100 оттенков ванили (СИ)
— Чую, — напряглась я.
— В общем, мы с Палычем посовещались… Что касается Дивы, то поступаем так: журнал и холдинг приносит официальные извинения, мол, ошиблись, каемся, всё ложь и провокация, доверились непроверенному источнику недобропорядочной Дивы. И сообщаем, что «Дива на Мальдивах» уволена. Колонка закрывается, блог твой убиваем… Да не смотри так — архив весь будет сохранен, — отмахнулся Влад, поймав мой возмущенный взгляд. — И пойдет после этого Палыч мириться с Бельским. Глядишь, пару раз водки вместе попьют — отпустит этого Бельского, и про кровную месть Диве забудет. Постарается Палыч его убедить, что не комильфо это — с девкой воевать, а иначе — привлечет повторное внимание к скандалу. Выждем пару-тройку месяцев и потихоньку вернем и колонку, и блог, и Диву. Поработаешь еще полгодика на лайте, а потом вернемся к прежнему формату.
— Насчет Дивы — ясно, — нахмурилась я. Не нравится мне такой вариант, но что поделать? Влад тоже рейтингами за будь здоров рисковать не станет: если согласился на такой шаг — значит, других вариантов нет. — Что со мной?
— Человечек мой сейчас сидит — все данные проверяет и подчищает, чтобы ни по какому следу Диву с тобой связать не смогли. Но пока этот хмырь не выкипел, я хочу перестраховаться, — произнес Влад и внимательно на меня посмотрел. — Благо, у тебя официальный отпуск на носу по графику, поэтому сейчас ты выйдешь и скажешь нашим коллегам, что не была на планерке по уважительной причине — встречалась с модным дизайнером Васей Куницыным с моего разрешения. Он планирует бутик открывать в Милане — ты поедешь с ним.
— Я, правда, с ним поеду? — уточнила я, заинтересовавшись поворотом событий.
— Правда, — кивнул Влад. — Это тебе вместо премиальных, — невесело хмыкнул он. — А оттуда — вали прямиком в отпуск. В небольшой курортный городок на берегу Балтийского моря. Там у меня своя хата есть, если помнишь. Хату по моему имени не отследить — так что, безопасно. Ну и потом, недели через две, я сообщу на планерке, что ты прислала заявление на увольнение. Типа, мужика там встретила, любовь-морковь, решила с ним остаться. Мы тебя уволим. А когда придет время, вернешься назад. Мол, с мужиком не сложилось, то-се, возьмите дуру назад на работу — я так уж и быть возьму, — и он фыркнул от смеха.
— Очень смешно, — недовольно поморщилась я. Легенда не по мне — ради мужика я точно работу не брошу, да и вообще палец о палец не ударю, но вполне вписывается в образ журналисточки Милы Варшавской.
— Знаю, Милка, что не смешно, — вздохнул Влад, и тут вдруг стало заметно, как сильно он устал за эти сутки — лицо вдруг разом осунулось. — Но Бельский пока не угомонится, будет рыть землю носом, кто ты, что ты. И всех сотрудников холдинга точно проверит. Мне надо как-то очень натурально и не вызывая подозрений увести тебя из-под удара.
— Переживаешь за меня? — хмыкнула я.
— Защищаю свои активы, — отбил он с усмешкой.
— Влад, а где гарантии? Что блог и колонку вернут? Что это сейчас… не конец Диве? — помолчав, обдумывая ситуацию, спросила я.
— Гарантий нет, — спокойно ответил Влад. — Кроме моего слова.
— И я должна поверить твоему слову? На кону моя карьера вообще-то, — усмехнулась я скептически.
— И моя тоже, Мила, — тихо произнес Влад. — Если тебя это успокоит… Без такого актива, как ты, в анамнезе, Палыч мне быстро замену найдет. Я реально облажался на этот раз. Мой единственный шанс удержаться на посту главного редактора — это как можно быстрее вернуть Диву на страницы журнала. Так что… Доверяешь мне?
Я сидела и задумчиво смотрела на Влада, перебирая все наши шесть лет сотрудничества. И шесть лет тесного общения. Перебрала. И спокойно ответила:
— Нет.
