От A до Z (ЛП)

Наконец наступает перерыв.
– Твои ослы проигрывают! – торжествующе сообщает Мэтт Джареду. – Так что, похоже, ты угощаешь.
Джаред жалобно стонет, но все-таки отдает Мэтту бинокль и уходит покупать пиво. Я смотрю ему вслед, потом оборачиваюсь и вижу, что Мэтт, вооружившись биноклем, высматривает что-то на поле.
– На что ты там смотришь? – спрашиваю.
– На чирлидерш, – отвечает Мэтт, не отрываясь от поля. – На что же еще? – Я вытягиваю шею и да – вижу, как они отплясывают в самом низу нашей зоны.
  
– Ты серьезно?
Тут он опускает бинокль и смотрит на меня таким взглядом, словно я спросил, правда ли привидения говорят «бу».
– Ну да. А что?
– Ты смотришь на девчонок? – Он краснеет немного, но не отвечает. Нет, я помню, как он говорил, что до Джареда считал себя натуралом. Но все это время я типа как думал, что, решив быть с Джаредом, он начал реально быть геем, как мы. Мне никогда не приходило в голову, что первым делом он по-прежнему замечает женщин. – Парней ты тоже зацениваешь? – спрашиваю я.
Он откидывается на сиденье и качает головой.
– Нет.
– А как же Джаред?
– При чем тут он?
– На него-то ты смотришь, верно?
Он пожимает плечами.
– Это другое.
– Почему это?
– Другое и все. – Он начинает отдирать от своей бутылки с пивом этикетку – как делает всегда, когда ему становится некомфортно. – Потому что я с ним. Ну и из-за того, что я к нему чувствую.
– Но еще он тебя привлекает, так?
Он раздраженно косится на меня, продолжая отковыривать этикетку.
– Ты же знаешь, что да.
– Тебе нравится смотреть на него?
– Конечно. – В его голосе появляются агрессивные нотки, и я думаю, не отвязаться ли от него, но нет, не могу.
– И ты понимаешь, что он секси, да?
Его голова дергается в моем направлении так резко, что я опасаюсь, как бы он не вывихнул себе шею.
– Что?
– Джаред секси. Ты же в курсе об этом? В смысле, он весь из себя такой серфер. Шикарное тело. Чумовая улыбка. Веснушки. – Чем дольше я распинаюсь, тем больше ему становится не по себе. Мало того, он закипает. Вообще я еще ни разу не видел, чтобы Мэтт терял свое непробиваемое спокойствие. Знаю, это нехорошо, но не могу удержаться, чтоб еще немного не понажимать на его кнопочки, коль скоро я их нашел. – Эти веснушки… они у него по всему телу, да? В смысле, у него же такая классная задница. Если у него и на спине есть веснушки, то можно только представить…
– Какого хера?! – взрывается Мэтт. Он не орет, но лицо у него багровеет. – А ну прекрати говорить о нем так!
– Как «так»? – невинно интересуюсь я.
Секунду он запинается, силясь сообразить, что сказать, и наконец выпаливает:
– Ты что, на него пялился?
Я смеюсь.
– Естественно, да. И что?
– И… то! Держись от него подальше, понял?
– Я же просто смотрю.
– Ну так завязывай с этим!
– Боишься, как бы я не увел его?
Он поворачивается обратно к полю, сползает вниз на сиденье и ничего больше не говорит. Я еле сдерживаюсь, чтобы не заржать. Тут возвращается Джаред. Смотрит на нас – на ухмыляющегося меня и на Мэтта, у которого практически валит пар из ушей – и говорит:
– Вы чего?
– Да так, просто говорил Мэтту, что…
– Ничего! – рявкает Мэтт.
Джаред переводит взгляд на меня, и я просто пожимаю плечами.
– Видимо, ничего.
Джаред недоумевающе улыбается, но дает нам по пиву. Только он начинает садиться на свое место между нами, как Мэтт вскакивает на ноги точно чертов Джек из коробочки.
– Нет!
Джаред замирает в полусогнутом положении, и тут уж я хохочу.
– Что не так?
По Мэтту видно, что он немного сожалеет о своей вспышке.
– Сядь тут, – говорит он Джареду, показывая на свое место. – Я хочу сесть рядом с Анжело.
Вид у Джареда становится несколько озадаченным. Оно и понятно: Мэтт психанул на меня, а теперь хочет сесть со мной рядом? Но Джаред не спорит, и они меняются местами.
