Кровь Василиска. Книга XIII (СИ)

— Оставайся здесь и стереги цветок, я же, как можно быстрее, добегу до лагеря и посоветуюсь с Избранником Угла. Он гораздо опытнее в делах, касающихся магических растений, — добавил я, зная, что без Жумельяка я доберусь до нашего лагеря быстрее.
— Хм-м, ладно, — кивнул маг воздуха.
— Но! — я специально акцентировал на этих словах внимание. — Если вдруг ты узнаешь, что войска противника рядом, до улетай немедленно, это понятно⁈ — предупредил я друга.
  
— Я запущу Дозорного, — ответил Жозе.
— Славно, тогда жди! — я хлопнул друга по плечу.
— Увидимся! — ответил друг и зачерпнул из озера еще горсть воды, которую сразу же выпил.
— Тогда до скорого! — произнес я, и не жалея маны, насытил свои мышцы магической энергией, после чего сразу же рванул в сторону лагеря.
Надеюсь, пока меня не будет с Жумельяком ничего не случится…
  
Глава 17
 
Я устало вздохнул, когда я наконец добрался до нашего лагеря на пляже Моря Древних.
Признаться честно, последняя часть пути далась мне очень нелегко. Даже несмотря на то, что магической энергии у меня все еще было в достатке, тело начало уставать от постоянной подпитки маной и гипертонуса.
Остановившись, я поморщился.
Мышцы болели и ныли, но мне оставался последний рывок, поэтому я перейдя на шаг, я направился по горячему песку в сторону импровизированного «командного поста».
И не успел я к нему подойти, как увидел трио вождей выходящих из странного строения, которое сочетало в себе, как деревянные элементы — различные части кораблей, так и «архитектуру» Иных, которые в основном, жили в шатрах, сделанных из кожи.
— О, ты вернулся, — удивленно произнес Громоящер,таким тоном, будто не надеялся меня больше увидеть.
Ну уж нет. Такого удовольствия я вождю Хозяев степей и его подпевале, точно, не доставлю.
И, как это было и раньше, единственным кто был рад меня видеть, был Избранник Угла. Он был единственный, кто мне улыбался и встречал меня с приветливым лицом.
— Вернулся, — спокойно ответил я, после чего посмотрел на отца Принявшей разложение. — У меня к тебе срочный разговор, — добавил я. — Отойдем, — я кивнул друиду в сторону.
— А к нам у тебя никаких разговоров нет? — скрестив руки на груди, спросил Громоящер, и с недовольным взглядом уставился на меня.
— Есть, но это может подождать, — спокойно ответил я шаману. — Если вкратце, то я отравил большую часть еды НЕсущих слово, убил одного из избранных Богом зверей воина из племени Снежных ходоков, а также узнал, что Смотрящий во тьму наш союзник и он хочет убить Северного ветра, — добавил я, не без удовольствия наблюдая за тем, как сразу все три вождя меняются в лице. — А теперь идем, дело и правда срочное, — сказав это, я пошел в противоположную от «командного пункта» сторону и друид последовал за мной.
Когда мы отошли подальше, я протянул Избраннику Угла флягу.
— Попробуй, — сказал я вождю болотного племени.
— Что это? — спросил мой собеседник, но откупорил крышку и принюхался.
— Вода из одного источника, дай, — я взял у него фляжку обратно, а затем достал из магической сумки кружку.
Не сказать, что я был очень брезгливым человеком, но отец моей жены, был совершенно другим случаем и я просто, побоялся, что часть того, что стекает по его лицу, попадет в магическую воду, и она придет в негодность.
Я налил содержимое фляжки в кружку и протянул ее вождю.
— Попробуй, — снова предложил я Иному продегустировать воду из найденного мною источника с изумрудной маной.
— Хм-м, ладно, — кивнул Избранник Угла и сделал несколько глотков.
Его лицо сразу же изменилось.
— Почувствовал? — спросил я отца Принявшей разложение.
— Да, — удивленно ответил друид. — Тут очень много маны жизни, — добавил он. — Откуда эта вода? — спросил вождь болотного племени.
Я рассказал ему про поляну, озеро и цветок, который в нем рос.
