Кровь Василиска. Книга XIII (СИ)

А ведь в ее словах есть логика, — подумал я.
При этом, я понимал, что вождь Снежных ходоков еще успел сразиться и с другим Богом на Пике Судеб, причем, если верить словам Иных, тот с кем сражался Северный ветер, управлял судьбой и мог предвидеть будущее того, кто приходил к нему.
Если, конечно, ему бы понравился дар, который преподнесли Ра’Аша, и при этом, никто не знал, что нравится этому Богу.
  
Уверен, что за все время существования Пика Судеб, никто так и не «удостоился» предсказания.
— Возможно, ты и права, — ответил я Принявшей разложение и пожал плечами. — Но, что он будет с ним делать? — спросил я шаманку.
— Съест, — спокойно ответила она. — Уверена, у цветка очень сильное магическое нутро, — добавила дочь вождя, явно имея в виду магическое ядро цветка.
— Я так понимаю, это еще больше его усилит? — предположил я.
— Да, — скромно кивнула шаманка. — В «Дарующем жизнь» заключена очень сильная магия жизни. Думаю, благодаря тому, что вождь Снежных ходоков поглотит нутро цветка, его способности к регенерации возрастут еще больше, — добавила она и я тяжело вздохнул.
Не нужно было слушать Избранника Угла, и просто взять и срезать цветок самому.
Что же касается последствий…
Разобрался бы с ними потом.
— Значит, одной проблемой больше, — я тяжело вздохнул, а затем постучал трубкой о край корабельного борта, дабы освободить ее от выкуренного табака.
— Верно, — спокойно кивнула Принявшая разложение. — Но я верю в то, что ты победишь, — вдруг, сказала мой жена, после чего снова поцеловала меня в щеку, а затем приняла вертикальное положение. — А еще я верю в то, что ты все изменишь, — добавила она, смотря мне в глаза.
Странно, но от ее слов внутри стало тепло.
— Спасибо, — поблагодарил я дочь вождя.
— Идем, — Иная протянула мне руку. — Тебе нужно отдохнуть перед завтрашним боем, — произнесла шаманка, но я покачал головой.
— Я останусь, — ответил я жене. — Есть одно важное дело, которое мне нужно сделать перед завтрашней битвой, — произнес я и Принявшая разложение не стала спорить.
— Хорошо, тогда не буду мешать, — ответила Иная, и попрощавшись со мной, направилась в сторону нашего шатра.
Несколько секунд я провожал ее взглядом, а затем опустил руку в магическую сумку и вынул из нее два небольших стеклянных пузырька, которые спокойно уместились на моей ладони.
В первом из них был гриб, который я сорвал с макушки Суал’Нэаша — огромного гриба монстра, которого Иные племени Детей Угла считали полуБогом.
Во втором мирно покоился куколка или эмбрион, который я нашел в теле того Суал’Нэаша, когда убил его.
— Интересно, — буркнул я себе под нос, смотря на вторую склянку в которой была то ли куколка, то ли личинка какого-то насекомого.
Хотя, я мог и ошибаться и это был какой-то зародыш, например гриба.
Все же, нашел-то я эту штуку внутри Суал’Нэаша, который сам был ожившим грибом…
В любом случае, будь то куколка, личинка, эмбрион или вообще, непонятно что, магический фон «это» сохранило, причем с момента, как я достал «это» из полуБога, слабее он не стал.
А вот с грибом все было несколько иначе.
Я откупорил крышку пузырька и вытряхнул его на ладонь.
Жжется! — стоило грибу коснуться кожи, как по ней сразу же пошло раздражение и ее начало жечь.
Пришлось сразу же воспользоваться магическим доспехом.
Боль и жжение сразу же прошли, но красные пятна раздражения никуда не делись.
Ладно, с этим разберусь потом, — подумал я, убирая пузырек с куколкой обратно в магическую сумку и переключая все свое внимание на гриб у себя на ладони.
Вопрос передо мной стоял довольно простой — что именно мне с ним делать.
Несмотря на то, что он утратил часть своей магической силы, грибок все еще обладал огромным запасом маны и судя по всему, являлся одним из магических сердец Суал’Нэаша у которого их было аж две штуки.
