Юсупов. Последний из рода (СИ)

Комната завертелась калейдоскопом. Софья вздрогнула и проснулась. Сердце колотится, в ушах шумит. Изо рта течет струйка слюны. Нервным движением Софья вытерла ее и взглянула на часы. Нет еще трех. Бешеный адреналин не дает продохнуть. Перед глазами образ окровавленного князя. Возбуждение накатывает новой волной.
Она опустила руку под одеяло и кончила за несколько секунд.
  
Глава 22
 
Вампирские слабости
 
Софья водила пальцем по стеклу. Песок приятно шуршал, образуя незамысловатые фигуры. В полумраке разместилось полтора десятка стеклянных столов с белыми лампами под ними. Под звуки трансово-мечтательно музыки посетители рисовали песочные картины.
Краем глаза Софья заметила темную приближающуюся фигуру. Дмитрий поздоровался.
— Необычное место для встречи вы выбрали, — сказал он.
— Оно идеально подходит для медитации, — ответила Софья. — Нервишки в порядок привести.
Дмитрий с интересом взглянул на каракули, которые выводила Софья.
— Феликс вам досаждает? — спросил он. — Честно признаться, когда я увидел вас с Николаем в театре, то испугался за вашу жизнь. Софья, вы только скажите, и я…
— Нет-нет, дело не в этом. Да и вообще, сегодня я бы не хотела слышать этих имен.
Софья сделала приглашающий жест. Дмитрий потер руки и склонился над столом. Затем провел тремя пальцами широкую волну. Над ней — кружок с лучиками. Ниже — косой треугольник. Морской пейзаж с парусником готов.
— Что вас связывает с Николаем? — спросил он. — Здесь же не обошлось без влияния…
Дмитрий запнулся и взглянул из-под светлых бровей. Софья потерла лоб. Глядя в эти зеленые глаза врать не хочется. Но ведь и правду нельзя говорить! По крайней мере, всей правды.
— Я собираю материал для будущей книги, — ответила она.
— О семье Юсуповых?
Софья кивнула. Дмитрий опустил глаза, стер пейзаж и нарисовал рожицу с улыбкой-полумесяцем.
— О них издано десятки книг, — сказал он мягко. — Чем ваша будет особенной?
— Буду откровенной, я пока и сама не знаю, — ответила Софья. — Возможно решусь на художественный роман. Даже название есть — «Юсуповы — кровь, любовь и смерть».
Софья не сдержалась и прыснула от смеха. Дмитрий подхватил. В уголках глаз заиграли лукавые морщинки.
— Лучше и не придумать, — добавил он.
Софья повела пальцем по песку, дорисовала улыбке клыки.
— Дмитрий, я очень благодарна, что вы не задаете лишних вопросов. Тогда в театре я была резка с вами. Извините, что взъелась.
Дмитрий обхватил ее ладонь и сказал:
— Все в порядке, я не в обиде на вас. Вы не обязаны передо мной отчитываться. Я вам не начальник. Я — ваш друг.
В груди Софьи зажегся бенгальский огонек, а потом еще и еще один. Щеки налились краской.
— Тогда поймите мое любопытство и побудьте сегодня, так сказать, первоисточником сакральных знаний, — сказала она.
— Все, что угодно, — ответил Дмитрий.
— Расскажите мне о вампирах. Как они появились? Фольклорным проклятьям я не особо верю.
Энтузиазм в глазах Дмитрия поугас и сменился не то сожалением, не то виной. Великий князь разровнял песок на столе, а затем изобразил бесформенное облачко.
— Полагаю, в этом вопросе вы изучили все, что было доступно, — сказал он.
— Ага.
— Об ином укладе прошлого нашей цивилизации вам тоже известно.
Дмитрий дорисовал ножки и хвостик. Из головы животного протянул короткую линию. Вот и единорог.
— Генная инженерия, — задумчиво сказала Софья. — Я думала, это относится только к кентаврам, русалкам, пегасам и прочим мифическим существам.
— А чем вампиры в этом плане вам не угодили?
— Оборотни, гиппогрифы и иже с ними — о том, как скрестить ежа и ужа. А вампиры выбиваются из этого ряда, — пояснила Софья.
— Но ведь скрещивание видов — не единственное направление в генной инженерии.
Бенгальские огни перекочевали из груди в мозг. Идеи вились как рой мошек летним вечером.
— Тогда мне непонятно, зачем надо было создавать таких опасных существ? Их ведь не приручить, не проконтролировать, — Софья запнулась. — Извините.
  
