Пиратский граф (СИ)

По оставленной записке было понятно, что муки совести за свои преступления привели его к этому. Так что человек, который пришёл на весьма хлебное место только благодаря мне, теперь был готов на всё, только чтобы на нём остаться. И такая необычная просьба, как поселить у себя на время целого епископа и никому об этом не рассказывать, ничуть его не удивила, а даже обрадовала. Так что, оставив двух довольных обществом друг друга мужчин в окружении еды и вина, я отбыл домой, поскольку и самому пора было поужинать.
    
Глава 9
 
Во дворе наших домов, обнесённых растущей вверх каменной стеной, меня дожидался всадник, который при виде моей повозки направился к нам, едва не попав на копья весьма недружелюбно настроенных швейцарцев.
— Ваше сиятельство! — закричал испуганно он, — я просто хочу с вами поговорить! Это срочно и не терпит до завтра.
— Пропустите, — махнул я рукой и когда он подъехал я узнал старейшину еврейской общины города, и по совместительству их же раввина.
— Исаак Яглом, — сказал я, показывая, что узнал его.
— Совершенно верно ваше сиятельство, — радостно вскрикнул он, косясь на копья наёмников, — я тот человек, который благодарен вам за участие в деле Давида.
— Что вы хотите Исаак? — поинтересовался я, — время позднее, что такого не может потерпеть до завтра?
— Мой родственник нотариус, ваше сиятельство, — тихо сказал он, — рассказал мне совершенно удивительные вещи об одной заключённой недавно сделке.
Я тяжело вздохнул. Как я не уговаривал епископа не привлекать к нашему соглашению нотариуса, он настоял на своём и мне пришлось согласиться, поскольку в противном случае он отказывался вообще со мной говорить. И вот теперь я пожинал плоды болтливости этого нотариуса.
— Мне казалось ему заплатили достаточно, чтобы он держал язык за зубами, — спокойно сказал я, показывая Бартоло, чтобы вынес меня из повозки.
— Это так и есть, ваше сиятельство, — закивал головой иудей, — просто это дело касается всей иудейской общины города, а вы знаете как к нам относятся христиане, чтобы я мог пустить подобное на самотёк.
— Ханс, найдите этого нотариуса и отрежьте ему язык, — попросил я спокойно швейцарца, смотря за реакцией на это иудея.
Тот вздрогнул, но лишь на мгновение.
— Ваше сиятельство я сэкономлю вашим людям время, — сказал он, — я попросил Иосифа отправиться в длительное путешествие в Кастилию, так что думаю он уже как пару часов находится в пути.
— Проверь, — кинул я капитану и тот отошёл к своим людям, отдать приказ.
— Что же Исаак Яглом, — заметил я, показывая ему в сторону моего дома, — вы определённо завладели моим вниманием. Ужин?
— Не откажусь, но не буду есть не кошерную еду ваше сиятельство, прошу меня просить, — склонил он голову.
— С этим в моём доме проще, — хмыкнул я, — Бартоло позови Иосифа.
Парень кивнул и бросился внутрь, так что когда мы зашли в дом, нас уже ждал мой учитель.
— Синьор Иньиго, — он поклонился мне с вопросительным взглядом.
— Поделишься едой со своим братом? — спросил я его.
— Конечно сеньор Иньиго, попрошу вашего повара приготовить тоже, что он обычно готовит для меня, — поклонился он и пошёл на кухню, чтобы предупредить повара о необходимости дополнительной порции еды.
— Весьма необычно видеть в свите кастильского дворянина иудея, — осторожно заметил Исаак, пока мы проходили в гостиную и устраивались за столом.
— Это мой учитель, — ответил я переходя на иврит и видя, что это не стало для него удивлением.
— Прекрасное произношение, ваше сиятельство, — покачал головой Исаак, — мой дядя был прав.
— Дядя? — поднял я бровь.
— Авраам Сениор, или как мы его ласково называем Авраам-старший, — улыбнулся Исаак, — прислал мне письмо, где весьма красочно описал, какой вы замечательный человек ваше сиятельство и как он был рад знакомству с вами.
— Если вы были столь же рады, как и он знакомству со мной, — хмуро заметил я, вспомнив дедушкиного знакомого, с которого поимел сто двадцать шесть флоринов за перевод записки, — почему не пришли ко мне в первый же день?
