Дипломная работа (СИ)

— И зачем он тебе? — буркнул Валера.
— Так я же говорю: времена меняются. Адольфычу не нужны живые трупы. Спросу нет. А раз он не интересуется, значит и барыги рангом поменьше тоже сбавят свои цены. Арену, где мертвецы бились между собой на потеху олигархам, недавно прикрыли. Значит что? Правильно: нет булочки - нет сосиски. Теперь нужно ждать пока организуют новую, а на это может уйти не один год. Мы теряем основные источники дохода и получается: нужен новый оригинальный товар. Представляете, сколько заплатят за такого киллера, как “Ырка”? Убивая, он не оставляет следов. Привязав к предмету, его можно легко спрятать. Это же золотое дно, позволяющее, я подчёркиваю, всем нам, обеспечить достойную жизнь и спокойную старость, — объяснил Лаперуз.
Ученики мрачно переглянулись.
— Ну, давайте же, ребята, решайте! — бодро попросил их учитель. — Только предупреждаю: время предложения ограничено.
  
Глава 11
 
Валера выскочил из подъезда на улицу и закричал во весь голос.
— Урра!
— Прости господи... Наркоманы - поганые... Свят-свят-свят... — закрестилась, подстригавшая цветы на клумбе неподалёку, какая-то бабушка. Валера ошалело оглянулся на неё и заорал снова.
— Халява приди!!!
Бабушку от его крика как ветром сдуло. Сзади осуждающе закашлял Денис.
— Чё? — непонимающе уставился на него очкарик. — Это было слишком просто, хочешь сказать? Или у тебя першит в горле?
— Я хочу сказать: незачем так орать на всю улицу.
— Да пофиг.
Валера сел на лавочку и достал из синего джинсового пиджака пачку сигарет с фильтром. На душе было легко и радостно. Теперь он твёрдо знал ради чего стоит жить и к чему стремиться. Цель - вот что главное! И такое приятное чувство словно бы ты совершенно не готовился к экзамену, пришёл на него с пустой головой и наблюдаешь, как препод завалил всю твою группу, а тебя, самого последнего, нет! Как так вышло? Билет брал не глядя! Отвечал и не помнишь, что отвечал, но вот она в зачётке твоя пятёрка и подпись ненавистного препода - известного зануды и ябеды! Невероятное чувство радости. Апофеоз эйфории. Настоящий, подлинный кайф!
— Мне ещё никогда так хорошо не было, а такое дело нужно перекурить, — откровенно признался он.
— И давно ты курить начал? Это же вредно.
— Угу. А без кофе, ещё и противно.
Очкарик сделал пару затяжек и машинально закашлялся. Денис присел рядышком.
— Эх, заживём! Выполним работу и ищи ветра в поле. Я, сразу, как получу вольную, уеду отсюда. В Крым - на всё лето! А если получится, то и в Австралию. Я всегда мечтал кенгуру по заднице пнуть, — беспечно болтал счастливый ученик Лаперуза.
— А если не выполним? — с сомнением в голосе спросил Денис.
— Тогда не имеет значения отчего мы с тобой умрём. От нарушения договора или от того, что я тебе кочан откручу, если ты, дрянь такая, только подумаешь о первом варианте. Окей?
Валера сделал вид, что стреляет в Дениса из воображаемого пистолета. Тот в ответ только недовольно поморщился.
— Не нравится мне всё это. Как-то не так всё, понимаешь? Вроде бы и слова сказали все правильные, а сердцем чувствую не то обман, не то ещё что-то. И ты ещё, вдруг, стал слишком счастливым. Руку Лаперузу на прощание пожимал. Может он тебе в вино наркоту подбросил?
— Неа. Чё я, наркотиков что ли не пробовал? Я обрёл - смысл! Смысл жизни. Теперь я знаю точно, ради чего я живу. Раньше-то, чего? Лопатник с долларами, красивая и неприступная девочка, дорогой автомобиль, дом с бассейном, но всё это бессмысленно, это всё прах, пыль и вообще дело наживное. А вот смысл. Его ты за деньги, братец, никогда не купишь!
— Смысл твоей жизни: поймать Ырку?
— Да при чём тут он? Смысл жизни в свободе - понимаешь меня, балда? Свобода выбора, свобода в принятии решений, свобода от учительского контроля, само её ощущение...И от тебя, кстати, тоже свобода, надоел ты мне со своей честностью! — с восхищением произнёс Валера чья душа по-прежнему витала где-то на седьмом небе от счастья.
— Ты даже не задумался на радостях, как мы поймаем этого Ырку?
  
