Партизан (СИ)
Глядя на проплывающий внизу пейзаж, я волей-неволей успокоился, настроился на нужный лад. И когда машина опустилась на площадку у живописных скал — смог надлежащим образом приветствовать встречающего нас одаренного. И все остальные «апасные» — тоже. К сожалению, Магистр заприметил Келя. Ну а дальше вы и сами уже знаете.
Поверхность планеты Ли Цзя
Нам тупо повезло (мне повезло!) что глава Большого клана Ли и троюродный дедушка Кунга, оказался настолько адекватным человеком. Мог ведь и по-другому поступить, без всех этих китайских церемоний. Не знаю, сам бы пернатого клоуна размотал или при помощи вызванной подмоги? Но в том, что справился бы — не сомневался. И Кель тоже.
Весь остаток церемонии принятия в клан — на редкость простой, как присяга в армии и без всякого восточного колорита — он провисел на мне молча. Просто для понимания — вообще молча. Божественный Кель. Да.
Мы прочли клятву, Магистр записал наши имена в реестр — электронный, без туши и пергамента. И отпустил. Сказал, что на сегодня у нас еще очень много дел, и хорошо бы мы все их успели сделать. А еще, что нам сегодня вечером обязательно нужно будет встретиться. После чего ушел.
— Моя мать ждёт, — тут же напомнил Кунг. Сухо, но я отчетливо услышал в его голосе скрываемое волнение. Которого не было перед встречей с главой клана.
Точно! Нам же еще нужно представиться его семье, куда он меня записал главой. Стоило об этом вспомнить, как сразу же тоже стало волнительно. На ровном месте. Шутка ли — семья! Не клан в сотни тысяч человек, большую часть которых ты за свою жизнь не увидишь ни разу, а небольшая ячейка общества. И я в ней — старший мужчина. Кто как, а я к таким вещам серьезно относился.
— Да, идем, — кивнул я.
Мы поднялись и потопали по очень неочевидным тропам через комплекс. Как сказал наш шаолинь, шагать предстояло недалеко — Кунги уже прибыли в центральную резиденцию клана и ждали лишь, когда мы закончим с магистром. Но остановиться ради одной «мелочи» все-таки пришлось.
— Обычно к таким церемониям готовятся загодя, — проворчал урожденный Кунг, пока я натягивал энергонити между ним и остальными. — Но у нас же вечно не как у людей!
— Ты сам это начал, помнишь? — посыпала солью душевные раны нашего «китайца» Анасдея.
«Проверка!» — послал я сигнал Цзану.
После небольшой паузы нить завибрировала в ответ.
«Слышу хорошо!»
«Вот и все, просто будешь мне подсказывать.»
— Моя мать не любит опозданий, — по пути решил повторно проинструктировать нас Цзан. — И сюрпризы…
— Ну один-то ты ей уже устроил, а? — хмыкнул из-за плеча Кель. — Притащил домой нового главу семьи!
— И драконов! — побратим со значением глянул на Крылатого и тот, о чудо! — моментально заткнулся.
— А против котиков она ничего не имеет? — с иронией уточнил я. И на ходу погладил Фиру. Дымчатая фиолетовая леопардиха моментально упала на спину и потребовала продолжения.
Вопрос с двойным дном. Сейчас со мной одна, а ведь на Элитее еще четыре ждут.
— Кто не любит котиков? — усмехнулся Цзан.
Пройдя через очередной изогнутый проход с выложенными мозаикой плитами, мы попали во внутренний двор небольшого поместья. В центре — небольшой пруд с карпами, у дальней стены — павильон с резным балдахином… или чайная беседка. Я не очень в этом разбираюсь, если честно.
Внутри, на помосте, скрестив ноги сидела мать нашего шаолиня. Матриарх семьи. Взгляд — острый, как у бойца, но без угрозы. Скорее — как у мастера, оценивающего стойку ученика.
Если же оторваться от глаз — стройная женщина, полностью седая, но с кожей, как у гладкого фарфора. Прямая спина. Кисти рук покоятся на коленях, как на весах. Одежда — без единой лишней складки: белый с розовым халат, поверх — зелёный пояс, расшитый волнами — цвета клана, все по канону. Очень явное указание на официальность происходящего.
Вместе с ней сидело еще две женщины — одной лет двадцать пять на вид, второй под сорок. Две девочки пяти или шести лет, наряженные, как куклы. И ни одного мужчины или мальчика. Вся семья Кунг, как я понимаю.
