Пиратский граф (СИ)

Прекрасно понимая, что он не стал бы беспокоить меня просто так, я приказал Алонсо и Бернарду собираться в поездку. Выехать удалось лишь через две недели, поскольку нужно было закончить дела в Аликанте. Хуан под руководством своего опытного наставника постигал таинства, которые необходимо знать священнику, и с каждым месяцем всё больше забывал о своей Вилене, поскольку рядом была Паула, с которой он сталкивался в моём доме каждый день.
  
Девушка неоднократно мне предлагала сменить свой холод, на хотя бы заинтересованность, но я был неумолим. Страдающий от влюблённости инфант был покладистым и послушным, а вспоминая то, каким я его принял от короля, я крестился и говорил Пауле, что ещё не время обнадёживать его.
Она, кстати, ехала сейчас со мной, счастливая и смотрящая на всё с огромным любопытством, поскольку впервые в жизни выбралась из Аликанте хоть куда-то. Взять себя в поездку уговорила меня она же, хотя я изначально и не планировал этого делать, но уступил под её мольбами и слезами. Отдельно от нашего каравана ехали и трое убийц, которых я на всякий случай позвал с собой, оплатив им кроме жалования ещё и дорожные расходы. Хуан был счастлив, что перешёл работать ко мне, поскольку работы я ему давал немного, но жалование платил стабильно, так что он не раз мне предлагал, чтобы они брали заказы на стороне, чтобы они не потеряли сноровку, а главное он готов был делиться частью денег с этих сторонних заказов. Я пока это ему запрещал, говоря, что чем меньше они будут теперь светиться и о них будут знать, после выхода из тайного братства, тем будет лучше. А что касается их формы, то я придумаю, чем их можно занять, так что Хуан спорить не стал и просто выкупил ферму, которую я ему снимал, и теперь с друзьями сделался зажиточным крестьянином, чтобы соседи не задавали вопросов, что четверо крепких людей делают в одном доме, не ведя при этом вообще никакого хозяйства.
— Ах, как же красиво! — в мои мысли ворвался восхищённый голос Паулы.
Я перевёл взгляд на неё, а затем на местность, в которую мы въехали. Валенсия была городом-портом, расположенным в глубине уютной долины, окружённой горами, и омываемая водами Балеарского моря. Такая благоприятная местность способствовала тому, что даже сейчас в феврале, здесь было тепло, пусть и немного дождливо. Так что я не мёрз, хотя и был укутан несколькими слоями одеял.
— Надеюсь Алонсо снял нам дом, не люблю я таверны, — заметил Бернард, тоже смотря на город, к которому мы подъезжали.
Управляющий выехал раньше нас на неделю, как раз, чтобы найти дом или таверну, где мог остановиться наш большой отряд в пятьдесят человек. Всех наёмников я не стал брать, кому-то нужно было присматривать за Аликанте.
— Алонсо очень исполнительный мужчина, я уверена, что он подобрал нам что-то хорошее, — ответила ему Паула и спросила меня, — а вы что предпочитаете сеньор Иньиго? Таверну или дом?
— Просто место, где можно поспать, — я пожал плечами, — Бернард не даст соврать, мы с ним спали в таких местах при нашем первом путешествии в Неаполь, что я готов довольствоваться малым.
Швейцарец кивнул.
— Странно то, сеньор Иньиго, что по времени это было недавно, но после прошедших событий, кажется, что это было минимум десять лет назад.
Так, за разговорами мы и въехали в город, отправив часть людей Бернарда разыскать Алонсо. И он быстро нашёлся, поскольку зная, что я вскоре прибуду, предупредил городских нищих за вознаграждение, чтобы те сразу мчались к нему, если в город прибудут какие-либо большие отряды с повозками.
Так что он первым нашёл нас, когда мы остановились в ближайшей к городским воротам таверне, в поисках его самого.
— Сеньор Иньиго! — я первым заметил мужчину, который зашёл в дверь и радостно вскрикнул, когда увидел меня, проходя к нашему столу быстрым шагом.
— Алонсо, — улыбнулся я, приветствуя его жестом, — я рад тебя видеть! Присаживайся к нам, промочи горло и расскажи скорее, где мы будем жить.
