Бокс-офис (СИ)

— Ну, если под таким углом посмотреть, то да, — признала Сон-Хи.
— Тем более что после первого фильма, — добавил я, — Анастасию запомнят именно в ярком, вызывающем образе. Публика захочет ещё что-нибудь такое, как я подозреваю. И тут мы — хоп! Второе кино.
— Я чувствую себя глупо, — улыбнулась Сон-Хи. — Ведь это я — продюсер. И это мне положено упирать на коммерческий компонент, чтобы выжать побольше денег. А ты должен отбиваться, требуя соблюсти художественность, смысловую насыщенность и авторский почерк. А вместо этого…
  
— У нас всё не как у людей, — пожал я плечами. — И вот ещё о чём я подумал. В тот раз нам удачно подвернулся Саммит наследников. Такая везуха вряд ли повторится, и надо думать заранее, где устроить премьеру, чтобы о себе заявить максимально громко. Просто выйти в прокат весной — это не вариант, иначе два наших потенциальных хита будут мешать друг другу.
— Да, — кивнула Сон-Хи, — вторую картину начнём прокатывать в середине лета, я это обсуждала с отцом. А весной хорошо бы показать её на каком-нибудь фестивале, чтобы банки приняли к сведению. Жаль, что Лазурная неделя в Ницце только в сентябре начинается. Это была бы идеальная площадка для презентации в мировом масштабе.
— Вы, вероятно, слышали, — сказала Анастасия, — что в Петербурге тоже есть международный кинофестиваль.
— Это вы про «Белые ночи»? — уточнил я. — Да, фестиваль-то есть, но, во-первых, его проводят ближе к концу июня, а во-вторых, там показывают всякие высокоумные фильмы, с претензией на большое искусство. От шпионского фэнтези там шарахнутся, как от блохастой кошки.
— Верно, — подтвердила графиня. — Но пару недель назад мне написала подруга, тоже актриса. Ситуацию с кинопроцессом в Империи она знает, что называется, изнутри. И вот она поделилась слухами — Москва хочет организовать свой собственный кинофорум, тоже международный.
Я хмыкнул, Анастасия тоже чуть усмехнулась, а Сон-Хи попросила:
— Поясните, пожалуйста, в чём здесь состоит юмор.
— Москва — это прежняя столица Империи, — сказал я. — Она всё время пытается соперничать с Петербургом. Они постоянно меряются… гм… чем-нибудь. Причём колорит у них совершенно разный. Питер — столица чопорная, холодная, а Москва — разухабистая, весёлая.
— И это различие, — сказала графиня, — приобретает смысл конкретно для нас. В пику Петербургу, как пишет моя подруга, Москва хочет сделать свой кинофестиваль не артхаусным, а подчёркнуто развлекательным, ориентированным на коммерческое кино.
— А вот с этого места, — попросил я, — пожалуйста, поподробнее. Это пока только разговоры? Или есть практические подвижки?
— Дело якобы уже сдвинулось с мёртвой точки. Фестиваль хотят провести в середине мая. «Черёмуховый цвет» — такое будет название. Вроде бы нашлись меценаты, согласовывается программа, ведутся переговоры. Деньги, по слухам, вкладываются серьёзные. Хотя многие в тамошнем кинобизнесе воспринимают всё этот как курьёз.
— Но если у организаторов всё получится, — сказала Сон-Хи, — то это был бы для нас идеальный тайминг. Наш первый фильм к тому времени уже выйдет в прокат и, очень надеюсь, наберёт популярность. Мы тогда будем на фестивале уже не бедные родственники, а фавориты.
— Ну, если московское купечество, — сказал я, — захочет по-настоящему щёлкнуть по носу питерскую богему, то размах там будет — ого! Надо бы прозондировать почву. У меня в Москве есть приятели среди журналистов, звякну им.
— А я расскажу отцу, — кивнула Сон-Хи, — сегодня же вечером. Спасибо, графиня, что подали нам идею. Но пока, Дмитрий, нам с тобой предстоят менее приятные хлопоты. Мистер Гарсия ждёт нас…
— Пора уже? Ну, поехали.
Мы вышли с Сон-Хи во двор, сели в «мини-купер», и она заметила:
— Хорошо, что дороги с утра расчистили. А то я боялась, что увязну в сугробах.
— А у вас тут такие вот снегопады часто бывают?
— Такие сильные — нет, не очень. Два-три раза за зиму. Но без них не обходится, так что снегоуборщики наготове.
К моему удивлению, ресторанчик, куда мы прибыли, выглядел неприметно. Опрятное крыльцо в переулке, лаконичная вывеска. Место для своих, очевидно, а не парадное заведение.
