Алхимаг: Говорящий со змеями (СИ)

Протянув руку, я коснулся влажного стекла, покрытого мелкими каплями конденсата. По нему пошли концентрические круги. Едва я отдёрнул пальцы, «отражение» исчезло.
Теперь в зеркале был только я.
Что за чертовщина⁈
Подобное со мной уже случалось. В туалете Менториума, когда я вдруг увидел вместо себя Тубалькаина. Проклятье… Из-за этого возникало неприятное чувство, будто за мной следят. Надо бы спросить Еремея, бывает ли такое.
Выйдя из ванной, я отправился вниз, на первый этаж, где обитал камердинер.
Мажордом встретился на лестнице — шёл мне навстречу. Я уже собирался задать ему пару вопросов, но старик заговорил первым:
— Ваша Светлость, к вам господин Епифанов. Прикажете проводить в кабинет или гостиную?
— Семейный поверенный? — уточнил я, бросив взгляд на часы.
— Он самый.
— Напомни, как его звать-величать.
— Пётр Дмитриевич. Служит вашей семье уже семнадцать лет. С тех пор, как его отец покинул этот мир.
— Ясно. Надёжный человек, значит.
— Полагаю, вы можете ему полностью доверять.
Ну, это мы посмотрим. А познакомиться познакомимся. И о финансовых делах послушаем.
— Проводи в кабинет, — сказал я, разворачиваясь. — Ставр, к ноге.
Поверенный оказался худым, слегка согнутым мужиком лет пятидесяти. Даже, наверное, постарше. Одет он был в песочного цвета твидовый костюм, клетчатую рубашку, тёмный галстук и коричневые ботинки, которые прямо сияли, отражая свет люстры.
— Моё почтение, князь, — проговорил он, слегка пришепётывая, когда жал мою руку. — Рад познакомиться. С вашим батюшкой мы работали многие годы. Надеюсь, и с вами будем.
— Ничего не имею против, — ответил я. — Садитесь, господин Епифанов. — Вас предупредили, для чего я вас пригласил?
— Да, князь, само собой. Ваш слуга уведомил, что вы желаете ознакомиться с текущим положением дел. В первую очередь — финансовых.
— Совершенно верно.
Мы расположились в креслах. Я — за столом, поверенный — напротив. Он долго расстёгивал замочки кожаного портфеля, прежде чем достать из него тонкую стопку бумажных листов.
— Позвольте поинтересоваться, князь, знают ли в Департаменте о вашем возвращении. Полагаю, вы в курсе, что вас обвиняют в нелегитимном использовании магии.
Я невольно усмехнулся.
— Как интересно вы сформулировали то, что обычно называют «Печатник». Могу вас успокоить, Пётр Дмитриевич. Это дело будет улажено сегодня вечером.
Поверенный бросил на меня внимательный взгляд.
— Простите, князь, но вы в этом совершенно уверены?
— Можете не сомневаться. Вам ещё не один год заниматься моими делами. Так что предлагаю к ним и перейти.
— Как вам будет угодно. Итак, ваша семья владела тремя фирмами, расположенными здесь, в столице. Первая, — с этими словами Епифанов протянул мне несколько скреплённых листков, — занимается разработкой компьютерных игр. Довольно прибыльное дело, насколько я могу судить. Собственно, отсюда идёт основной доход вашей семьи. Несколько игр стали весьма успешны, одна даже вышла на мировой рынок. Я позволил себе распечатать все сведения о составе, активах, персонале и продукции. Можете изучить на досуге. Ваш отец собирался расширять это производство, но, к сожалению, не успел. В общем перспективная фирма. У вас семьдесят четыре процента акций.
— А остальные? — тут же спросил я.
— Шестнадцать у соучредителя и, по совместительству, генерального директора. Ну, и клан, конечно, владеет ещё десятью. Теперь следующая фирма, — новые листки оказались у меня в руках. — Канцелярские принадлежности. Тоже относительно прибыльное дело. У вас пятьдесят семь процентов акций. Подробности есть в сводке.
Я кивнул. Всё это придётся изучить и решить, от чего избавиться, что оставить, а что реформировать.
— Последняя фирма занимается подвижной выставкой окимоно.
— Чем? — поднял я глаза на Епифанова.
— Ваш дед начал собирать коллекцию резных восточных статуэток, используемых в Азии для украшения интерьера. Это древнее искусство, зародившееся в Ниппоне. На данный момент вы владеете тысячью восемьюстами шестью экспонатами. Фирма, о которой я говорю, занимается организацией выставок этой замечательной коллекции по всему миру. Ну, и, конечно, хранением, пополнение и транспортировкой экспонатов.
  
