Два цвета страсти (СИ)
— Хочется, — согласилась я.
Чайник закипел. Аня (она разрешила обращаться к ней на ты), встала и стала заваривать кофе.
— Ну вот. А на счёт изнасилования… Не пытайся его унижать, быть грубой и дерзкой с ним. Давай понять, что он тебя раздражает, что он тебе противен, и ты его ненавидишь! Поверь, это ещё больше его будет толкать на то, чтобы подламываться и клеится к тебе. Судя по его характеру, ему нравятся девочки со стервозным характером! Вскоре он поймёт, что покорил тебя, и просто оставит тебя в покое!.. И ещё… — она помедлила, посмотрела мне в глаза. — Не делай больше так! Не пытайся наложить на себя руки! Это ничего не изменит, к тому же это самый лёгкий выход из этой жизни! А нужно пытаться всё так разрешить, понимаешь? Живя и существуя в этом мире! Жизнь прекрасна! Не обращай внимания на обидчиков, завистников… Всё будет хорошо!
А Игорь… Не переживай ты так! Всё в жизни могло случится! Он мог потерять телефон, или его компьютер сломался… Да мало ли что могло с ним случится! Ведь он любит тебя, и это главное! Раз любит, и обещал, то обязательно вернётся!
У меня в твоём возрасте была та же самая проблема. Только я была немного постарше тебя. Моего любимого призвали в армию. Это было шоком для нас обоих, и мы боялись расставаться на такое долгое время… Но время быстро пролетело, и он вернулся. А сейчас мы вместе. И скоро поженимся!
Возвращалась домой я радостная и счастливая. Разговор с Аней мне ужасно помог. Она права: Жизнь прекрасна! Надо радоваться каждому моменту в этой жизни, каждому пустяку… А Игорь… Аня права. Он вернётся! Надо только верить!.. Ведь мы любили друг друга по настоящему… И любим до сих пор, хоть между нами большое расстояние!
Глава 5
Непростительная ошибка
— Ты была у психолога? — почти с порога крикнула мама.
Стянув с себя пальто и разувшись, я беспечно ответила:
— Слушай, отстань, а? — впервые за всё это время я позволила себе грубость.
Мать опешила.
— Что? Что ты сказала?
Я вздохнула.
Глаза налились краской. Нижняя губа задрожала.
— Да кто ты такая, чтобы родной матери перечить? — закричала она. — Вон до чего дочь распустили! Никакого Интернета! Никаких мобильных… — кричала она мне в спину.
Я беспечно прошла в зал. Достала из сумочки мобильник и протянула маме.
— Что это?
— Мой мобильник. Ты ведь только что обещала его отнять?
Видимо, мама не ожидала такого поворота событий. От неожиданности она опешила, а после накинулась вновь.
— Да, обещала. — она выхватила у меня из рук телефон. — И телевизора я тоже тебя лишаю!
— Надеюсь, карманных денег ты меня не лишишь? — съязвила я.
— Лишу! Ещё как лишу! — взвилась та. — Теперь каждый день ты будешь получать только деньги на обед в школе! И не рубля больше!
— Отлично. — пробурчала я, входя в свою комнату.
— И не бурчи там! — напутствовала она.
Я тихонько закрылась в комнате на шпингалет. Легла на кровать, зарывшись носом в подушку.
Рядом с подушкой тихонько дремал Михей. Доставши медведя, я потрепала его за ушком. Обняла. Мой любимый, мой хороший Михей!
В ответ он смотрел на меня своими золотыми глазами. Я, по старой привычке, нажала ему на животик, по привычке готовясь слушать его постоянную одну и ту же фразу: «Я люблю тебя!». Но в ответ лишь получила тишину.
Время проходит. Всё меняется!
* * *
Как бы там ни было, но в школу сегодня мне однозначно пришлось пойти!
С самого утра мама устроила мне бойкот, объявив тем самым, что она на меня обижена. Я лишь пожала плечами. Мне было как-то всё равно. Что так они меня не замечали, игнорировали, и делали вид, будто бы им всё равно, что эдак… Разницы особенно ней было.
Оставалась одна последняя надежда. Аня! Только ей удастся их убедить!
* * *
В школе было всё по старому. Единственное, что, к своему удивлению, войдя в школу, я сразу Вишневецкого не обнаружила. После узнала, что он не придёт на первый урок, по каким-то там личным делам.
