4 месяца (ЛП)

Так что для меня это было бы странно.
Не то чтобы что-то должно было случиться. Я имею в виду… просто потому что мы поцеловались и поговорили. Это не должно было ничего значить. Правда, мне нужно было, чтобы это ничего не значило. Так было бы лучше. Для нас обоих. В долгосрочной перспективе. Неважно, как сильно мое тело хотело упасть с ним на кровать, закончить то, что мы начали.
  
— Ну, — начала я, понимая, что он смотрит на меня в ожидании ответа уже неудобно долгое время. — Мы выяснили, что я упряма и ненавижу терпеть неудачи.
— Да.
— Ну, я немного покопалась о том старшем офицере.
— Как его зовут? — спросил он, нуждаясь в фактах. Это был частный детектив в нем.
— Мерфи. В общем… Я немного покопалась, пытаясь выяснить, над чем он работал в свое время, какие дела он так и не раскрыл…
— Ты отомстишь, раскрыв дело, которое он не смог раскрыть?
— Таков план.
— Но откуда он вообще об этом узнает? Что именно ты раскрыла это дело?
Это была самая сложная часть.
Наш чудесный штат был немного занозой в заднице по поводу выдачи лицензий частного детектива. Единственным реальным препятствием для меня было то, что требовался пятилетний опыт работы в расследованиях. Что показалось мне нелепым. «Эй, ты хочешь стать врачом? Во-первых, нам нужно, чтобы вы проработали врачом пять лет, прежде чем мы сможем присвоить вам докторскую степень». Если бы я получила лицензию, мое имя было бы во всех газетах. «Частный детектив Кларк Коллингс наконец-то расправилась с турецкой мафией или что-то в этом роде».
— Я решила, что мне нужно просто все подготовить, а потом вызвать кого-нибудь, чтобы их действительно загребли. Местных полицейских или еще кого-нибудь. Мое имя все равно попадет в газеты, скорее всего. — Это было не совсем то, чего я хотела, но это было хоть что-то. Маленькое «пошел ты» ублюдку, который разрушил мою жизнь.
— Ты пытаешься стать частным детективом, — догадался он, но прозвучало это заявление довольно уверенно.
— Да, — согласилась я, кивнув, мои глаза скользнули в сторону, изучая мои руки. — Ты думаешь, это безумие?
— Что ты станешь частным детективом? — уточнил он.
— Да.
— Нет. — В этом одном слове было столько уверенности, что мне хватило уверенности поднять голову и повернуться к нему лицом. — Д умаю, у тебя хороший характер и набор навыков, чтобы быть следователем. Я встречал много таких за эти годы. Всех их объединяет упорство. Даже люди, которые — на первый взгляд — не похожие на серьезных или трудоголиков. Например, Тиг и Брок. Когда они берутся за важное дело, которое что-то значит, ты не хочешь быть человеком, на которого они пытаются найти компромат или свалить.
— Много ли ты знаешь женщин-детективов?
— А, ну, нет, — признал он, но пожал плечами. — На самом деле это ничего не меняет. Это просто говорит о том, что многие женщины не заинтересованы в этой области или не чувствуют себя квалифицированными. Нужно иметь мужество, чтобы ввязаться в это дело, никогда не зная, с чем ты можешь столкнуться. Это может быть страшно, если у тебя нет соответствующей подготовки. У тебя была целая жизнь.
Это было правдой.
Между моими занятиями боевыми искусствами и рассказами отца о его работе, я знала многое, я могла справиться с собой. По крайней мере, мне так казалось. Я не часто попадала в ситуации, когда мне нужно было это проверить — не смотря на хватких парней в барах.
— Для женщины это опаснее, чем для мужчины, — пробормотала я, озвучивая то, что, я уверена, услышала бы тысячу раз, как только моя семья и друзья узнали бы об этом моем новом бизнес-предприятии.
— Так же, как и прогулка по улице, поход в бар или первое свидание. Это отстой, но так оно и есть. Мужчины по своей сути более безопасны, чем женщины, поэтому любая работа, где ты не функционируешь в какой-то безопасной группе, да, связана с дополнительными рисками.
— Вот почему я всегда должна быть лучше.