— Зачем, по-вашему, ученые занимаются исследованиями? — спросил Дмитрий. — Я сейчас не о генной инженерии, а вообще о науке. Зачем проводят опыты?
Софья развела руками и ответила как второклашка:
— Чтобы посмотреть, что из этого получится.
— Вот и с вампирами так же, — ответил Дмитрий.
— Но это неразумно.
— И почему же?
— Человек — ленивая скотина. Поэтому вся его деятельность направлена на упрощение труда, создания комфортных условий для существования. Если уж создавать иных существ, то не для риска оказаться с откушенной головой.
Дмитрий снова разровнял песок и, широко расставив руки, оперся о край стола.
— Вы мыслите как человек своего времени — и это объяснимо, — сказал он. — Те, кто был у истоков создания флоры, фауны и человека, имели иной взгляд на вещи. Это настоящие Творцы, глубоко увлеченные своим делом. Ответственные за целую планету, всю цивилизацию. Лень им чужда. А двигал ими жгучий энтузиазм. Такой, как у вас.
Он указал пальцем на Софью.
— Вы ведь не умеете отдыхать, верно? — спросил он. — Если загорелись какой-то идеей, вас за уши не оттянешь.
Софья потупила глаза.
— Помножьте ваш энтузиазм на любопытство и возведите в десятую степень. Возможно на полноготочка вы поймете, зачем Творцы нашей цивилизации создавали гибридов и вампиров, — закончил великий князь.
Софья откинула волосы и в который раз за вечер потерла лоб. Пора избавляться от этой привычки, а то прыщи замучается выводить.
— Расскажите мне о слабостях вампиров. Сразу опустим колья, огонь и отрубленные головы, — сказала Софья.
Дмитрий пожал плечами.
— Ну это очевидно, — сказал он. — Одиночество.
Софья переступила с ноги на ногу и покосилась на великого князя.
— Простите, Дмитрий, но мне в это с трудом верится. Обычные люди каждый день просыпаются и засыпают с мыслью, что ничего не успевают. Жизнь такая короткая, что в суете бытовых дел, гонки за деньгами, вечной учебой, семейными вопросами даже не замечаешь, как годы идут. Да тут любой душу продаст, лишь бы жить подольше.
— Подольше, но не вечно, — сказал Дмитрий. — Вампир не может себя убить. Он вынужден веками видеть, как уходят из жизни самые близкие люди. Скитаться по свету, чтобы не вызывать неудобных вопросов. Черстветь сердцем, чтобы не привязываться и не страдать впоследствии.
Дмитрий выпрямился и отряхнул остатки песка с ладоней.
— Мои сто тридцать лет хватило бы как минимум на две жизни, а то и три. Тут с Феликсом мне не соревноваться. Но, поверьте, я повстречал достаточное количество вампиров. Ни один не был счастлив, что живет так долго. Короткая человеческая жизнь становится заманчивой, когда сам живешь за двоих или за троих.
Софья сглотнула горький комок в горле и огляделась.
— Хотите сказать, все вампиры глубоко несчастны в душе? — спросила она.
Дмитрий повел глазами.
— Некоторые не справляются и сами идут на убой, — сказал он.
— В каком смысле? Умышленно ищут встречи с охотниками?
Великий князь кивнул.
— Вот вам еще один секрет, о котором мало кто знает, — добавил Дмитрий. — Есть охотники на заказ. Убивают вампиров, которые сами попросили их об этом.
— Боже… Да на этом можно столько сюжетов для романов придумать.
— Пользуйтесь, — ответил князь с улыбкой.
— А как вы справляетесь с одиночеством?
Дмитрий поднял глаза к потолку, прикрыл на секунду и снова взглянул на Софью.
— Беру пример с других, — ответил он. — Поддерживаю жажду познания этого мира. Последние сорок лет я участвовал в экспериментах по переливанию крови. Как видите, человеком меня это не сделало. О проекте создания искусственной крови вы уже в курсе.
Софья обошла стол и повела Дмитрия к выходу. Эта беседа не только помогла расслабиться и привести себя в порядок, но и дала пищу для нового витка размышлений. В гардеробе великий князь помог Софье одеться. Такое привычное действие для начала двадцатого века, и такое непривычное для двадцать первого.