— И что, прибыльное дело?
— Как сказать. Требуется много расходов при переезде и так далее.
— Да, расходы это всегда неприятно. А сколько приносит эта выставка в год?
— Взгляните на второй странице внизу, князь. Там указана прибыль за последние три года.
Я нашёл нужную графу. Цифры не особо впечатляли.
— Хм… Негусто.
— Ваш отец считал, что демонстрировать искусство окимоно людям — его обязанность. Он не гнался за прибылью.
— Как самоотверженно. И во сколько оценивается коллекция?
— Приблизительно двести сорок миллионов золотых рублей.
— Ого! А вот это уже звучит неплохо.
— Если продавать поштучно конкретным коллекционерам или выставлять на аукционы, то можно выручить почти в два раза больше, — проговорил поверенный. — Но это потребует времени.
— Я не тороплюсь.
— Вам угодно распродать коллекцию? Я могу этим заняться.
— Мне нужно время, чтобы это обдумать.
Епифанов кивнул.
— Как угодно.
— Клан имеет какие-нибудь права на это дело?
— Никаких. Вы единственный владелец.
— Прекрасно. Скажите, Пётр Дмитриевич, нужно ли мне разрешение клана на то, чтобы продать первые две фирмы?
— Нет, князь. Вы можете делать с ними, что захотите. Соблюдая обязательства перед акционерами, разумеется.
— То есть, препятствий мне никто чинить не станет?
— Насколько я понимаю, клан не заинтересован ни в одном из ваших бизнесов.
Ну, да, понятно. Мелковато, чтобы обращать на это внимание.
— Теперь предлагаю перейти к деньгам, драгоценностям и облигациям, — проговорил Епифанов, сделав короткую паузу. — Я взял выписку в банке и могу отчитаться по поводу того, что у вас хранится в сейфе, а также по инвестициям.
  
Глава 20
 
Я взглянул на часы. До поездки в Департамент по надзору оставалось чуть больше часа. В принципе, успеваю. Да и то, что в банке что-то хранится, помимо денег, стало для меня новостью. Приятной, само собой. Мне сейчас не до жиру — каждая копеечка в радость. Пришло время собирать камни, как говорится. И мне нужно понять, каким стартовым капиталом я владею.
— Давайте, — кивнул я поверенному. — Послушаю.
Епифанов передал мне ещё один листок. На нём был список с красивыми названиями. «Созвездие Ориона», «Глаз Ра» и так далее в том же духе.
— Что это? — спросил я.
— Фамильные драгоценности. Полная опись с указанием приблизительной стоимости.
Я прикинул общую сумму и присвистнул.
— Неплохо. Если распродавать по отдельности и на аукционах, можно выручить больше?
— Безусловно, князь. Опять же, я готов этим заняться, если угодно.
— Займитесь, Пётр Дмитриевич. К цацкам я равнодушен.
— Среди этих вещей есть и семейные реликвии. Полагаю, ваша будущая жена захотела бы ими владеть.
Хм… Слова поверенного заставили меня задуматься. Жених их меня так себе. Быть может, некоторые драгоценности стали бы неплохим дополнением к титулу.
— Какие пункты вы рекомендуете оставить? — спросил я.
— Позвольте? — Епифанов забрал у меня список. — Номера три, семь, восемь и двенадцать я бы приберёг на будущее.
— Хорошо. Отметьте их. Остальное продавайте.
— Как угодно, князь, — кивнул поверенный. — Теперь что касается инвестиций. У вас пакет ценных бумаг на восемнадцать миллионов. Насколько я могу судить, все довольно перспективные.
— Тогда оставим их.
— Хорошо. В таком случае у меня всё. Вот выписка по банковским счетам. В последнее время было снято немало денег вашим камердинером. По доверенности. Средства пошли на ремонт. Вот отчёты по проделанным работам, и мне они кажутся вполне достоверными. Если угодно, я проведу более тщательную проверку.