Основной закон 2 (СИ)

Вероника чуть расслабилась:
- Это хорошо.
И тут же на неё накатила идиотская волна ревности. Очередной вопросона выпалила прежде, чем успела подумать:
- А Иринку ты тоже сможешь чувствовать?
- Не знаю. Она ведь изо всех сил пытается от меня отгородиться, и у неё это, в общем, получается. Вот если наоборот, потянется ко мне, тогда почувствую. Кстати, тебе не пора?
- Пора, - грустно ответила Вероника, – а то придётся пешком до Москвы чапать. Как же не хочется! Валер, пообещай мне одну вещь.
  
- Какую же?
- Если ты однажды решишь где-нибудь всерьёз обосноваться, дай мне знать. Честное слово, я всё брошу и приеду.
- Обещаю. Если я решу высунуть голову из норы, ты узнаешь об этом первой. Всё уже, топай, а то и впрямь пешком до Москвы идти придётся.
Вероника бросила сумку на землю, крепко обняла парня, прижалась к нему всем телом. А потом приподнялась на цыпочки, взяла его лицо в ладони и крепко поцеловала. И этот поцелуй, как и в памятную новогоднюю ночь, опьянил, затуманил разум, заставил забыть обо всём на свете. Была виной тому химия, магия или что-то ещё, но поцелуй затянулся сверх всякой меры. Возможно бы, он длился и дольше, если бы совсем рядом не скрипнули тормоза.
Валерик с Вероникой оторвались друг от друга под аккомпанемент хлопнувшей дверки. С водительского места вылез участковый, но подходить почему-то не стал. Облокотился о капот, достал сигареты и не спеша принялся закуривать Тут открылась задняя дверка и на землю спрыгнула Вера. Вид у неё был самый решительный.
- Ты! – выкрикнула она в лицо Валерику. – Столько времени не звонил, даже на Новый год не соизволил! Я думала, занят, работаешь, людей лечишь. А ты тут с какой-то соской зависаешь!
И с маху залепила целителю звонкую пощёчину. Развернулась, гордо прошествовала к машине и влезла обратно на заднее сиденье, с которого только что соскочила. Правда, дверку захлопнуть ей удалось лишь со второй попытки.
Участковый, наблюдавший за этой сценой, усмехнулся и, наконец, подошел к парочке.
- Добрый вечер, Георгич. Добрый вечер, хозяюшка. Уезжаете?
- Как видите, - кивнула девушка на сумку. - До посёлка не подбросите?
- Почему нет? Подброшу. Я, собственно, по другому поводу приехал, а эту мокро… - участковый запнулся, но сумел подобрать подходящее слово, - мокроносую по дороге подобрал. Теперь, видимо, обратно повезу. В общем, тут в округе шевеления начались нехорошие. Вот как сегодня по ящику передачку очередную показали, так через пару часов и началось. Люди чужие понаехали. Опасные люди, отчаянные. Вот я и решил предупредить. А то у тебя, Георгич, даже дробовика нету. Не дай Бог, бандиты нагрянут, а тебе и отбиваться нечем. Я начальству отзвонился, доложил. Но пока они отреагируют, рак на горе свистнет. А, может, и вовсе не пошевелятся. Ты бы, Георгич, тоже уехал. Хотя бы на время, хотя бы до утра.
- Уеду, - согласился Валерик, - но попозже. А тебе за предупреждение спасибо. Не забуду, случится оказия – тоже помогу.
- Вот и хорошо, - обрадовался участковый. – Вот и замечательно.
Он пожал Валерику руку и кивнул Веронике:
- Залезай, хозяюшка, вперёд, да поедем. Дорогу совсем разбили, как раз к автобусу и доползём.
***
Анатолий Евгеньевич Трофимов снял трубку телефона. Начальнику ГБ он звонить не стал, набрал его зама. Того, что курировал охрану спецобъекта. Спросил после приветствия:
- Вы видели сегодняшнюю передачу о Меркушине? Нет? Рекомендую посмотреть. Думаю, многие заинтересованные лица в самое ближайшее время предпримут попытки добыть показанные в передаче предметы. Примите срочные меры для пресечения этих возможных попыток.
- Слушаюсь! – ответил заместитель и в свою очередь спустил приказ на уровень ниже, добавив от себя дополнительную накачку.
Когда задача опустилась на уровень исполнителей, она звучала примерно так: «Взять нападавших на отходе, изъять у них похищенные вещи. Задержанных и колдуна доставить в расположение для проведения следственных действий».
