Бокс-офис (СИ)
Гость прибыл на такси — подтянутый пожилой джентльмен в безупречно сшитом, но унылом пальто. С собой он привёз кожаный портфель, огромный и старомодный, с ремешками и пряжками.
— Дамы и господа, — сказал визитёр бесстрастно, — обсуждаться будут неочевидные тонкости юридического характера. Думаю, будет лучше, если я пообщаюсь с мисс Уильямс с глазу на глаз, а она изложит вам всё в доступных формулировках. Так мы сэкономим время. Но решать вам.
— Давайте так и поступим, — сказала Джессика. — Прошу сюда, мистер Герстенфельдт.
Они вдвоём вошли в комнату и закрыли за собой дверь. Несколько секунд мы стояли в коридоре, прислушиваясь, затем перешли в соседнее помещение, к Сон-Хи и Розанне. За окнами был заснеженный двор, где ждало такси, а в офисе воцарилось подавленное молчание. Даже у Розанны не нашлось комментариев. Только изредка мы перебрасывались пустыми, беспредметными репликами, но затем замолкали вновь.
Так продолжалось долго. Время как будто забуксовало.
Но наконец-таки мы услышали шаги в коридоре. Мистер Герстенфельдт, заглянув к нам через порог, кивнул всё так же невозмутимо:
— Благодарю за уделённое время. Мы прояснили все первоочередные вопросы. Мисс Уильямс даст пояснения. Мистер Гарсия ждёт вашего звонка до вечера воскресенья, мисс Квон. Всего наилучшего, не провожайте меня.
— Не очень-то и хотелось, — буркнула Розанна, когда он притворил дверь.
Мы перешли к Джессике.
Та как раз закрывала сейф. Обернувшись к нам, она попыталась выдавить из себя улыбку, но вместо этого всхлипнула.
— Что такое? — всполошилась Розанна, бросившись к ней. — Он тебя обидел, этот сморчок засушенный?
— Нет, — помотала головой Джессика. — Он был предельно корректен, даже хвалил меня за добросовестную работу. Но насчёт подводных камней он прав… Указал мне на некоторые моменты в местной законодательной практике, которые не лежат на поверхности. И если подойти к ним определённым образом…
— Гарсия может отобрать нашу технику? — осторожно поинтересовалась Сон-Хи.
— Нет, просто взять и отобрать он не сможет. А вот парализовать нам работу юридическими придирками он способен вполне, причём уже в ближайшие дни. И эти разбирательства могут затянуться на месяцы, а потом нас просто прикроют, скорей всего. Юристы Гарсии видят все узкие места, у них колоссальный опыт именно в кинобизнесе… По сравнению с ними я просто школьница… Зачем я вообще во всё это влезла? Дура самонадеянная… Всех подвела…
— Джесс, что за бред? — сказал я. — Иди сюда.
— Да ну тебя, Дмитрий…
Но я уже сам шагнул к ней, обнял и прижал к себе, говоря при этом:
— Мы все здесь взрослые люди. Понимали заранее, что наша затея — авантюра чистой воды. И нам просто повезло, что нас очень долго не принимали всерьёз, поэтому мы успели выпустить первый фильм. Везение, Джесс, понимаешь? Это во-первых. А во-вторых, этот фильм мы просто не сняли бы без твоего участия. Ты разгребала всё это бюрократическое дерьмо с утра и до вечера, обеспечивая нам возможность работать. Ты в это влезла по нашей просьбе, едва сойдя с парохода. В чужой стране, без опыта в нужной отрасли. Ни один профессор на твоём месте не справился бы лучше. Ни один академик, ясно тебе? И я это говорю совершенно искренне, даже если ты мне не веришь.
— Вот! — одобрительно заявила Розанна. — Наконец-то сказал хоть что-нибудь умное, впервые за этот месяц! Подтверждаю официально.
— Видишь? — сказал я Джессике. — Даже Рози, универсальный эксперт по любым вопросам, выразила всемилостивейшее согласие.
Джессика лишь вздохнула, уткнувшись в моё плечо, а Сон-Хи сказала:
— Да, ты сделала всё, что от тебя зависело. И вообще, мы все здесь пробовали себя в новых для нас ролях, ошибки были неизбежны. Не будем на них зацикливаться, подумаем, как быть дальше…
— Есть предложения? — спросил Джеф.
