Хранительница (СИ)

Я игриво подняла глаза к небу и продолжила:
— Ну, или если хотите, то называйте тётушка Рита. Или нет, лучше Маргарита Прекрасная.
Дети заулыбались. Я задумчиво постучала пальцами по подбородку:
— Хотя, нет. Лучше Ваше Превосходительство — мечтательно прищурилась и пробормотала:
— А может, лучше Самая-самая красивая юная дева нашего королевства?
К нам подошли Люся с Игнатом. Игнат встал передо мной, расставив ноги и уперев руки в боки:
— Значит так. Слушай сюда самая-самая красивая юная дева нашего королевства! Если ты ещё раз умрешь, я тебя воскрешу и лично прибью. Понятно?
А мне стало так весело. Я сидела, улыбалась и смотрела на него. Как есть пират, только повязку на глаз нацепить и можно бояться.
Я кивнула:
— Понятно, товарищ начальник. У меня другое предложение. Если я в очередной раз помру, то давай я отпрошусь на полчасика и ты с гордостью завершишь свою задумку — закончила я с улыбкой.
— Отпросится она, понимаешь. Да кто тебя оттуда отпустит? — ворчал Игнат.
— Обязательно отпустят, там тётка- краси-и-ивая, но злая чего-то, лютует. Как дала пинка под зад, так я сразу вернулась к вам — с готовностью объяснила я.
Игнат шагнул и обхватил меня своими большими ручищами и крепко обнял.
— Ритка, ну чего ты такая неугомонная-то? У меня чуть сердце от тоски не разорвалось. Правда, у Люси вот спроси — шептал он где-то в районе макушки.
Люся с готовностью кивала головой.
— Полюбил ведь тебя, заразу такую. Ты не подумай ничего плохого — от выпустил меня из объятий, держа за плечи на вытянутую руку — Как дочь полюбил, понимаешь. У меня же там дочь осталась твоего возраста. Я тебе рассказывал.
Я кивнула. Что же я всем дочерей-то напоминаю? Семёныч, теперь Игнат.
Тут Лина подбежала к нам и сказала с детской непосредственностью:
— Если она тебе как дочь, а мы теперь её дети, то получается, что ты нам теперь вроде как дед?
Все замерли от неожиданности. Игнат громко рассмеялся, прихлопывая ладонями по коленям. Приосанился и сказал:
— А что? Дед Игнат. Молодец девчонка-то! Как сообразила?
Значит, так тому и быть! — он топнул ногой и повернувшись к Люсе сказал — Люсенька. Если я дед, а ты жена деда, то ты, хочешь-не хочешь, получаешься бабкой. Вот такая вот арифметика — он широко раскинул руки в разные стороны. Люся молча улыбалась, смотря на своего супруга.
И стало так легко у меня на душе, дети скакали возле Игната с Люсей, радостно вереща.
Из леса выбежали мои животные. Соску-у-у-чилась. Я подхватила Хила на руки, тот от такого произвола начал выворачиваться, а я трепала за ушами так называемое опасное любимое животное. Мелкий скакал рядом, дожидаясь своей очереди.
— Мелкий, ты скоро меня обгонишь, подросток-переросток. Ты там в своем лесу анаболики что-ли жрешь? У тебя под каждым кустом гормоны роста закопаны?
Обняла его за шею, уткнулась в его густую шерсть и гладила по его здоровой головушке. Он пофыркивал и в нетерпении переступал лапами.
— Слышь, Рита. Этот переросток тебе жизнь спас. Как начал на тебя прыгать со всей дури, все подумали, переломает пополам. Пока отходили от шока, у тебя сердце то и забилось. Вот ты мне, землячка, можешь ответить на вопрос, как животное может знать, что делать? У меня от горя то, все умные мысли из головы вышибло. А этот прибежал- раз-раз и готово. А? В моей технической голове данный факт не укладывается в голове — Игнат задумчиво рассматривал Мелкого.
— Братцы, а чего это он у нас Мелкий-то? Это пока в ладошке умещался мелким был, а теперь вон какой красавец. Может, все вместе имя ему приличное придумаем? А то кличка не соответствует действительности.
Дети радостно стали предлагать разные варианты. Мелкий повернулся к нам своей спиной, демонстрируя недовольство. И сколько бы не называлось местных кличек, он фыркал. Так дело не пойдет, нужно пофантазировать. Я решительно обошла Мелкого и встала лицом к морде.
