Вселенная на пятерых (СИ)

— Нравится? — прозвучал чей-то знакомый голос.
В первый миг я подумала, что это часть воспоминания, где я всего лишь зритель, но девочка никак не отреагировала, продолжая играться на своем месте. Я же, обернувшись, увидела вполне материальную взрослую Астрид, сидевшую на краю стола и беспечно болтавшую босыми ногами. Одета она была в ту же рубашку, что и девочка, только своего размера, и смотрела прямо на меня.
— Что именно? — осторожно уточнила у нее.
На что Астрид легкомысленно пожала плечами.
— Не знаю. Это место, она, медвежонок… Не кажется знакомым? — спросила она, продолжая болтать ногами и с какой-то мечтательной задумчивостью смотреть на девочку, абсолютно не обращавшую на нас внимания.
— Она — это ты?
— Кто знает? Может, я… — протянула она и, резко обернувшись, посмотрела мне прямо в глаза, добавив вкрадчиво: — А может, и ты.
С минуту насладилась моим выражением лица, на котором определенно отразилось, насколько мне стало не по себе от этой фразы. И разразилась веселым искренним смехом.
— Расслабься, конечно же, это не ты! С чего бы тебе проводить время здесь? У тебя, небось, была счастливая семья: ты, мама, папа, щенок… У счастливых детей обязательно должен быть щенок! Скажи, ты была счастлива? — Легко соскочив со стола, она шагнула ко мне.
Впервые я встречалась с ней во сне. И пусть я наяву постоянно слышала ее голос, сейчас происходящее казалось мне слишком странным и нереальным. Я и хотела ее коснуться, и меньше всего желала, чтобы это произошло.
— У меня был кот… — прошептала непослушными губами, хотя вопрос определенно не требовал ответа.
— Да? — переспросила она без особого интереса. — Понятия не имею, лучше это или хуже.
И, потеряв ко мне интерес, она подошла к девочке, любовно погладила ее по волосам и с каким-то непонятным благоговением склонилась над медвежонком, которого девочка положила на кушетку.
— Что это за место? Где твоя семья? Почему ты находилась здесь? — поспешила спросить я, видя, что Астрид, казалось, забыла обо мне.
— М-м? — Словно очнувшись ото сна, она обернулась ко мне и несколько секунд рассматривала, будто видела впервые. Но вскоре на ее лице отразилось узнавание, и она расплылась в мрачной улыбке. — Я не знаю, кто это. Просто какой-то ребенок… Понятия не имею, почему она мне раньше снилась. Видишь, она совсем одна. У меня же был папа. Я это помню. Помнила…
На последней фразе ее лицо засветилось радостью, улыбка стала мягче, кардинально преобразив ее. Я же понимала теперь еще меньше. К тому же как-то упустила момент, когда девочка куда-то делась, а вместо нее на кушетке сидела Астрид и, закусив губу, ласково разглаживала искусственный мех оставшейся лежать игрушки, касалась пластмассовых выпуклых глаз…
— И где он? Может, девочка просто плод подсознания, проекция чего-то. Но ты определенно знаешь это место, оно бы не взялось из ниоткуда. Где это? — упорствовала я, осторожно подойдя ближе.
— Не знаю… Но очень хочу узнать. Ты мне поможешь? — Она уставилась на меня с непонятным выражением лица.
— Каким образом?
— Я была здесь… Просто не помню… У тебя бывало такое, Ас-сиа? Когда ты силишься что-то вспомнить, но не удается? Нечто очень и очень важное, какую-то часть себя? Испытывала чувство потери, когда оно преследует тебя годами, а ты даже не можешь понять, что именно потеряла, когда и где? — Она скривилась, будто от боли, сделавшись на какой-то миг совсем беззащитной.
— Но что-то же ты помнишь? Какую-то мелочь?
Сердце громко стучало в груди, ладони вспотели, нервы просто дрожали, натянутые до предела. Никогда я еще не видела Астрид вот так, никогда даже не слышала таких интонаций в ее голосе. И все же это сейчас все казалось до боли реальным.
Она замедленно кивнула, приложив палец к подбородку. Так же неспешно обвела взглядом комнату и улыбнулась. Жуткой полубезумной улыбкой, присущей Астрид, которую все боялись и ненавидели.
— Вспомнила! Я всегда ненавидела белый цвет! — воскликнула она радостно, продолжая улыбаться, и, заговорщицки подмигнув мне, добавила, словно сообщая какой-то секрет: — Но я это исправила. Добавила красок в свою жизнь!
 