#вотэтоповорот
#ВладАртемьевтоп
#Диваживи
***— Аха-ха-ха! Моя девочка! — громко расхохотался Влад и прижал меня к себе, стиснув за плечи. — Правильно, не доверяй, — отсмеявшись, произнес он уже серьезно. — Никому доверять нельзя. Сейчас просто запомни — мне такой расклад еще более невыгоден, чем тебе. И… Финансово я тебе компенсирую простой в работе, раз уж он по моей вине вышел.
— Вот сейчас дело говоришь, — хмыкнула я. Все эти благородные рассуждения о защите активов, конечно, хороши и сладкой патокой по ушам стекают, но посмотрим правде в глаза: сейчас Влад не меня, а себя подстраховывает. И что бы он ни говорил — по-прежнему остается при своей должности. Как будто я так легко поверю в то, что Палыч снимет Влада с поста главного редактора. Если Дива — это рейтинги, то Артемьев — лицо журнала. И лицо весьма узнаваемое. Так что, это я рискую и сильно. — Сколько?
Влад наклонился к моему уху и шепнул цифру. Я в ответ скептически поморщилась и покачала головой. Нет, не пойдет. Мало. Артемьев пожевал губу — ага, неохота денежки из своего кармана доставать, да? Но торговаться я умею, поэтому в итоге увидела на листочке ту сумму, которая меня устроила. И протянула руку для пожатия, принимая условия сделки.
— Вымогательница, — пробурчал Влад, явно не рассчитывавший, что «страховка активов» обойдется ему так дорого.
— Не обеднеешь, — отмахнулась я, прекрасно представляя его финансовые возможности. Он на одни костюмы тратит деньги, которых хватило бы на годовой бюджет какой-нибудь маленькой страны.
— Ладно. Иди в редакцию, пообщайся с коллегами — новую легенду надо поддержать, — бросил Влад, вставая с дивана и направляясь к рабочему столу — типа дал понять, что аудиенция закончена.
— Чувствую себя Штирлицем, — пробормотала я, но без особого веселья в голосе — меня догнало осознанием произошедшего. Что я сейчас могу выйти из этого кабинета, из этого здания и больше сюда не вернуться. А работа здесь была так-то важной и неотъемлемой частью моей жизни. Не то чтобы я без нее пропаду… Я-то сама у себя осталась, но если что пойдет не так, мне реально придется начинать с нуля.
— Милка, — Влад остановил меня на выходе. — Может, выберемся вечером в наш любимый клуб? Посидим, выпьем?
— Теперь это так называется? — хмыкнула я — он в ответ многозначительно подвигал бровями. Наши с Владом «посиделки» в любимом клубе обычно относятся к категории «Трэш и угар — я люблю развлекаться». Странно, что нас с ним до сих пор еще туда пускают, но, видимо, мы там за один заход недельную кассу делаем. — Почему нет? — пожала я плечами. Если так подумать, то не увидимся мы как минимум несколько месяцев, и, наверное, я буду скучать. Наверное. Это не точно. Но выпустить пары однозначно не помешает.
— Тогда в десять. Наш столик на втором этаже, — улыбнулся Влад и махнул рукой, мол, а теперь давай, иди.
Вечер в клубе перестал быть томным сразу, как только я увидела ровненькую линию шотов на столе. За которым уже сидел Влад, вальяжно развалившись на кожаном диванчике, и дымил кальяном. С этого места открывался отличный обзор на танцпол и барную стойку — стратегически важный обзор, как любит уточнять Влад. Можно пить, расслабляться и следить за гламурными девицами, со вкусом выискивая очередную подругу на ночь. Мое наличие рядом Влада ничуть не смущало — меня, к слову, тоже: я точно так же высматривала красавчиков, достойных моей компании. Да-да, скромность вообще не относится к категории моих недостатков. И вы не ослышались: я считаю скромность недостатком.
Мы выбирались сюда отдыхать, а не блюсти целибат и моральный облик. И в этом плане Влад — идеальный партнер: с ним весело, ненапряжно, на него приятно смотреть и можно поговорить на любые темы.
— Ну, давай, Милка, жги! — бросил Влад, когда после новой порции шотов я встала с диванчика, потянулась и обвела хищным взглядом танцпол — мамочка собирается немножко потрясти костями.
Я люблю танцевать — под гулкие биты и дразнящую пульсацией ритма музыку мозг отключается, и все проблемы уходят. Тело становится легким, в крови разливается адреналин пузырьками шампанского — и в этом мгновении «здесь и сейчас» есть только ты и музыка. И больше ничего — замечательное чувство.