— «Просто повторяйте за мной! Сейчас просто повторяйте!» — предупредил Цзан сразу по всем нитям. — Это формальная часть, она короткая. Идите за мной, отставание на два шага'.
Сам вышел вперед, остановился в двух шагах от беседки, поклонился — очень низко. Мы, как умели, повторили за ним.
— Матушка.
— Сын.
Офигеть, конечно! Не, я все понимаю, церемония, но она же его не видела черти сколько уже! Сперва Цзан тусил на Элитее, потом пропал на несколько месяцев и по итогу — сын.
Стоп. Не стоит лезть со своими порядками в чужой уклад.
— Перед вами — Коррен Талани. По слову Потока, и по моему праву, как старшего мужчины в семье, я прошу признать его главой семьи Кунг.
— Пусть подойдет.
'Три поклона, — проинструктировал меня побратим. — Первый — предкам семьи, невидимым, но присутствующим. Второй — ей, как старшей. Третий — семье.
Я проделал все три и выпрямился. Прямо взглянул в глаза женщине, заметил, как они блестят. М-да, не такая уж она и фарфоровая.
Служанки — две, в той же цветовой гамме — выскользнули из тени и поднесли чашу с водой. С цветком лотоса, плавающим в центре.
«Руки помой! Чистота помыслов!»
Ясно. Помыл. Вытер поданным расшитым полотном. В руки тут же сунули еще одну чашку, совсем крохотную, то удивительно тяжелую.
«Пить?»
«Жди!»
Матриарх поднялась. Вышла из беседки, приблизилась. Остановилась в шаге, и обхватила руками мои, смыкая кольцо вокруг чашки.
— Принимая чашу — принимаешь ответственность, — негромко сказала она. — Принимаешь семью. Готов ли ты?
«Теперь пей».
Я сделал глоток.
— С этого дня, — произнесла женщина уже в полный голос, и я заметил, как поднялись на ноги все члены семьи, включая детей. — По согласию дома, воле Потока, ты — глава семьи Кунг. Береги её честь и веди младших по Пути.
— Принимая тяжесть, буду нести честь! — хорошо, что мы натренировались пользоваться нитями, пока днями гоняли партизан во временных лагерях. Вроде как нечестно пользоваться суфлером, особенно, хм, перед «невидимыми предками». Но почему-то мне кажется, они сделают — в смысле, уже сделали — мне скидку на возраст. — Слова мои будут прямы, поступки — чисты, помыслы — открыты.
Матриарх кивнула. Повела рукой и рядом возникла служанка. С поклоном протянула небольшой тканевый сверток. Развернув его, я обнаружил внутри пояс. Белый, с тонкой розово-зеленой вышивкой волн и лотоса. В центр крепилась плоская пластина нефрита с иероглифом — символом семьи.
Цзан тут же зашептал, чтобы я отдал пояс матери, что я и сделал. Женщина трижды обернула его вокруг моего пояса и отступила.
— Носи, — сказала женщина. — Пусть не будет хулы.
— Не будет, — отозвался я. И сразу поймал слом шаблона.
— Ну что, теперь знакомиться? — фарфоровая маска женщины треснула, и под ней обнаружилась очень милая улыбка. По которой почему-то бежали дорожки слез.
— Коррен, но лучше зовите Ори, — представился я, и сразу же был заключен в объятия.
— Цзан! — тут же завизжали девчонки из беседки.
Пролетели мимо нас с матриархом, чуть не сбив с ног. А вот побратиму не повезло. Два живых ядра опрокинули его на землю, принялись смеяться и что-то, перебивая друг друга, рассказывать.
Ну вот. Нормальные люди, оказывается.
«Цзан, нас хоть теперь покормят? — несколько раз дернула нить до сих пор молчавшая до поры Анасдея. Но я её услышал за счет нашей более продвинутой постоянной ментальной связи. — С утра одни церемонии!»
Глава 24
Мастер
Год 1140 от начала Экспансии
Планета Ли Цзя, материнская планета клана Ли.
Центральная зона республики Сто Миров.
Проснуться утром и понять, что ты, наконец, дома — бесценно! Немного подумать и понять, что после Фортуны, затерянной чёрте где в Диком Космосе домом ощущается вся Республика Сто Миров — немного обескураживает. Проснуться в спальне главы семьи Кунг… нет, не так. Проснуться по праву в спальне главы семьи Кунг — обескураживает очень сильно!