Пиратский граф (СИ)

— Но сеньор Иньиго, мы полностью ведём бизнес так, как вы его описали, — заюлил он.
— Тогда вам не о чем волноваться, — я показал окружить здание и никого из него не выпускать. Горожане, привлечённые бесплатным зрелищем унижения иудеев, радостно кричали слова поддержки мне и плевались в евреев. Так что чтобы не нагнетать и без того напряжённое отношение к ним со стороны горожан, я сказал Исааку сопроводить меня внутрь.
  
Зайдя в большое помещение, прямая противоположность того, какими были лавки ростовщиков здесь, я словно на секунду перенёсся в будущее, поскольку ремонт, вывески, распределение рабочих зон и даже кабинок оценщиков, всё было выполнено по моим методичкам. Тысячи лет банковского дела человечества и накопленный опыт были сейчас воплощены здесь и порадовали мой глаз.
Я повернулся к взволнованному Исааку.
— Начнём сначала с документации.
— Как скажете ваше сиятельство, — он показал мне пройти в кабинет директора ломбарда, где в отдельной комнате и находились все подотчётные книги. Исаак прекрасно знал, с какой скоростью я работаю с бухгалтерией, так что просто приказал выложить всё, что накопилось с момента открытия дела.
Десять минут и я поднял на него взгляд.
— Человек, кто ходит в третью смену и имеет вот этот подчерк, крадёт, — спокойно сказал я, показывая пальцем на вязь иврита, — к остальным сотрудникам у меня вопросов нет.
Исаак побледнел и зло посмотрел на иудея, который стоял с ним рядом.
— Твой племянник! Я предупреждал тебя!
Тот сразу упал на колени и протянул ко мне руки.
— Ваше сиятельство, разрешите я сам накажу его!
— В этот раз да, — кивнул я, поскольку не сильно много тот и украл, но сам факт этого уже мне не нравился.
— Благодарю вас, ваше сиятельство, — тот поднялся и с поклонами быстро пошёл в сторону выхода.
— Теперь осмотр рабочих мест и наличие моих методичек под руками у каждого, — обратился я к Исааку и тот уже перепуганный, лишь кивнул.
С этим слава богу было всё в порядке, всё было ровно так, как я и написал в документах франшизы, которой по факту стал мой ломбард. Ровно тоже отправилось и в другие города, которые также будет не грехом проверить, когда я разберусь со своими делами в Аликанте.
— Последнее, разговор с сотрудниками, — заметил я, — по одному пусть приходят в кабинет, я поговорю с каждым не больше десяти минут. Не будем их уж слишком запугивать.
— Сеньор Иньиго, они уже все портки обдристали, может не стоит сегодня? — Алонсо, на руках которого я находился, показал на белых от страха иудеев-работников, которые смотрели за нашей процессией, которая ходила по ломбарду туда-сюда.
Внимательно присмотревшись к ним, я понял, что и правда, давление для первого аудита и так было чересчур сильным, а помня, что с подобным не все готовы справляться, я решил последовать совету своего управляющего.
— Исаак, — я посмотрел на главу общины, — я доволен. Всем сотрудникам, кроме вора выплатить сегодня в конце дня недельное жалование в качестве премии.
— Вы довольные ваше сиятельство? — удивился он и его сопровождавшие иудеи.
Я кивнул.
— Рассчитывал на гораздо более печальный результат, — признался я, — так что да, в целом я доволен. Планирую провести такие же аудиты в городах, с которыми мы заключили соглашение, когда они там откроются и немного поработают.
— Я могу сопровождать вас в поездке ваше сиятельство, — склонил он голову.
— Для первого раза поедешь ты и он, — я показал на молчаливо следовавшего за мной Иосифа Колона, который не понимал, зачем я оторвал его от его текстов и взял с собой.
— Я? — удивился он, — я же ничего не смыслю в банковском деле сеньор Иньиго.
— Тебе и не нужно, в нём понимает Исаак, — я показал на первого еврея пальцем, — ты будешь проверять то, что не касается этого. Так что по возвращении я выдам тебе все методички, заучи их наизусть.
— Сеньор Иньиго, может не надо? — заныл Иосиф Колон, — я всего лишь раз сказал вам, что мне скучно только разбирать тексты.
— Надо Иосиф, надо, — хмыкнул я, — я не мог найти тебе применение после того, как выучил языки, которые ты мне преподавал, так что аудитор из тебя должен получиться хороший. Ты дотошный, отлично знаешь своих собратьев, так что пустим твои сильные стороны в дело.
— Слушаюсь сеньор Иньиго, — с печальным видом поклонился он мне.
— Когда планировать поездку сеньор Иньиго? — спросил меня уже Исаак.
— Когда они начали работу? — поинтересовался я у него.
Он прикинул в уме и ответил.
— Вы прислали копии письма короля о разрешении работы, за неделю до своего возвращения, так что думаю дня три они уже точно, как открыты.
— Давай тогда дадим им месяц, на то, чтобы немного поработать спокойно и утрясти новые, незнакомые ранее процессы, — решил я и он согласился.
— На этом всё, — решил закруглиться я, поскольку и так на улице начало быстро темнеть, оказалось я провёл в ломбарде почти весь световой день и даже этого не заметил.
  