— Опиши его! — взволнованно произнес друид и я подробно описал его вождю болотного племени.
— Это «Дарующий жизнь», — озадаченно произнес Избранник Угла.
— И какие у него свойства? — поинтересовался я у Иного.
— Неизвестно, — покачал головой собеседник. — «Дарующие жизнь» растут только из слез Великой Матери. Трогать эти цветы нельзя! — произнес отец Принявшей разложение и в моей душе сразу же зародилось очень странное и тревожное чувство.
Я выругался.
— А что будет, если срезать этот цветок? — прямо спросил я.
— Беда, — серьезным тоном, ответил Избранник Угла. — Трогать эти цветы ужасное богохульство! — добавил вождь болотного племени. — А что? Только не говори, что ты…
— Нет, — покачал я головой. — Но я оставил дожидаться нас своего очень любопытного друга, — честно ответил я собеседнику.
— И⁈ Он, что может…
— Именно, — ответил я Иному.
— Тогда, надо спешить! — резко ответил мне друид. — Ты со мной?
— Нет, — устало ответил я. — Мне нужен отдых, — честно признался я отцу моей жены.
— Хорошо, тогда я сам за ним съезжу! — кивнул Избранник Угла. — Он понимает наш язык?
— Понимает, но не так хорошо, как я, поэтому я отправлю ему с тобой послание, — сказал я друиду и он кивнул. — Запрягай пока свою ящерицу, а я займусь письмом, — добавил я и Иной ушел.
Я же достал лист бумаги и письменные принадлежности и начал писать Жумельяку послание.
Только бы он он не успел ничего сделать…
* * *
Земли Пика судеб.
Настроение, когда Северный ветер спустился с Пика Судеб, у него было, просто, ужасное.
— Вождь! — не успел он вернуться в лагерь, как к нему сразу же подбежал один из его племени, и судя по испуганному выражению его лица, новости ему несли плохие.
— Говори, — произнес вождь Снежных ходоков и его воин вздрогнул.
Неужели, в моем племени одни трусы, — подумал друид и его лицо скривилось в гримасе отвращения.
Слабость и трусость Северный ветер, презирал больше всего.
— Клык срывающий плоть мертв, — испуганным голосом произнес воин его племени, который хотел сейчас быть где угодно, только не рядом со своим вождем?
— Что ты сказал? — Иной посмотрел в глаза своему собеседнику.
— Клык срывающий плоть…Он мертв, — повторил ему соплеменник и Северный ветер чуть было не потерял контроль и не обратился зверем.
— ГДЕ⁈ ПОКАЗЫВАЙ! — рявкнул он на своего соплеменника и тот закивал головой так быстро, что казалось, она у него оторвется.
Он засеменил куда-то в сторону из лагеря, и вождь Снежных ходоков последовал за ним.
Вскоре они миновали защитный купол, а затем углубились в лес и в нос оборотня сразу же ударил острый и зловонный запах гнили, который перебивал все остальные запахи, настолько он был тяжелым.
Идти пришлось не долго.
— Вождь, — трое Иных, все из которых были избранными Бога покровителя племени Снежных ходоков — Урс’Фангом, припали на одно колено и склонили головы.
Вся троица стояла возле небольшой лужи, которая выжгла всю траву под собой и еще в метре вокруг, и судя по всему уже начала впитываться в землю, отравляя и ее.
А еще, Северный ветер сразу же заметил медальной в виде большого черного клыка, который плавал в остатках вонючей жидкости, которая не успела впитаться в землю. Такой амулет был у всех избранных Урс’Фангом и именно по нему можно было понять, кто находится перед ним, ведь по-другому установить, кто был этой лужей было просто невозможно.
Северный ветер тяжело вздохнул, а затем подошел поближе к тому, что осталось от его верного воина и опустив руку в жижу, достал из нее амулет.
Когда он вытащил ладонь, яд, из которого состояла лужа, съел всю его плоть до костей.
  
— Какой сильный яд, — произнес Северный ветер, смотря на кости своей руки, которые начали медленно покрываться плотью.
— Вождь, мы пытались выследить того, кто это сделал, но запах этого…
— Это был ваш брат! — рявкнул друид на говорившего и на небольшой полянке, рядом со зловонной жижей повисла гробовая тишина.