— Ваше сиятельство, вы должны понимать, — еврей растерянно развёл руками, — мы все здесь в Аликанте связаны одной цепью. Так что я не мог прийти к вам первым, не рискуя всей общиной, а жизнь моих людей для меня является главным смыслом жизни.
— Какая ваша роль в этой схеме? — поинтересовался я.
— Банкиры, ростовщики, аукционеры, не более того, — спокойно ответил он.
Нам пришлось замолчать, поскольку стали вносить разогретую для меня еду, а ему принесли ещё горячую, только что приготовленную. И хоть мы разговаривали на иврите, я не хотел, чтобы была хотя бы малейшая возможность, что нас могли подслушать. Так что дождавшись, когда мне всё приготовят, я выпроводил людей из комнаты, снова оставшись один на один с евреем.
— Имена? — попросил я и он без запинки перечислил всех, кого мне упомянул епископ, добавив к ним ещё несколько неизвестных мне.
— Последний — это тоже мудехар? — решил уточнить я.
— Младший брат главы общины, отвечающий за связь с пиратами, ваше сиятельство, — кивнул он.
— Они как оба, вменяемые? — задумчиво поинтересовался я у него.
— Если вы о том ваше сиятельство, что они не захотят становиться на вашем пути, то да, они сразу вышли из дела, как только по городу поползли слухи о том, что ночам стали пропадать люди, — спокойно ответил иудей, — мне и им стало понятно, что рано или поздно вы подобными методами докопаетесь до правды. Так что уверен, что они тоже хотели бы получить от вас прощение.
— Как и вы Исаак, — задумчиво произнёс я.
— Конечно ваше сиятельство, это и есть цель моего разговора с вами, — согласился он, — я готов заплатить выкуп, чтобы роль евреев не была оглашена на суде. Скажите только вашу цену и я уверен, что мы можем с вами договориться.
— Да уж, представляю, если это вскроется, — хмыкнул я, — еврейские погромы по всей стране, выселение общин из городов и прочие прелести.
— Дядя меня об этом также предупредил, — спокойно согласился он, — и сказал, что не будет меня покрывать, поскольку своя община ему дороже.
Его слова заставили меня задуматься. Я и так собирался открыть в Аликанте одно дело, которое сулило стать началом моего капитала, а если уж привлекать к нему людей, то лучше сразу тех, кто на этом деле собаку съели, точнее ягнёнка. Так что перспективы подобного сотрудничества обещали быть весьма выгодными.
— Вот что я решил Исаак, — я перевёл на него взгляд, — ваша община заплатит мне выкуп в размере двадцати тысяч флоринов, чтобы я забыл о ваших прегрешениях в этом деле. Но это будет потом, после расследования и суда, а прямо сегодня вы разрываете любые связи с этой работорговлей и залегаете на дно. Можете говорить что угодно, главное держитесь от всего этого как можно дальше.
— Слушаюсь ваше сиятельство, я согласен, — серьёзно кивнул он, поняв, что сейчас решается не только его судьба, но и всех евреев в городе.
— А когда я разгребу эти Авгиевы конюшни, то мы и поговорим о награде, — закончил я, вызвав у него огромное удивление тем, что я отказался от лёгкого золота, которое он готов был мне отдать прямо сейчас.
— Вы пугаете меня ваше сиятельство, — его лицо окаменело.
Он тут явно намекнул, что я могу потом изгнать всех евреев из города, завладев их собственностью и имуществом.
— Даю вам слово Исаак, что если вы не разочаруете меня, то эта встреча запомнится вам на всю жизнь, — хмуро улыбнулся я, откладывая от себя ложку и нож, показывая тем, что встреча окончена. Он это сразу понял и поднялся.
— Поговорите с Аббасом ибн Фазихом, — попросил его я, — скажите, что я готов поговорить с ним и даю слово, что он останется живым после этой встречи.
— Конечно ваше сиятельство, — поклонился еврей, прежде чем я позвал Алонсо, чтобы его проводили до ворот, — был рад, что познакомился с вами лично.
Я лишь кивнул, отпуская его, поскольку мне нужно было подумать, что делать дальше.