Счастливый Валера в ответ только махнул рукой:
— Поймаем. Придумаем что-нибудь. Только сначала разживёмся колёсами.
— Так нам же не хватает, — вздохнул Денис.
— Конечно не хватает, — подтвердил очкарик, после чего пожаловался:
— А ещё крыса какая-то, у меня из кармана, тысячу рублей спёрла. Своими бы руками убил, да? Мы, понимаешь, работаем, а нас бессовестно обворовывают всякие проходимцы.
— Это да, — согласился Денис и сразу же покраснел от стыда.
— Вот видишь: врать ты уже научился. У собственных товарищей из кармана крысишь, средь бела дня. Что тебе после такого мешает обнести, скажем, квартиру или магазин? — победоносно ухмыльнулся Валера.
— Я отдам, — пообещал красный, как рак, Денис.
— Ты это тысячу раз уже говорил. У тебя кредитная история хуже чем у дяди Паши из второго подъезда, но у того хотя бы оправдание есть, он алкаш. А ты? Какая у тебя будет отмазка?
Денис не ответил. Его взгляд был прикован к крайне вызывающе одетой молодой особе появившейся во дворе. Что-то в ней было нехорошее. От одного взгляда на неё непроизвольно перехватывало дыхание и гулко стучало в висках. Валера перехватил его взгляд и понимающе присвистнул.
Сигаретный бычок полетел мимо урны, а очкарик начал шарить в рукаве в поисках титанового штыря.
— Ведьма, — прошептал Денис.
— Хуже. Лихорадка, — также шепотом поправил его Валера.
Причёска у этой молодой женщины напоминала взрыв макаронной фабрики. Короткое нейлоновое платье пестрело десятком кислотных цветов, а довершали эту композицию чёрные колготки в крупную сеточку и ярко-красные туфли. 
Она приближалась.
— Я щас... блевану, — прошептал Валера, которому очень хотелось отвести взгляд. Резь в глазах только от одного вида этого мерзотного платья.
— Нельзя. Это проявление неуважения. Ведьмы любят почтительность. Терпи, может мимо пройдёт.
Но она не прошла. Она выбрала именно тот подъезд, где жил Лаперуз и, остановившись возле двери, небрежно повернула голову к оцепеневшим студентам.
— Эй, шестёрки! Николя дома?
Голос у неё был низкий и прокуренный.
— Понятия не имею, — пробормотал Валера.
— Так позови. Скажешь - Ляля ждёт.
— Вам надо, вы его и зовите, — отказался Валера, искренне удивляясь собственной храбрости.
Лихорадка резко развернулась и подошла к ним почти вплотную. Денис первым почуял запах болезни исходивший от этой ужасной твари и инстинктивно сполз на асфальт. 
— Садитесь... Пожалуйста, — пискнул он, но Лихорадке он был не интересен. Она уставилась на Валеру, а тот, опустив взгляд, сделал вид, что ему совершенно не мешает её присутствие и снова демонстративно закурил.
Женщина буравила очкарика тяжёлым свинцовым взглядом. Тот не реагировал и продолжал курить. Денис заметил, что щёки у Лихорадки зашевелились, будто бы она пережёвывала жвачку.
— Угостишь даму сигаретой?
— Держите. Мне для вас отравы не жалко, — Валера с безразличным видом протянул пачку и женщина быстрым движением выхватила её из его руки.
— Зажигалку!
— П-жалста, — Валера чиркнул перед её носом спичкой так, что Лихорадка невольно отпрянула. Она секунду с ненавистью смотрела ему в глаза, потом нагнулась и прикурила от спички. Сделала две затяжки, а потом неожиданно спросила.
— Ты знаешь, что я могу тебя одним плевком на тот свет отправить?
— Серьёзно? А мне кажется, что вы очень милая и добрая женщина, — Валера пожал плечами.
— Я добрая? Я? Ха-ха-ха-ха!
От её смеха у студентов мороз побежал по коже.
— А ты хитёр, шестёрка, — отсмеявшись, прошипела женщина. — Ляля, не забудет тебя. Ты уж доживи до следующего раза, хорошо? Николя дома, значит... Адью!
С этими словами она смачно харкнула в сторону и Валера побледнел, увидев, как плавится на асфальте комок ядовито-жёлтых соплей.