Я не люблю убивать. Часть 2 (СИ)

Способности отца передались Ульяне в гипертрофированном виде. Она с раннего детства была гигантским источником энергии, но изучение магии проходило с огромным трудом. Все умения и заклинания доставались ей холодным, солёным потом. Но после восемнадцати лет девушку словно подменили. Её талант вырвался на свободу и заклинания, которые ещё вчера были для неё недоступны, сегодня уже выстреливали, словно таблица умножения из академика.
Светослав гордился, что воспитал такую умную колдунью, а Ульяна ценила сильного мага, считая его отцом.
Сразу по окончании Отечественной войны молоденькая Ульяна, под впечатлением от Великой победы, задумала создать московскую контору, которая бы сражалась с вампирами и упреждала зарвавшихся охотников. В те годы нежить свирепствовала, убивая людей по всей стране. В Москве, как и во всей России, творилось настоящее безумие. Вампирскую вольницу крушили и выжигали охотники, которые часто сами переходили грань разумного боя. Потому Ульяна и решила создать контору наблюдения, чтобы контролировать и тех, и других.
Она увлекла своими идеями многих магов. Затем в конторе появились и люди, которые умели хранить тайну и плечом к плечу сражались против вампиров.
Прошли годы. Московская контора окрепла, набралась сил, авторитета. В её рядах были и военные, и полицейские, и десятки приличных магов. Но Светослав так и не присоединился к идеям своей воспитанницы. Выше всего он ценил свободу. А его дочка, как он называл её иногда, пусть развлекается и, конечно, растёт как волшебник. Ведь делом она занята благородным и цели у неё великие. Не каждый возьмёт на себя обязанность защищать человека. Эта миссия почётная, но и опасная, как и сама жизнь сильного мага.
— Эдуард, что у нас с Вершинским? — спросила Ульяна.
Она просматривала листы с распечатанными докладами. Эдуард точно знал, что это отчёты конторских людей, которым посчастливилось работать с Григорием.
— Вершинский работает, как умеет. Его экстравагантные методы известны нам не вчера, — ответил Эдуард.
Ульяне была уже почти сотня лет. Но выглядела она молодо. Лет двадцать пять, не больше.
Лицо у неё было красивое. Тело ладное. Она всегда носила строгие пиджаки и юбку по колено, подчёркивая свои стройные ноги и небольшую, но соблазнительную грудь. Русые волосы всегда собирала в хвостик. Она красила лицо не вызывающе, но со вкусом.
— Когда работает Вершинский, то вся Москва и область завалены трупами, — строго говорила Ульяна. — Я не виню тебя, Эдуард, и понимаю, что Вершинский не с комарами сражается, но всё-таки ему следует быть осмотрительней. Вот, например, отчёт от следователя Андрея Соловьёва — по делу убийства охотника Бенце Вайда.
— А причём здесь Вершинский? — удивлялся и заступался Эдуард. — Как он мог повлиять на смерть прислужников из отделения переливания крови и самого Бенце Вайда?
— Сейчас мы прочитаем, — кивнула Ульяна; она взяла в руки лист и побежала по строкам глазами: — Вот что пишет следователь Соловьёв: «После романтической встречи с Григорием Вершинским была убита вампиром Наталья Глотова, медсестра из пункта переливания крови… А вот ещё: «Нарушив инструкцию, не выставив оцепление, я по приказу охотника Вершинского сопровождал его на территории бывшего кирпичного завода». Следующее: «Видеосъёмка проводилась с нарушением регламента, без свидетелей…»
Ульяна убрала листок и с сожалением посмотрела на Эдуарда:
— Мало? Но я всё понимаю, и я не формалист. Понимаю, что нельзя соблюсти все правила. Это попросту невозможно. Но посмотрите, сколько у него нарушений. Следователь Соловьёв сообщил только о десятке грубых отклонений от кодекса охотника, который мы писали все вместе. А ведь ещё есть отчёты и от других сотрудников. Вот посмотрите, что он натворил в квартире на «Тверской»…
Елена повернула экран своего телефона и показала снимки всем магам.
Всё дело в том, что Эдуард так и не сделал отчёт о совместной работе с охотником Вершинским. Он не рассказал об оруженосце, о том, что Игоря Праскурина инициировали в вампиры. Он также не составил отчёт о бое, который произошёл с тёмным охотником Валентином. Его роль в том сражении была скромна. Держать «оковами» Драгуша лишь пустяк, для того мага, как Эдуард.
 