Но моё счастье длилось недолго. Ко второму уроку он заявился с беспечным видом. Увидев меня, подошёл:
— Ты сегодня просто прекрасна, — протянул он. — Эта новая кофточка тебе очень идёт!
— Она старая, — процедила сквозь зубы я, остудив его пыл.
Тот лишь пожал печами. Но за то протянул шоколадку.
— Шоколадку будешь?
И после всего того, что он со мной вытворял в раздевалке, он будет меня ещё угощать?!
Мне ужасно захотелось размазать по его наглой роже протянутую им шоколадку, или же просто швырнуть в лицо. Но, вспомнив Анины слова, я сделала нечто иное.
— Спасибо. Буду, — взяла. Открыла. Надломила. Положила в рот.
Видно, он не ожидал ничего такого от меня. И потому сильно удивился. Но, поняв, что всё идёт как нельзя лучше, улыбнулся. И ушёл.
Шоколад я взяла с собой. Он оказался на редкость вкусным. Молочным с лесным цельным орехом. Выбрасывать жалко!
Славка сегодня в школу не пришла. Я хотела набрать её номер, чтобы поинтересоваться что с ней, но вспомнила про свой мобильник. Мой беленький «Samsung Gelaxy», остался мирно дремать в маминой комнате. Она наверняка начнёт читает мои смс-ки, смотреть последние вызовы… Пускай! У меня ничего такого там не было, чего стыдно было бы показать маме, так что…
Достала шоколадку. Взяла ещё кусочек.
К концу школьного дня я умяла её до конца. Выбрасывая обёртку, я увидела Рому. Увидев, что я всё доела, он спросил:
— Понравилась? Завтра ещё принесу.
Он улыбался. Ясен пень — втюрился.
Я была так сегодня добра, что даже разрешила ему меня провести. Тот с вызовом согласился.
* * *
На следующий день я вновь встала не с той ноги. С самого утра поругалась с мамой, и умудрилась опрокинуть кофе на свою любимую блузку.
Шла в школу в ужасном настроении. Хотелось удушить каждого, который попадался на моём пути.
У школы меня поджидал Вишневецкий. С шоколадкой в руках.
— Привет. Вот, — он протянул шоколад.
Я в бешенстве схватила её, и швырнула ему в лицо.
— Да подавись ты ней!
Убежала. Тот остался стоять в полном недоумении.
— Истеричка неадекватная! — бросил он мне в след.
Шла, шла. Бежала. Подальше от всего этого, подальше от знакомых лиц.
Меня догнала Валька Смирнова.
— Круто ты Ромчика отшила! — восхитилась она. — Так ему!
— Отвянь.
Та, надув губки, ушла.
Влетаю на всех парах в кабинет английского. Звонок. Фух…
* * *
У Ани я вновь выложила свою душу.
— Ох, зря ты это сделала! — покачала головой та. — Он тебе не простит этого!
— Ну и пусть. — гаркнула я. — Пусть. Что он мне сделает?
— Изнасилует, например. — хмыкнула та. — Давно ощущения прошли?
Аня права. Я дура. Не надо было так делать… Он мне никогда этого не простит… И будет мстить всякими способами.
Ладно, что было то прошло! Всё равно его уже не изменишь… Какой смысл изводить себя?
Уходя от Ани, я вспомнила про Славку. Блин, со всеми этими последними событиями она совершенно вылетела у меня из головы…
Вошла в знакомый двор. Поднялась на нужны этаж. Позвонила.
Открыла дверь Славкина мама. Арина Борисовна.
— Заболела Мирослава. — сказала она. — Грипп. Я тебя к ней пущу, слишком она плохо себя чувствует, да и ты заразится можешь. Но спасибо, что зашла. Приходи дней через пять.
— Спасибо.
Ладно, зайду в понедельник. Главное, что я хоть знаю, почему уже не первый день нет в школе.
Бреду домой. Пинаю каштаны.
Может, не пойти завтра в школу? Прогулять? Как бы мне Вишневецкий не решил отомстить…
Но что я матери скажу? Леночка может всё прочухать, и позвонить предкам… Только этого ещё не хватало! Что будет после этого? Домашний арест? Или что-то покруче? Лучше не нарываться.