Причем, самое обидное заключалось в том, что одно из них сразу же пришло в негодность после смерти полуБога — из него, буквально за пару десятков секунд, вышла вся мана, а магическое ядро без маны — просто мусор.
С другим все было немного по-другому.
Несмотря на то, что второе магическое сердце находилось внутри тела Суал’Нэаша, от него вел наружу отдельный магический канал, который, как раз, соединялся с грибом, который был у меня на руке.
При этом, второе магическое сердце не рассеяло всю заключенную в него ману, а «перекачало» его в этот самый гриб.
Возможно даже, оставь мы тело полуБога лежать там, где я его убил, этот самый гриб, мог стать «наследником», ну или «потомком» Суал’Нэаша и вырасти в нового гриба-монстра.
Вот только я не собирался этого допустить.
Плюс, это была всего лишь теория.
И вот теперь передо мной стоял вопрос — есть этот гриб, или нет.
Я уже отказался от мысли, что это может быть каким-то каннибализмом с моей стороны, так как во-первых, я не был представителем расы Иных.
Во-вторых эта тварь, сама по себе, тоже не являлась коренным жителем Проклятых земель, да и вообще была грибом.
С другой стороны я также понимал, что есть обычного Иного, я бы точно не стал.
Опять же, в первый раз я не стал есть этот гриб, по той простой причине, что побоялся, что мое тело может просто не выдержать концентрации яда, которая была в теле Суал’Нэаша.
Сейчас же, после укуса магической многоножки Избранника Угла я стал гораздо сильнее и был уверен, что мне это было по-плечу.
— Да уж, — я тяжело вздохнул, смотря на небольшой гриб на ладони.
Если верить Принявшей разложение, то скоро, или вообще прямо сейчас Северный ветер должен срезать цветок и стать еще сильнее. Уверен, что его регенеративные способности и так были на высоком уровне, а после того, как вождь Снежных ходоков поглотит магическое ядро «Дарующего жизнь», они выйдут на совершенно другой уровень.
При этом, друид не боялся последствий, а значит и я не буду! — твердо решил я, а затем просто взял гриб за ножку и закинул его в рот.
И первое, что я испытал, была невероятная боль. Казалось, что я просто съел ложку раскаленного металла или выпил кружку кислоты.
И это было неудивительно, учитывая какими были последствия от прикосновения магического гриба к коже на ладони.
Но я не сдался. Сжав кулаки и мыча от боли, я продолжал жевать магический гриб, при этом, практически теряя сознание, причем не только от невыносимой боли, а и от яда, который содержался внутри «трофея» Суал’Нэаша.
А яд там был, к слову, что надо!
«Забористей» его был, разве что, яд Венолинга, и-то не факт.
Хотя, боль от пережевывания гриба, все же, была сильнее, так как с ядовитой частью, быстро начало справляться мое магическое ядро.
Не прошло и минуты, как моя обновленная система энергетических каналов, подавила отраву и полностью поглотила яд гриба Суал’Нэаша, а вот боль никуда не делась.
Не исчезла она, даже когда я выплюнул гриб, после чего потянулся к магической фляжке и начал жадно пить из нее воду из источника где рос Дарующий жизнь.
Поглотив всю отраву из «трофея» Суал’Нэаша, надобность в грибе полностью отпала, и хвала Богам, мне не обязательно было продолжать жевать его дальше и уж тем более проглатывать.
Нужно будить Де’Аламика! — сразу же понял я, когда меня вырвало кровью, а сознание медленно начало затухать от боли.
Шатаясь, я поплелся к шатру, где ночевали мои друзья, вот только путь, который раньше занял бы у меня не больше минуты, в итоге растянулся на вечность.
Меня рвало кровью, практически на каждом шагу, и лишь только огромная сила воли не позволяла мне, вообще, отключиться.
  
— Люк! — к моему счастью меня заметили раньше, чем я добрался до шатра друзей.
Это был Франсуа, которого я узнал исключительно по голосу, так как зрение меня сейчас подводило и я все видел, будто бы через очень мутную призму.
— Позови Анри, — попросил я Карателя, когда он оказался рядом со мной.