Миг — и комната кардинально преобразилась. Все тот же искусственный свет послушно освещал интерьер, но больше не был белым. Из-за попавших на осветительные лампы алых брызг и сам свет стал приглушенным красным. А может, дело не в нем, а в том, что вся комната теперь была в ярких алых разводах. Где-то просто брызги, где-то целые лужицы, а местами широкие мазки, будто кто-то испачкал ладони и вытер их о стену, а после тащил что-то тяжелое по полу, не заботясь о том, что остаются следы. Эти же капли стекали по лицу Астрид, ее светлые волосы местами слиплись в мокрые багровые сосульки, рубашка тоже больше не была белой…
— Здорово, правда? — прошептала она мне, протягивая ладонь, полностью залитую кровью. — Пойдем, я покажу, как все здесь украсила!
И я проснулась.
  
Глава 5
 
Несколько секунд я так и лежала лицом в подушку, пытаясь понять, где нахожусь и что вообще произошло. Впервые я видела Астрид во сне. То есть обычно ее сны я и видела, но являясь их участником, не имея возможности повлиять на события, скорее пересматривая чужие воспоминания. И уж точно не вступала в диалог. Здесь же…
Я приподнялась на локтях, пытаясь окончательно вернуться в реальность и ощущая в теле общую слабость. С удивлением уставилась на алое покрывало кровати. Какого черта? У меня же в комнате черн…
Додумать мысль не успела, моментально вспомнив все, что произошло до того, как силы окончательно покинули меня и я вырубилась. И пусть энергия еще не восстановилась и на четверть, а самочувствие оставляло желать лучшего, я мигом подорвалась с кровати, испуганно оглядываясь.
Первой мыслью было, что все, Рейн исполнил то, чем угрожал, — обколол препаратами и запер в тренировочном зале. Но, несмотря на жуткую слабость, я сумела подняться и убедиться, что нахожусь в игровой, где и вырубилась, не успев даже закончить разговор с Рейном.
Будь сейчас Астрид со мной, я бы услышала о себе много нехорошего и даже не стала бы с ней спорить, полностью соглашаясь с каждым словом. Надо быть полнейшей идиоткой, чтобы вот так сразу довериться преступнику, рассказать о себе…
С другой стороны, а что еще я могла сказать? Отрицать очевидное? Он и так перечислил столько моих косяков, что стоять на своем было просто глупо. Уверить его, что Астрид нет и она больше не вернется? Ладно, я скрыла, что все еще общаюсь с ней, что она живет в моей голове. Но дальше-то что? Пусть даже для него достаточно моих слов, что ее нет и не будет, кто даст гарантии, что остальные члены экипажа поверят? И потом, ну не верю я, что невозможно избавиться от чипа, что бы там Астрид ни говорила.
При таком обилии технологий и всеобщем развитии? Смешно! Наверняка спецы есть, просто не афишируют свои способности. Причем, подозреваю, как официальные, так и неофициальные — вынуть чипы можно, недаром в галанете описано столько случаев освобождения от рабства. И все они ходят шахидами? Не думаю.
И что тогда стоит обколоть меня препаратами, ввести в кому, тем временем избавиться от чипов и уже в полной мере отомстить мне за все издевательства, которые по милости Астрид им довелось пережить? И плевать, что сейчас я — не она. Банду наемников, приговоренных за свои преступления к пожизненной каторге или смерти, в самом деле будут волновать подобные мелочи?
Я облажалась. Боги, как же я облажалась… И вместе с тем внутри билось осознание, что убить Рейна я все равно не смогла бы. Может, потому Астрид сейчас и не отвечает мне? Не видит смысла спасать ту, кого вскоре не станет?
Дверь в игровую бесшумно отворилась, заставив меня насторожиться и для устойчивости ухватиться за спинку кровати. Сила вяло шевельнулась внутри, но я и на ногах-то стояла с трудом. Понимала, что при всем желании и какие бы яркие эмоции я сейчас ни испытала, все равно призвать этот убийственный дар не смогу. Нужна энергия…