Усаживаясь, Мэтт стреляет в мою сторону хмурым взглядом. Так он показывает, что обиделся и не разговаривает со мной. Я не реагирую. Просто сижу себе, пью пиво и жду.
Мне не приходится долго ждать. Довольно скоро он начинает поглядывать на Джареда. Искоса, краешком глаза. Джаред же наблюдает за полем, где появляются игроки, и ничего не замечает. Но я все вижу. Я вижу на лице у Мэтта то самое изумленное выражение, которое появляется, стоит ему неожиданно вспомнить о том, как сильно он его любит. В итоге он склоняется к Джареду, захватывает его волосы в горсть и что-то шепчет ему на ухо. Джаред, покраснев до корней волос, улыбается, и наблюдать за этим, если хотите знать, обалдеть как трогательно. Отпустив его, Мэтт откидывается на сиденье.
Вздыхает и бросает на меня настороженный взгляд.
– Ну и засранец же ты, – бурчит он, но лишь наполовину серьезно. Я вижу, что он возвращается в нормальное состояние.
– Знаю, – мирно соглашаюсь я. Пару минут не трогаю его. Дожидаюсь, пока он немного расслабится, и говорю: – Ты же понимаешь, что я просто прикалывался?
Вздохнув, он кивает.
– А ты повелся.
Он закатывает глаза.
– Знаю.
– Ты знаешь, что Джаред настолько без ума от тебя, что и не думает смотреть на других парней?
На его лице появляется микроскопическая улыбка.
– Да.
– Ты знаешь, что весишь раза в три больше меня и, наверное, сможешь порвать меня надвое, если я когда-нибудь хоть что-нибудь попытаюсь?
Тут он наконец оглядывается и, смерив меня взглядом, улыбается.
– Что еще за «наверное»?
Я смеюсь.
– Значит, у нас все в норме? – Выводить его из себя было, конечно, весело, но, если честно, мне совсем не хочется, чтобы он на меня злился.
– Да, – отвечает он, поворачиваясь обратно к полю. – Все в норме. – С минуту молчит, пьет свое пиво, а потом толкает меня локтем. – И кстати, Анжело…
– Что?
– Веснушек не так уж и много, но между лопаток у него здоровенная татуировка. Даже больше, чем у тебя.
– Да ладно? У Джареда? – спрашиваю я, не веря своим ушам.
– Ага.
– А что на ней?
Мэтт многозначительно ухмыляется.
– Не скажу.
– Но она секси, да? – хмыкаю я, и он мне подмигивает.
– Ты даже не представляешь!
Начинается вторая половина матча. Теперь мне надо как-то вывести его на разговор о своем. Чего я, понятно, и хотел с самого начала.
***
После игры Мэтт садится за руль. Джаред уступает переднее сиденье мне, а сам – поскольку во время игры выпил больше нас с Мэттом – кое-как устраивается сзади и засыпает еще до того, как мы выезжаем из Денвера.
– Вы с Заком придете на День благодарения к Лиззи? – спрашивает Мэтт.
После того, как мы переехали в Коду, Лиззи минимум раз в неделю зовет нас на ужин. Поначалу я терпеть не мог эти походы. Сидеть там среди идеальной родни Джареда – Лиззи, которая всегда и все знает лучше всех, и мам Мэтта с Джаредом, которые постоянно пытаются разговорить меня. Первые несколько раз я отказывался. Но потом заметил, как Заку не нравится ходить туда без меня. Он пытался притворяться, что все нормально, но по правде говоря, скрывать свои чувства получается у него фигово. И теперь я начал тоже ходить к Лиззи.
В последние насколько раз, правда, все было не так уж и плохо. Начал потихоньку привыкать к Лиззи и к мамам. Понимать, каково это – быть частью большой семьи. Но что самое главное, я начал замечать, что семья Джареда вовсе не идеальна. Не могу объяснить, почему, но этот простой факт дико много для меня значит. Иногда они цапаются. Иногда задевают чувства друг друга. Как-то раз мама Мэтта выдала комментарий о том, как она мечтает о своих собственных внуках. Думаю, она даже не поняла, насколько ее слова обидели Джареда. Она будто выставила его виноватым. Джаред вышел из-за стола, его мама начала выговаривать маме Мэтта, та расплакалась, потом встряла Лиззи, и довольно скоро мы с Заком остались единственными людьми за столом, кто не орал друг на друга.