Мистер Гарсия оказался седеющим, чуть грузноватым брюнетом в тёмно-вишнёвом джемпере. Галстук он не носил, а верхняя пуговица рубашки была непринуждённо расстёгнута.
Привстав, он сделал приглашающий жест:
— Мисс Квон, мистер Свиридов, прошу вас. Спасибо, что уделили время.
— Спасибо за приглашение, — сказала Сон-Хи. — Вы хотели что-то обсудить с нами, мистер Гарсия?
— Зачем же так торопиться? Давайте насладимся преимуществами этого заведения. Кормят здесь превосходно. Обожаю, знаете ли, открывать для себя такие места, где не ударяются в пафос, но гарантируют качество. Я по натуре — гурман, у меня есть давнее хобби — национальная кухня разных народов. Вчера, к примеру, обедал у филиппинцев, а сюда время от времени забредаю, чтобы отведать американский стейк. Он того стоит, поверьте на слово. Я угощу вас, и убедитесь сами. Разговоры — потом.
— Прошу извинить, мистер Гарсия, — ответила Сон-Хи ровно, — но мы не можем задержаться надолго. По телефону вы говорили, что желаете обсудить некий актуальный вопрос. Мы будем благодарны, если вы поясните нам, о чём речь.
— Понимаю вас, — усмехнулся он. — Молодость — время действия, когда не хочется терять время. Но я-то человек уже в возрасте, поэтому вы, надеюсь, простите мне небольшое вступление. Исторический экскурс даже, в каком-то смысле. В Нью-Пасифик мой отец перебрался некогда с берегов Средиземного моря. Это было в самом начале века, шестьдесят с лишним лет назад. Он был тогда зелёным юнцом, практически нищим, но полным сил. Начинал простым коммивояжёром, но через несколько лет открыл собственное агентство недвижимости, а к двадцатым годам его капитал достиг почти миллиона долларов.
— Это заслуживает уважения, — сказала Сон-Хи.
— Мне тоже так кажется. У него было очень развитое чутьё. И он выбрал крайне подходящий момент, чтобы войти в кинобизнес. Как только появилось звуковое кино, он моментально оценил перспективы. И его студия, основанная в те годы, сразу сосредоточилась именно на фильмах со звуком. Это дало плоды. К концу первой трети века «Праймери Пикчерз» стала одним из лидеров отрасли. Мой отец скрупулёзно отслеживал технические новинки — цветную плёнку, к примеру. Он говорил мне — прогресс и рынок взаимосвязаны, будь всегда начеку. И я старался следовать этому совету. Поэтому разговоры о том, что некая студия «Дейт Лайн Филмз» использует новые технологии, не остались без моего внимания.
Гарсия взял паузу, будто ждал от нас реплик или вопросов, но мы молчали. Он заговорил снова:
— К великому сожалению, моя интуиция уступает отцовской. Поэтому поначалу я воспринял все эти слухи как анекдот. Ну, в самом же деле, как можно было принять такое всерьёз? Дочь разорившегося киномагната за гроши арендует склад и пытается снимать там кино. Эта хохма многих повеселила. Но две недели назад, когда объявили предварительный список фильмов в преддверии саммита, мне стало не до смеха. Моя киностудия оказалась вдруг за бортом, единственная из «большой пятёрки». А моё место заняли вы. И вот после этого я начал копать. Но первые результаты этих раскопок привели меня в ещё больший ступор.
Тут он уставился на меня, и я поинтересовался вежливо:
— Что же вас удивило, мистер Гарсия?
— Персоналии, которые фигурируют в этом деле, мистер Свиридов. Соучредители новой студии. Вот ведь казус — пять человек, которые вчера были незнакомы друг с другом, а то и вовсе находились за тысячи миль отсюда, сегодня вдруг собираются вместе и учреждают новую, сверхуспешную киностудию. Такое, знаете ли, нечасто случается. Я даже слово не подберу, чтобы обозначить такой феномен.
  
— Это называется «стечение обстоятельств», — подсказал я.
— Прекрасное объяснение. Вот уж точно — не придерёшься. Впрочем, меня больше занимает другой вопрос. Если допустить, что для съёмок фильма и впрямь применялась необычная техника, то откуда она взялась? Сначала я думал, что история с арендованным складом — отвлекающий трюк, нелепость которого должна сбить всех с толку, а настоящее ноу-хау мистер Квон-старший припрятал где-то в закромах «Сильвер Форест». Но факты, которые я собрал, заставили меня усомниться в этой гипотезе. Как это ни абсурдно, всё указывает на то, что фильм снимается на пресловутом складе. А затем я получил и прямое этому подтверждение.