— Именно поэтому ты всегда должна быть лучше, — согласился он, кивнув.
— Я делаю довольно дерьмовую работу в этом направлении, не так ли? — спросила я, махнув рукой в сторону окна, города в целом, того факта, что я потратила на это месяцы и чувствовала, что абсолютно ничего не добилась.
— Кларк, это мафия. Преступность была у них в крови на протяжении многих поколений. У них есть системы, не позволяющие никому узнать, что они замышляют. Это часть их работы. Твоя задача — найти брешь в их броне. Это будет нелегко. Полицейские, детективы, агенты могут всю свою карьеру пытаться уничтожить семью и потерпеть неудачу. Такова природа игры. Так что, если ты одна пытаешься выполнить работу целого полицейского подразделения, да, это будет трудно. Ты будешь терпеть неудачи какое-то время, прежде чем почувствуешь вкус успеха.
— Ты когда-нибудь имел дело с мафией?
— Не напрямую. Не пытаясь их уничтожить или что-то в этом роде. У меня было дело о нанесении побоев женщине и одному мафиози низкого уровня.
— Как ты с этим разобрался?
— Я пошел к боссу, — сказал он, пожав плечами. — Иногда единственный способ добиться закрытия дела — это делать то, что другие частные детективы не хотят делать.
— Что случилось с тем парнем?
— Да хрен его знает, но он больше не подходил к женщине.
— Я не против нетрадиционных методов получения желаемого, — признала я. Хотя женщины и подвергались большему риску, у них также были активы, которых не было у мужчин. Я была не против использовать это в своих интересах, если до этого дойдет дело.
— Приятно слышать. У меня есть идея, — сказал он, заставив меня поднять бровь.
— Что за идея?
— У меня есть преимущество. Я не сразу понял, что хочу работать частным детективом. Это просто свалилось мне на голову из-за моего брата. И к тому времени, когда мне надоело, что он мной командует, у меня уже был опыт, необходимый для получения собственной лицензии. Я мог бы… сделать это для тебя.
Потребовалось много времени, чтобы слова сформировались в моей голове, не говоря уже о том, чтобы найти путь к моим голосовым связкам и вырваться из моих губ.
— Ты позволишь мне работать на тебя?
Его взгляд метнулся в сторону, изучая небольшую царапину в краске на стене напротив нас.
— Считай, что это предоплата.
Но дело было не в этом.
Если бы это было так, он бы поддерживал зрительный контакт. Но взгляд в сторону, казалось, подразумевал, что это немного больше, чем попытка помочь кому-то, кому не повезло и кто нуждается в наставничестве, и протянуть руку помощи.
— Что ж, думаю, я могу принять твое предложение.
— Мне придется купить тебе письменный стол, — подумал он вслух, его тело слегка напряглось. Перемена. Для него было бы переменой, если бы я устроила магазин в его офисе.
— Это может быть даже один из тех, что выдвигаются из стены. Стол Мерфи или как они там называются. Мне не нужно много места.
— Мне нужно подумать об этом, — добавил он, медленно вставая. — О, есть кое-что еще.
— Не думаю, что у тебя возникнут проблемы с поиском кофейной кружки для меня, — поддразнила я, улыбаясь, когда тоже встала.
— Нет, ах… Возможно, я позволил своим друзьям и семье думать, что мы… — он запнулся, пригнув голову. И, если я не ошибаюсь, его щеки слегка порозовели.
Я даже не пыталась удержать свои губы от причудливого изгиба, понимая, на что он намекает.
— Трахаемся как кролики? — предположила я, чтобы увидеть, как он слегка замешкается.
— Это… предположил Брок. А потом ты столкнулась с Кензи и была приглашена на ужин. Тиг тоже так подумал. А потом, конечно, все дошло до Сойера…
  
— Видишь, что я имею в виду, когда говорю о лжи, выходящей из-под контроля, пока люди берут ее в руки? — сказала я, качая головой. — Все в порядке. Я подумала, что ты, возможно, хочешь, чтобы они думали так какое-то время. Пока мы, естественно, не надоедим друг другу, работая вместе, поэтому мы расстанемся, но сделаем это полюбовно. Это та история, с которой мы работаем?