— И ещё… я с прискорбием сообщаю вам, господа высшие маги, что убийство в Клину так и не раскрыто Вершинским. Больше восьмидесяти человек погибло, а охотник так и не нашёл банду вампиров, — продолжила Ульяна.
Ещё в марте этого года произошло массовое иссушение. В пригороде города Клин в помещении бывшего промышленного предприятия, которое давно закрыто, обнаружили цех пошива одежды. Оборудование осталось не тронутым, но цех был завален трупами мигрантов из Средней Азии. Ровно восемьдесят высушенных тел и пустота. Охотник Вершинский так и не вышел на след убийц. Московской конторе брошен нежитью вызов — и никакого результата.
Пятеро магов за столом не винили Вершинского, хотя знали, что он неисправимый бабник и пьяница. Но работа у охотника сложная, специфическая — у любого нервы сдадут. И все маги, включая Ульяну — были прекрасно осведомлены, что произошло с Игорем Праскуриным, и почему Григорий не смог найти убийц в городе Клин. Все знали, что у охотника своя тактика поиска, что он один, а преступников тысячи. Но никто из сидящих за столом не ведал о плане Вершинского, отправить оруженосца в безлюдие.
А Эдуард выжидал. Он не горел желанием выдавать секреты своего друга, поскольку сам подозревал Ульяну в измене. Под подозрением были все, а Ульяна — по паспорту Катерина Крапивина — первая в списке.
И неизвестно, кто устроил кровавую баню в том же Клину. Возможно, кто-то из высших волшебников покрывает вампиров и готовит мир к большой войне, желая уничтожить московские кланы и тех, кто их контролирует.
  
Глава 10
 
Глава 10. Если мертвец потеет и способен любить, значит, он ещё жив
Игоря Праскурина поселили в отдельной комнате в доме во внутреннем дворе замка. В комнате была только необходимая мебель. Стоял стол, кровать, лежал набитым соломой матрас, висели оленьи рога, как вешалка у входа, кособочилась тумба для хранения личных вещей, а ещё было окно, в которое ни за что не пролезть толстым пузом.
Деймон заверил Игоря, что до утра его никто не потревожит. Теперь можно смело набираться сил и переосмысливать свежие впечатления. А удивляться было чему.
Игорь сегодня впервые увидел настоящего орка. Орк был огромен и суров взглядом. И пусть под зелёной кожей скрывался его шеф, но всё равно жутко интересно узнать, как оно всё устроено в безлюдие.
А скольких вампиров он встретил на площади? Кровососы вели себе спокойно и даже вдумчиво. Вампиры торговались с купцами, смеялись, огорчались и были совершенно естественными в этом сказочном мире. Опыт общения с нежитью, хотя Игорь с недавних пор сам стал ходячим мертвецом, будил невероятные фантазии.
Ещё один немаловажный факт: он совсем не заметил красивых вампирш. Возможно, всех привлекательных особ прятали под замком, ближе к детишкам, к печи и кровавым закруткам в банках, но зато Игорь в полной мере оценил набор достоинств незабвенной Дарси. Новая подруга, оставшаяся в Домодедово, была куда лучше любой из вампирш в этом замке и в его окрестностях.
Переход в безлюдие Игорю уже не казался чем-то уникальным. Он быстро привыкал к туманным порталам и заклинаниям, открывающим туннели между мирами. А вот если любого из посадских вампиров отвезти в аэропорт или прокатить на машине по ночной Москве, или спустить под землю и показать метро, то у этих волшебных существ отвалится клыкастая челюсть и будет валяться под ногами, вечно куда-то спешащих москвичей.
Игорь утонул лицом в подушке. Его одолевал сон. Сейчас бы пропустить соточку и на боковую. Но шеф запретил употреблять алкоголь. Хотя Деймон даже не позвал его на бокальчик красного. Но шефа нужно слушать. Если он сказал не бухать, значит, должно выполнять его приказ в точности.