— Сеньор Иньиго, вы даже не представляете, как это было просто, — покачал он головой, — едва мне стоило приехать и начать поиски, как на меня вышли представители рода Борха, и узнав, что именно вы ищете себе временное жилище, тут же предоставили мне три дома на выбор. Мне лишь оставалось нанять слуг и подготовить тот, что мне больше понравился.
— Борха? — не сильно удивился я, — да, я припоминаю, что Родриго говорил, что архиепископство его дяди находится именно здесь, а также то, что большая часть родственников живёт в Валенсии.
— Кардинал Родриго Борджиа? — не понял меня Бернард, — почему тогда Борха?
— Борха — это арагонское название их рода Бернард, а Борджиа — это уже итальянцы их так обозвали, поскольку так лучше звучит на их языке, — объяснила ему Паула, опередив меня.
Я лишь кивнул, подтверждая правильность её слов.
— В любом случае, нужно будет их посетить и поблагодарить за предоставленный дом, — решил я, и Алонсо согласился.
— Я договорюсь с ними о встрече сеньор Иньиго, когда вы будете готовы.
— Надеюсь Иосифа Колона ты уже поселил в наш новый дом, — поинтересовался я, — а то он, останавливаясь в тавернах Валенсии, прожигает мой бюджет.
— Разумеется сеньор Иньиго, — улыбнулся Алонсо, — я ведь сам ему эти деньги и привёз, так что сразу, как всё было готово, предложил переехать на новое место. Так что он тоже ждёт вашего приезда.
— Бернард, дай мне перстень, — попросил я швейцарца, который служил мне манекеном для колец, и тот снял первый попавшийся со своего пальца, отдал его нашему управляющему.
— Спасибо Алонсо, — с улыбкой попросил я его взять, — я сам не сделал бы лучше.
Стремительно краснеющий от похвалы, которую слышали все за столом, да ещё и подкреплённой дорогим подарком, Алонсо лишь кивнул и взял перстень.
— Вы же знаете сеньор Иньиго, что я и дядя рады служить вам, — стеснительно сказал он.
— А я благодарен, что вы согласились перейти ко мне, когда у меня было не так много денег, как сейчас, — улыбнулся я ему, — ну так что, покажешь нам наш новый дом?
Управляющий подскочил с лавки.
— Конечно сеньор Иньиго! Едем!
Бартоло пошёл к хозяину таверны оплатить наш счёт, а мы потянулись к выходу, чтобы грузиться в повозки.
Дом, который выбрал Алонсо, оказался вполне себе приличным, по размерам такой же, какой был у дедушки в Сеговии, так что мы не только в нём все разместились с удобствами, но я ещё и выполнил свою давнишнюю мечту, разделив наконец спальню и рабочий кабинет на две комнаты.
После умывания и переодевания, я первым же делом позвал к себе иудея. Который за время работы на меня снова поправился, приоделся и давно выглядел как зажиточный горожанин, а не только что купленный раб.
— Сеньор Иньиго, — зашёл он в рабочий кабинет, и низко мне поклонился.
— Присаживайся, рассказывай, что случилось, — показал я ему на табурет.
Мужчина сразу посерьёзнел.
— Если вкратце сеньор Иньиго, то иудеи Валенсии решили, что какой смысл платить вам деньги за идею ломбарда, если они могут открыть ровно такое же заведение сами и забирать все деньги себе. Так что то, что открыли они совместно с вами по-прежнему работает, но только для того, чтобы действовало разрешение церкви на саму эту деятельность. Но он стремительно теряет популярность, поскольку чаще закрыт, чем открыт, а кругом открываются ровно такие же заведения со схожими услугами.
— Хочешь сказать, что они просто украли мой интеллектуальный труд и теперь отказываются платить? — мой взгляд похолодел, когда я понял уровень проблемы, которую озвучил мне Иосиф. Если иудеи Валенсии решили проверить меня, как я это проглочу, то и в других городах ровно та же ситуация не заставит себя случиться.
— Совершенно верно сеньор Иньиго, — кивнул Иосиф, — и проблема ещё в том, что смотря на иудеев, ровно тоже начали делать и мудехары, коих в Валенсии треть от всего населения и они имеют самоуправляющуюся коммуну, разрешённую властями.
— Да — альхама и я знаю её главу, — кивнул я.