— Значит так. Я понимаю, что ты привык к своей кличке, но ты уже совсем не мелкий. Тебе нужно солидное взрослое имя, чтоб враги боялись — он заинтересовано пошевелил ушами, а я продолжала — Чтоб ваарцы знали, о ком идет речь. А то, о тебе может легенды слагать будут.
 
Мелкий широко открыл глаза, слегка наклонив голову набок. Я кивнула.
— Конечно будут. В бою с Дикими участвовал? Участвовал. Меня вот спас. Да один твой вид устрашает врагов. И что напишут? Мелкий рвал и метал своих врагов?.
Дети засмеялись, а животное обиженно фыркнуло.
— Я предлагаю — ты думаешь. Мелкий- сокращенно Мел, Милк, Мекл, а может Майк или Майкл, сокращенно Майки?
Я замолчала. Пока еще Мелкий, поднял глаза к небу, часто хлопая глазами, будто примеряя на себя новую кличку. Затем мотнул головой.
— Которая? Майкл? — он снова мотнул головой.
Я облегченно выдохнула и торжественно сказала:
— Левир Мелкий нарекаю тебя Майклом.
Тот довольно заурчал и, высоко подняв голову, прошёлся по кругу. Я хлопнула его по спине:
— Не воображай — и, повернувшись к остальным сказала — А сейчас на озеро!
Игнат кивнул.
— Тогда купаться! Кто последний, о том не сложат легенды.
Хил успел вскочить Мелкому, ой, Майклу на спину и мы все помчались. Майкл, который Мелкий, бежал как большая хищная кошка. Я боковым зрением уловила его движения и теперь с удовольствием смотрела на него. Он бесшумно отталкивался от земли своими большими лапами, взлетая в воздух и выпрямляя своё упругое тело и также бесшумно приземляясь. С разбегу нырнул в воду с Хилом на спине и вынырнул где-то посередине. Ну надо же, как подружились эти двое. Удивительно. Хил отряхнулся и нырнул в воду прямо со спины Майкла.
Мы с детьми наплескались от души. Люся с Игнатом уже лежали на берегу. Я отправила детей на берег погреться на солнышке, а сама зашла поглубже и легла в свою любимую позу, подставив солнышку только свою довольную мордаху.
Все бы ничего, но опять купаюсь в одежде. Вечерком проберусь и наплаваюсь в купальнике. Решено. И я вышла на берег, плюхнувшись рядом с Игнатом.
Он лежал, закрыв глаза, сложив руки под головой.
— Рита, ты же понимаешь, что тебе скорей всего придется здесь остаться?
Я пожала плечами. Прекрасно это знаю и когда принимала решение о детях, осознавала на что иду.
— Это же не конец света, Игнат. Ты вон, приноровился и нравится даже. Правильно?
Он кивнул.
— Вот и я приноровлюсь. Без дела сидеть не буду, с моим-то высшим ветеринарным образованием и неугомонным характером.
Игнат хмыкнул.
— Конечно, скучать буду. По друзьям и ещё по паре дорогих мне людей. А вообще — жизнь непредсказуемая штука. Неизвестно куда моя дорога меня приведет. Я здесь и детьми, и новыми друзьями обзавелась. Чего горевать-то?
— Так оно так. И мы если что поможем, конечно. Не сомневайся. Люся вон в столицу просит переехать, поближе к дочери. И спокойнее там, чем на окраине — он удовлетворенно выдохнул.
— Да не волнуйся, дед Игнат, прорвемся — смеясь, сказала я.
Он рукой сгрёб траву и закинул в меня.
— Не смейся, зараза, над старым дедушкой. В мои-то годы такие издевательства терпеть от пигалицы, что в одно мгновение сделала меня дедом — он довольно смотрел вдаль, где ныряли мои животные.
— Глянь. Твои тащат что-то.
Мы привстали. Хил выскочил первым, держа в пасти крупную рыбину. За ним Майкл (все не могу привыкнуть к этому имени) с несколькими рыбами.
Они сваливали их на берегу и ныряли обратно. Не прошло и полчаса, как на берегу образовалась солидная куча свежей рыбы.
В общем, на обед была запеченная в углях рыба. Мы, наевшись, щурились на солнышке, когда Реммир объявил:
— Утром выезжаем.
День прошёл в трудах. Мы с Люсей активно шили мне и детям одежду, готовили оставшуюся рыбу. Вечером, когда все улеглись, я тихонько выскользнула, прихватив с собой купальник. Предупредила Игната и пошла к воде. Хил сопровождал. Доведя меня до воды, бесшумно убежал в лес.