Сирена (СИ)
Я видел, как они подписали те самые документы. Один из мужчин заказал самое дорогое шампанское, но Сэл жестом отказалась от него, выпила просто вино.
Немного погодя она и Марк собрались уходить. Сэл специально шла из зала так, чтобы пройти рядом с нами, держа под руку приятеля. Или он новый парень? От этой мысли сердце предательски сжалось в комок.
На её лице была довольная полуулыбка. Окинув Эмму взглядом, она фыркнула и прошла мимо.
Эм всё это время молчала, не сказала ни слова по дороге. Только дома её прорвало:
— Ты из-за неё такой?- набросилась с вопросами.
— Какой?- пытаюсь сдерживать себя.
Развязываю галстук и кидаю на диван, туда же отправляется и пиджак.
Подхожу к бару, наливаю виски и залпом выпиваю. Нужно утопить, забыться.
— Весь вечер был дерганный. Ты знал, что она в Лондоне?
— Нет!- наливаю ещё и снова сразу до дна.
Эм подходит и вырывает бутылку.
— Она тебя бросила!- напоминает, резанув словами по больному.
— Я помню!- яростно рыкаю на неё.- Иди спать!
Да, я помню… Но куда деть чувства⁈
Несколько дней хожу, как неприкаянный. Мысль о том, что она где-то в городе не даёт покоя и сжигает изнутри. Я должен с ней поговорить, закрыть гештальты. Узнать — почему…
Набираю её номер, ожидая в ответ снова услышать короткие гудки. Но неожиданно пошёл вызов. Удивлен, она сняла с меня блок.
— Hello,- раздаётся её приглушённый с сексуальной хрипотцой голос.
У меня по всему телу пробегает горячая волна.
— Привет! — только могу выдавить из себя.
И молчу.
— Я тебя слушаю,- прерывает затянувшееся молчание.
— Мы можем встретиться?
— Где и когда?
— Через два часа в ресторане «Brumus». Помнишь его?- предлагаю я.
— Помню,- отвечает сухо — Через три.
И бросила трубку.
Глава 38
Приезжаю в ресторан за час до договоренного времени, а потом сижу и считаю минуты до её прихода.
Волнуюсь ужасно.
Год… Мы не виделись целый год. Какая она сейчас? Чувствует ли ещё что-нибудь ко мне? Правда, я и тогда не знал ничего о её чувствах ко мне. Она их не озвучивала.
Когда Сэл входит — у меня спирает дыхание… Я так соскучился по ней, что даже не знаю, что делать. Просто стою и смотрю, как она красиво подходит ко мне. Поправляет длинные шелковистые волосы. Я до сих пор помню их гладкость. Как прятал в них лицо, вдыхая дурманящий запах её тела. Меня тогда так крыло, словно я крэком обдолбался.
— Привет…
В горле спазм, не дающий ни говорить, ни дышать.
Красивая…
— Привет,- качает головой и замолкает.- Можно? — показывает глазами на стул.
— Да, конечно… — отодвигаю его для неё.
К нам подходит официант, принимает заказ.
Мы молча сидим и смотрим друг на друга.
Она изменилась… Стала взрослее и серьёзнее. Взгляд тяжёлый и давящий. Выглядит устало, под глазами небольшие тени. Недосыпает…
— Ты хотел поговорить?- напоминает цель нашей встречи.
— А ты нет? Я думаю, нам обоим есть, что сказать друг другу.
Сельванна покрутила чашку кофе и ничего не ответила. В глазах смятение. Ей, так же как и мне, сейчас сложно. Только мне сложно понять, а ей сказать.
— Почему?- задаю тот вопрос, который не даёт покоя целый год.- Почему так? Просто сообщение без объяснений.
— Тогда мне казалось это правильным, — не поднимая головы.
— Правильным?- усмехаюсь.- Я же от неведения чуть с ума не сошел! Это из-за моей мамы, да?
— Твоя мать здесь не причем. Мне глубоко наплевать на то, что она обо мне думает. Мне всегда наплевать на тех, кому я не нраву. Я не золотая монетка, чтобы всем нравиться,- в глазах блестит огонёк агрессии.- Просто мне было на тот момент не до тебя.
— Что?- обалдеваю от ответа.
Вот так просто? Не до тебя? Я вроде был не чужой человек. Я думал, что у нас всё серьёзно. Мечтал о семье и детях.
