Выживший

— Сеятель.
— Поклянись своей силой перед лицом Сеятеля, что, если я тебя выпущу, ты мне никак вредить не будешь?
— Ты — дурак?
— Надеюсь, что нет!
— Это как же тебя в жизни помотало, что ты высшим не веришь?
— Хочешь выйти, давай клятву!
Дала клятву, всё в точности, как я запросил. Я открыл клетку и пригласил её к себе:
— Пойдём, подберём тебе одежду.
— Да я и так могу.
Демонесса сразу же изменилась, как вышла из блокирующей клетки, как-то незаметно у неё исчезли хвост и рожки, и глаза стали как у человека. Она стала просто красивой девушкой, ещё и укрылась иллюзией одежды.
— Пойдём.
Пришли в кабинет мага. Я разлил вино, познакомились, сидим у камина, и я ей откровенно любуюсь. Демонесса — очень красивая девушка. А она, иногда, как бы не удерживает иллюзию. На мгновение мелькнёт голое тело, и она опять в одежде.
— Вот выбирай любую тряпку, на бумаге рисуй фасон, переделаем.
Она предпочла мужской костюм. Я магией подогнал его по её фигуре, очистил, и она переоделась. Потом она мне долго рассказывала про этот мир, удивлялась, как легко я воспринимаю любую информацию, даже заподозрила, что я вру и сам всё знаю. Задала мне пару вопросов, убедилась, что я не знаю ответов, поверила. Зовут эту «младшую сестру» — Альтурелла. Средний рост, большая и тугая грудь, тонкая талия, красивые бёдра. Не девушка, а мечта любого мужчины. Сказала, что пока не может уйти из этого мира, ей нужно сил подкопить.
— Тогда можешь пожить здесь.
— Глеб, если я останусь, ты слюной захлебнёшься.
— Как хочешь, ты теперь свободная демонесса во всех отношениях.
— Так я пойду?
— Если есть куда идти, то иди. Вот возьми немного денег, так будет проще среди людей.
Ушла, через два дня вернулась, принесла мне две шпаги: длинную, похожую на лёгкий меч, и короткую, похожую на мизерикордию, или длинный стилет.
— Это подарок.
— Проходи.
Опять пили вино, разговаривали.
— Слушай, я демон, красивая, а ты на меня даже не смотришь как на женщину, почему?
— А как ты думаешь, почему я сижу в глубоком кресле?
— Ну, я не знаю.
— Я встал, и штаны спереди натянулись.
— То есть я тебе нравлюсь?
— Очень нравишься!
— И ты меня хочешь?
— Да!
— Дурачок, иди ко мне!
А вот в постели к ней вернулось тело демоннессы, и мы долго занимались любовью. Укатала она меня. Мне в этом теле лет шестнадцать, наличествует юношеская гиперсексуальность, но она — то демонесса. После всего лежит на моём плече, гладит по груди, по лицу. Я млею…
— Ты хороший, как ты с моей сестрой связался?
— Да никак, просто она сюда мою информационно-психологическую матрицу отправила. Альтурелла, а ты можешь скрыть мой источник, не совсем, а чтобы он выглядел, как будто он слабый.
— Вот, пожалуйста, но знай, что в людских государствах это запрещено.
— Мне бы ещё узнать, что за государства, как в них люди живут?
— Вот как, а кто ты тогда?
— Я из другого мира, и совсем ничего не знаю ни про этот мир, ни про это тело.
— А хочешь?
— Конечно, мне же тут жить.
Через неделю она снова пришла и вывалила на меня огромный объём информации. Мой отец — барон Аркадий Михайлов, я барон Глеб Михайлов. Сына маленьким ребёнком украли воры, когда отец был на войне. Жена барона, моя мать, обратилась к своему сюзерену графу Жмиевскому. Этот аристократ, вместо помощи, изнасиловал одинокую женщину, говорят, она была очень красивая, и женщина с горя покончила с собой. Барон, вернувшись с войны, и узнав про всё это, убил графа и исчез, больше про него информации нет.
— Эх, мне бы бумагу, что я барон.
— Это просто.
Альтурелла посмотрела документы на столе, выбрав качественную бумагу, магией убрала с неё старый текст, написала новый документ, обработала его магией, и вот у меня в руках баронский патент. Где-то на юге, возле моря в графстве Траубе у меня даже есть баронство Михайловское.
— А как мне узнать герб барона Михайлова?