Глава 22
 
12 августа 1456 A . D ., Аликанте, королевство Арагон
— Сеньор Иньиго, — я приехал в гости в городской муниципалитет, чтобы обсудить ремонт церквей, а заодно поговорить с людьми, которые отвечали за работу городских служб.
— Да сеньор Габино? — я, сидя на возвышающемся стуле, повернулся в сторону начальника тюрьмы.
— Можете прояснить нам один момент, который вызывает у многих недоумение и смущение? — попросил он.
— Смотря какой, сеньор Габино, — улыбнулся я, поощряя говорить его дальше.
— Вот уже неделю, как на улицах города многие видят грязного, голодного музыканта, который подозрительно похож на нашего инфанта. Он в сопровождении какой-то склочного вида женщины и вашего швейцарца мучает людей звуками, которые он пытается извлекать из своей дудки, — сказал он, и все остальные мужчины заинтересованно на меня посмотрели.
— Скажем так, — я даже не улыбнулся, отвечая на его вопрос, — кое-кто вместо того, чтобы выполнять свои обязанности будущего епископа, а также нарушая приказ короля о том, что ему нужно готовиться к роли примаса Арагона, заявил, что хочет сбежать в Гранаду и стать бродячим музыкантом. Я решил, что изучение жизни этой стези искусства изнутри, пойдёт этому кое-кому на пользу.
Лица дворян просветлели. Все были взрослые и прекрасно понимали, что такое долг, никому из них этого даже не нужно было объяснять, поскольку понятие чести, верности и обязательств было у них в крови и воспитано с молоком матери.
— Жестоко, но видимо эффективно, судя по тому, что этот музыкант уже не так весело дудит в свою свистелку после того, как раздражённые люди закидали его камнями и прогнали с центральной площади, — заметил глава города, — только прошу вас сеньор Иньиго, не затягивайте этот свой воспитательный эксперимент надолго, а то боюсь беднягу скоро сильно побьют, он очень плох в музыке.
— Бернард отчитался мне сегодня, что ещё пара дней и фрукт созреет, — успокоил его я.
— Благодарю вас сеньор Иньиго, — улыбнулся он мне в ответ.
— Тогда и я вас хочу спросить, сеньор Антонио, — обратился я к нему, — когда будут закончены работы по углублению гавани? У нас закончились все преступники в округе, мы опустошили тюрьмы соседних городов, а результата я всё так и не вижу.
— Работая в холодной воде, они очень быстро мрут сеньор Иньиго, — поморщился он, — я с этим ничего не могу поделать.
— Вы знаете, я не сторонник угроз, — мягко намекнул я ему, — но сеньор Антонио, тогда представьте мне свой план или идеи, как можно ускорить процесс. Простое «я не знаю», меня не устраивает.
Тот кивнул.
— Хорошо сеньор Иньиго, я соберу совещание, найду инженеров, мы придумаем, что можно сделать. Хотя сам до сих пор не понимаю зачем мы это делаем, сеньор Иньиго. Даже текущей глубины гавани достаточно, чтобы принимать суда с большой осадкой, но которые не заходят в наш порт. Аликанте не является значимым торговым центром.