— Да, не до тебя… В день, когда я улетела — на меня свалилось столько всего сразу, что до сих пор разгребаю.
— Что случилось?
— Прилетев в Москву, я узнала, что мои родители разбились в автокатастрофе. Сестра в тяжёлом состоянии на операционном столе, бабушка в больнице с сердечным приступом, её накрыло сразу, как ей позвонили из полиции. Я тогда в такой прострации была, что с трудом соображала, что происходит. В одночасье жизнь перевернулась с ног на голову. А потом были суды, опека, больницы, решение проблем с бизнесом отца. Я так загналась, что не могла больше принимать адекватных решений. Я без помощи и консультаций правильных людей загубила бы всё.
— Надо было просто позвонить и объяснить мне, я бы понял…- беру её за руку и слегка поглаживаю пальцем.
— Как ты себе это представляешь?- аккуратно высвобождает руку.
Ей больше не нравится.
— Не знаю… Но не нужно было молчать…
— Рон,- шумно вздыхает.- Это мои проблемы и мне их решать. У тебя своя жизнь… Девушка, похоже, новая. У меня тоже всё налаживается. Я не собираюсь лезть в твои отношения, мешать вам строить счастливое будущее. Я просто хочу, чтобы мы остались друзьями. Без обид друг на друга… Я буду заниматься своими делами, ты своими. Не против, если мы будем иногда общаться.
— Я тоже…
— Но между нами ничего больше нет, и не будет. Каждый сам по себе,- решительно отрезает все концы.
Я почувствую, как внутри обрывается последняя ниточка надежды. Чашка разбилась вдребезги и её не склеить. Холод пробирается в душу, стягивая цепкими крючковатыми когтями моё сердце.
— Сейчас для меня на первом месте — работа,- продолжает топить мои мечты.
— Чем ты собираешься заниматься?
— Музыкой. Я подписала контракт с музыкальной компанией. Помнишь, в день нашего знакомства, мне мужчина дал визитку?
— Помню…
— Я позвонила и меня взяли. В ресторане мы как раз контракт подписывали.
— Поздравляю!- искренне рад за неё.
— Спасибо!
— И давно ты в Лондоне?
— Почти три месяца…
Я удивляюсь. Внутри расстраиваюсь. Два месяца назад я был почти свободен. Если бы нам встретиться тогда…
— А Анастасия?
— Она в Москве с бабушкой. У неё сейчас программа реабилитации. Гимнастика, физические нагрузки определённые,- отвечает с долей радости.- Штат врачей ставят её на ноги и делают здоровой.
— У вашего отца ведь крупный бизнес.
— Да, — кивает.- Свою долю я продала. Оставила только кое-что для пассивного дохода. Долей сестры будет заниматься до совершеннолетия управляющий под присмотром Антона.
— Ты теперь завидная невеста,- шучу.
Она слегка смеётся.
— Надеюсь, женихи толпами не повалят… Ты извини, но мне идти надо. У меня встреча…
На прощание Сэл пишет на салфетке номер телефона:
— Это мой новый английский номер. С российским придется расстаться, тебе повезло, что ты дозвонился, я собиралась его заблокировать.
Бумажку аккуратно кладу в карман. В машине забиваю его в смартфон.
Не таким я представлял себе наш разговор, не думал, что смогу так легко её простить. Однако смог… И в душе мечтаю всё вернуть, но поздно. Она ко мне не испытывает уже ничего… Про Марка я спросить не решился, вряд ли там что-то есть, вскользь упомянула, что их семья помогает.
Чёрт!
Как же хочется догнать, сказать, что люблю и никуда не отпускать. Послать всё нахер и остаться с ней наедине.
Поздно… Мы уже теперь никто… У неё новые мечты и стремления. Меня в них нет. Я просто прошлое, которое она перечеркнула одним сообщением.
Глава 39
— А у вас все сотрудники, как с обложки журнала GQ?- обращаюсь к Аве, секретарше Коллингвуда, разглядывая из-за стекла офисного кабинета-аквариума своего менеджера.
Она хихикает в кулачок:
— Увы, такой только Миша Фалькон. Ну и ещё пара-тройка. Но вы же просили со знанием русского языка. Он единственный свободный. У нас таких сотрудников оказалось три, остальные вам не подойдут, у них другие должности. Миша — специалист по пиар и рекламе. Плюс юрист.