— Съезди в столицу, сходи в библиотеку мэрии, посмотри несколько гербов, в том числе и нужный.
— А зачем несколько?
 
— Возможно, что чиновники мэрии получили команду отслеживать, будет ли кто-то интересоваться этим гербом и этим баронством.
Альтурелла прожила у меня в башне несколько дней. Как-то она посмотрела, как я тренируюсь со шпагой, усмехнулась, потом наложила руки мне на голову, и я оказался в теле какого-то человека со шпагой. Он вёл бой. Теперь это я вёл бой. На меня нападали шесть разбойников, и я от них уверенно отбивался. Разбойников я быстро победил, но сразу же оказался в дуэльном круге. Тот, кто противостоял мне, не признавал никаких правил, мог песок в глаза бросить, или даже метнуть кинжал. Несколько раз он меня победил и почти убил, но на этом бой заканчивался, и я снова оказывался в дуэльном круге, но здоровый и всё начиналось с начала. Когда я вернулся в своё тело, то рухнул в кресло, сил у меня уже не было совершенно. Альтурелла тоже выглядела вымотанной.
— Глеб! Ты все эти движения повторяй, а то забудутся. А лучше найди учителя, точнее, тренера.
— На учителя много денег нужно.
— От твоего мага должно было остаться много кристаллов. Продай часть.
— Они с заклинаниями, я не умею их читать. А продавать, не зная, что продаёшь, это как-то не правильно, вдруг что-то ценное продам.
— Это тоже просто.
Опять сжала мою голову, и уставилась мне в глаза. В сознании как будто замелькали кадры ускоренной перемотки.
— Там были ещё странные кристаллы, похожие на пластинки. А ими как пользоваться?
— Покажи.
Я показал ей эти пластинки.
— Когда я пришёл в себя, они были вместе со мной на алтаре.
Но она просто забрала их у меня.
— Этому миру рано такие знания получать. Это плохо закончится.
— Хоть бы денег дала взамен.
— Наглец, я тебе мало хорошего сделала?
— Нет, не мало, но продавать кристаллы не хочется.
— Ладно. Вот тебе чек. Откроешь счёт на своё имя в банке, и переведёшь туда с этого счёта всю сумму.
Чек был на две тысячи золотых.
— А ты можешь разбить его на четыре или пять.
— Зачем?
— Так мне будет проще говорить с банковскими работниками.
— Не нужно, это счёт твоего бывшего шефа. Скажешь, что он занялся наукой и поручил всеми делами заниматься тебе.
— Альтурелла, я вот представил себе, как замаскировать то, что башня пустая. Посмотри сама в моём сознании, и подскажи, как это лучше сделать.
— Ты мне так доверяешь?
— Просто я понимаю, что ты и так всё обо мне знаешь.
— Умница, — она опять сжала мою голову и уставилась мне в глаза.
— Ну, ты и накрутил! Но я думаю, ещё и звук нужно добавить, а для реализации сделаешь несколько амулетов, теперь ты знаешь какие.
И я теперь действительно знал, как делать такие амулеты. А ещё она там увидела, что я её хочу, и мы опять занимались любовью.
— Я сегодня уйду из этого мира. Хочешь, буду иногда приходить?
— Конечно, хочу!
Ушла. А я занялся тем, что погрузился в работу с амулетами. Постепенно я понял назначение всех амулетов, что мне достались от Магистра Шиманского. Большинство из них были с мерзким содержанием: наслать какую-нибудь порчу, или болезнь, испортить продукты, или вино, и т. д. Маг был специалист по тому, как делать людям гадости. Я стёр многие из этих рун, оставил только наложение паралича, сна, и ещё оставил руны, позволяющие вызвать недержание мочевого пузыря или желудка. А потом учился вписывать руны в амулеты и вписывал те, которые я считал нужными.
И ещё я решал для себя вопрос о смысле жизни. Обычно в книгах описывается, что, если герою многое дано, то и миссия у него глобальная, как минимум — мир спасать. Вроде бы мне многое дано: у меня мощный источник и много знаний в голове, причём не тех, которые приведены в книгах мага, то есть это знания из другого мира. Если сильные мира сего заметят мои особые знания, вычислят и пустят на опыты. Поэтому получается, что, несмотря на это многое, задача заключается в том, чтобы устроится жить тихо, мирно, и изучить местную магию, дабы замаскировать мои знания. А мир спасать я не собираюсь, я эгоист. Точнее говоря, я не верю, что один человек может спасти мир.