— Ну, ситуация изменилась, — сказала Сон-Хи невесело. — Да, в самом начале мы пытались хранить секрет, поэтому я не обращалась за помощью к отцовским юристам, которые специализируются как раз на кино. Но теперь-то можно…
— Пожалуйста, обратись с ним, — сказала Джессика. — Пусть они всё проверят. Потому что я решений не вижу…
— Сильно подозреваю, — сказал я, — что и они ничего толкового не подскажут. Но да, проконсультироваться с ними имеет смысл. А дальше — посмотрим.
— Тогда я прямо сейчас позвоню отцу, — кивнула Сон-Хи.
Мы разошлись по комнатам.
Гарсия изрядно подпортил нам настроение, и работать не хотелось вообще, но я себя заставил. Как бы ни сложилось с нашей киностудией дальше, второй фильм нам следовало снять в любом случае.
Поговорив с отцом по телефону, Сон-Хи собрала бумаги, оставленные нам Герстенфельдтом, и отправилась к отцовским юристам. Вернулась она под вечер, и мы вновь собрались у неё в комнате, чтобы услышать новости.
— Порадовать не могу, — сказала Сон-Хи. — Юристы подтвердили — Гарсия может сорвать нам съёмки. А с понедельника, вероятно, за нас возьмутся и остальные крупные студии. Если не приукрашивать, то выбор у нас простой — либо соглашаться на их условия, либо закрывать «Дейт Лайн Филмз». Но даже если закроемся, от нас вряд ли отстанут. Будут искать юридические лазейки, чтобы заполучить наше оборудование.
— Закрываться нельзя! — сказала Розанна. — Зачем мы тогда старались вообще?
— Ну, значит, придётся идти на поводу у Гарсии, — вздохнула Сон-Хи с тоской. — Потому что другие наверняка предъявят ещё более жёсткие ультиматумы… Черновик договора, который он предлагает, я изучила, кстати, вместе с юристами. Там всё тоже довольно хитро. Пока мы работаем на него, у нас действительно сохраняется некоторая творческая свобода. Если первые фильма станут хитами, он и дальше позволит нам выбирать сюжеты. Но расторгнуть с ним договор нельзя — в этом случае оборудование достаётся ему…
— Хрен там, — сказал Джеф. — Прошу прощения, дамы, за грубое словцо, но меня это не устраивает. Никаких договоров.
— В таком случае он сразу прицепится персонально к тебе, — сказала Сон-Хи. — Даже если патент оформлен у тебя безупречно, они сумеют осложнить тебе жизнь. Мне неприятно это признавать, Джеф, но, кажется, наименее болезненное решение — согласиться-таки на сотрудничество с «Праймери Пикчерз»…
— Давайте вычленим положительные моменты, — предложил я. — Во-первых, наш второй фильм для мистера Квона-старшего мы доделываем спокойно. Если соберём кассу, то «Сильвер Форест» выплывет, уже хорошо. Во-вторых, в этом случае мы продолжим работать в прежнем режиме. Ну, по крайней мере, в общих чертах. Мороки прибавится, конечно, но всё-таки. А там, глядишь, и придумаем какой-нибудь выход. Вспомните — три недели назад нам тоже казалось, что вариантов нет, но подвернулся саммит. Короче, я согласен с Сон-Хи. Надо договариваться с Гарсией. А ты, Джесс?
— Я воздержусь, если можно, — тихо сказала та. — Согласна с любым решением, которое будет принято.
Сон-Хи вопросительно посмотрела на Розанну. Та развела руками:
— Ну, я бы всё оставила, как и было, но раз нельзя… Надеюсь, этот Гарсия не псих какой-нибудь, даст нормально работать…
— Я не соучредитель, — сказала Анастасия, — поэтому не считаю себя вправе высказываться «за» или «против». Лишь уточню — я правильно поняла, что съёмки второй картины продолжатся при любом раскладе? И если так, то каков наш график работы?
— Завтра и послезавтра, — сказал я, — постараюсь написать несколько эпизодов. А с понедельника приступаем к ежедневной работе по будним дням. Это что касается непосредственно съёмочного процесса.
— Что ж, в таком случае, — сказала Анастасия, — желаю вам удачи в переговорах с «Праймери Пикчерз» и откланиваюсь до понедельника. Не опускайте руки, дамы и господа.
Графиня ушла, а Розанна вспомнила:
— Кстати, да! Вы ведь уже первые сцены сняли, Джеф показал мне. Кадры красивые! Про шпионов киношка, правильно? А сюжет-то какой? А то я с этой газетой утром всё пропустила.
— Не могла оторваться от своих фотографий? — улыбнулась Сон-Хи. — Погоди секунду, сейчас…