***
Наступили сумерки. Валерик, наряженный в лесной камуфляж, давно уже сидел, готовый к выходу. Собранный рюкзак стоял у ног. Еще с полчаса, и можно будет выходить. Целитель расслабился, вспоминая последний поцелуй с Вероникой. Что это было? Отчего так сорвало крышу? Почти как тогда, с Иринкой.
Сердце вновь резануло застарелой болью. Только теперь некому было приложить к пылающему лбу прохладную ладонь, некому было поделиться силой и прекратить душевную муку. И от осознания очередной потери боль стала почти невыносимой. Валерик не сдержался, застонал, и сквозь собственный стон с трудом различил стук в калитку. Рука позднего гостя была явно не слишком сильной. Налётчики наверняка стучали бы иначе, а то и вовсе обошлись бы без стука. Сообразив это, Валерик пошел открывать.
У калитки отпыхивалась тощая фигурка. Валерик удивился:
- Василий, что случилось? Да ты заходи, не стой в дверях.
Мальчик вошел во двор, и калитка тут же закрылась.
- Дядь Валера, тут люди чужие пришли. Все в масках, в черной одежде, с автоматами. Сюда идут, минут через пятнадцать будут. Я их бегом, по короткой тропке обошел. Уходить тебе надо, пока не поздно.
- Ясно, - посерьёзнел Валерик. – Спасибо, Вась, что предупредил. Я и сам собирался, но чуть позже. Как раз бы с теми повстречался.
- Дядь Валера, - снова подал голос мальчишка, - возьмите меня с собой. Я много всего умею, обузой не буду.
- А как же мамка? Неужто её бросишь? – строго спросил целитель.
- А она меня сама бросила, - с горькой обидой в голосе выпалил парнишка. Уехала к этому своему Антипу. Дома шаром кати, денег ни копейки. Всё с собой забрала. Видеть её больше не хочу!
- Ну что ж, тогда надо тебя присобрать. В такой одёжке ты в лесу долго не протянешь. Идем.
В комнате Вероники среди беспорядочно раскиданных по кровати вещей Валерик выудил еще один камуфляжный костюм. Приказал:
- Надевай. Быстро!
- Бабские тряпки? – возмутился пацан.
- Не бабские, а солдатские. Я ж тебя не в юбку наряжаю. И вот, берцы примерь. У тебя на всё две минуты. Оденешься – спускайся на кухню.
Целитель рванулся в кладовку, выгреб консервов и сухпайков ещё на три дня. Расшнуровал рюкзак, по одному вынул уложенные сверху янтарные шарики и принялся запихивать продукты. Утрамбовал, принялся возвращать обратно накопители. В спешке задел тыльной стороной ладони один из больших шаров. Тот прокатился по столу, грохнулся на пол и отскочил куда-то за шкаф. Искать его и доставать времени уже не было.
Валерик мысленно махнул рукой, смирившись с потерей, уложил остальное, сверху укрыл груз парой футболок, затянул мешок, застегнул клапан. Тут прибежал и Василий.
- Ну вот, теперь другое дело, - удовлетворенно заключил целитель. – Всё, пошли. Тянуть дальше некуда.
На улице уже почти стемнело. Беглецам посчастило: плотные тучи надёжно спрятали луну. Валерик просканировал пространство, насколько было возможно: никого. Открыл калитку, выглянул наружу, напрягая до предела зрение и слух. Либо соглядатаев с этой стороны не было вовсе, либо сидели они далеко и тихо.
Две тени прокрались вдоль забора никем не замеченные и, миновав относительно светлый фон, окончательно растворились во тьме. Ещё метров сто, и просыпающийся лес укрыл беглецов от чужого недоброго взгляда.
***
Алмаз с лёгким скрежетом вырезал в стекле отверстие, затем еще одно. Как раз, чтобы просунуть руку. Повернуть ручку недолго. Раз - и створка бесшумно открылась.
- Воха, ты на стрёме, - приказал Старший.
Названный Вохой отошел к забору, заховался в кустах и замер, а три тени одна за другой перемахнули через подоконник и скрылись в доме.
  
Сторож честно бдел: никого не было не видно и не слышно. И он даже удивиться не успел, когда пуля, выпущенная из пистолета с глушителем, разнесла ему череп на куски. Человек с пистолетом постучал по микрофону гарнитуры, докладывая о зачистке. Тень перемахнула через ворота, отперла калитку. Во двор вбежали ещё четверо. Один сразу перебежал к двери, с минуту повозился, вскрывая замок, и отошел в сторону, освобождая дорогу группе зачистки. Взломщик остался прикрывать вход, а две пары ликвидаторов осторожно вошли внутрь.