюзи выполняет приказ. Ребекка садится за руль и, полуобернувшись, продолжает спокойно:
— Теперь, Сюзанна, ляг на пол и не высовывайся.
— Ага, разбежалась.
— Патрульные на дороге ищут двух женщин, у одной из которых фиолетовая причёска. Я не хочу, чтобы тебя опознали. Если будешь артачиться, уложу тебя на пол плетью. Проверим?
Сьюзи сопит угрюмо, но подчиняется. Ребекка с помощью плети замыкает контакты под приборным щитком, и глайдер выскальзывает на улицу.
— Пожалуйста, имей в виду, — говорит Ребекка, — если ты специально привлечёшь внимание копов, то это ничем хорошим для тебя не закончится. С большой вероятностью я от них отобьюсь, а тебя потом накажу. Но даже в том случае, если меня пристрелят, ты легко не отделаешься. Тебя подвергнут усиленному допросу и выяснят, что ты самозванка, подделавшая здешние документы. В обычном случае это означало бы штраф и высылку. Но если они узнают, кто ты на самом деле, тебя опять-таки сунут в клетку. Так что, по всем раскладам, тебе лучше оставаться со мной.
— Ты прямо-таки добрая нянечка, — шипит Сьюзи из-под сиденья.
— Нет. И не претендую. Но лично против тебя я ничего не имею. Ты — просто груз, который необходимо доставить, и я намерена это сделать.
Ребекка ведёт машину до оскомины аккуратно, со средней скоростью. Когда впереди показывается полицейский патруль, она реагирует на это без нервов. Как и остальные водители, проезжает мимо вооружённых копов, которые стоят на обочине возле своей машины. Патрульный бегло обшаривает взглядом салон, не найдя подвоха.
  
— Не поднимайся с пола, — говорит Ребекка Сюзанне. — Будут ещё посты на дорогах. Если обойдётся без осложнений, то через двадцать минут мы покинем город. Пожалуйста, прояви терпение.