Алхимаг: Говорящий со змеями (СИ)

— Его Светлость перед вами, — ответил я.
Телохранитель смерил меня быстрым взглядом.
— Прошу прощения, — проговорил он с лёгким смущением. — Я не подумал, что вы чистите дорожку.
— Нужно же было как-то скоротать время в ожидании вашего прибытия. Можем ехать. Я готов.
— Эм… Да, конечно. Вы отправитесь один?
— Один.
— Хорошо. Прошу за мной, Ваша Светлость.
Когда мы подошли к машинам, от открыл передо мной заднюю дверь. Я забрался в тёплый, пахнущий кожей и освежителем салон. Внутри сидели водитель и ещё двое охранников. Все здоровые, как гориллы. Они поприветствовали меня учтивыми кивками. Мой провожатый сел на переднее место.
— Едем, — сказал он шофёру.
Кортеж развернулся перед домом и направился обратно к воротам.
До дворца главы клана мы добрались меньше, чем за полчаса. Дом был раза в три больше моего. Современной архитектуры, явный новострой. В окнах отражалось утреннее солнце, превращая стекло в квадраты расплавленного золота.
Мы поднялись по широкому крыльцу, украшенному львами, поставившими передние лапы на каменные шары. Подобные скульптуры имелись во множестве мест Петербурга. Если верить путеводителям, в городе их насчитывалось несколько сотен.
Двустворчатые двери распахнулись, и я вошёл в просторный светлый холл, облицованный белым и розовым мрамором. В отполированном полу отражались хрустальные люстры. Шаги гулко разносились под расписанными сводами.
— Ваша Светлость, — поклонился камердинер в серой ливрее. На вид ему было лет пятьдесят. — Позвольте ваше пальто.
Я вручил ему верхнюю одежду, которую он передал лакею.
— Его Светлость ожидает вас в гостиной. Прошу за мной.
Камердинер двинулся через залы дворца. Охранники остались в холле.
По пути нами несколько раз встречались слуги. Они приветствовали меня поклонами и торопились исчезнуть из виду.
Идти пришлось минут пять. Наконец, мы оказались перед резными дверями с латунными ручками в виде львов. Камердинер слегка кивнул охранникам, и те распахнули их перед нами, впустив в отделанную морёным деревом гостиную.
На стенах висели картины в массивных позолоченных рамах — портреты аристократов. Видимо, родственники главы клана.
Князь Чеботарёв, одетый в бархатную куртку и свободные брюки, стоял возле камина — помешивал кочергой горящие дрова. Подняв голову, улыбнулся и выпрямился.
— Спасибо, Степан, — сказал он камердинеру. — Ты свободен.
Тот поклонился и сразу же вышел. Двери за ним беззвучно закрылись. Глава клана двинулся мне навстречу, протягивая руку.
— Ярослав Николаевич, сердечно рад видеть вас в добром здравии, — проговорил он, стиснув мою ладонь и пристально глядя в глаза. Даже испытующе. — Признаться, всё это время я надеялся, что вам удалось добраться до Убежища.
— Благодарю, Ваша Светлость.
— Давайте присядем. Хотите чаю или кофе?
— Нет, спасибо. Недавно позавтракал.
Мы расположились в глубоких креслах.
— Итак, дорогой князь, как вам удалось выжить? — спросил, пристально глядя на меня, Чеботарёв. — Признаться, когда пришла новость о том, что ваш вертолёт разбился в Пустоши, я уже начал считать вас погибшим. К счастью, преждевременно.
— Это был не мой вертолёт, — отозвался я. — Мой доставил меня прямо в Убежище. Безо всяких приключений.
— Вам повезло.
— Вне всякого сомнения.
Не знаю, поверил мне князь или нет, но настаивать на подробностях не стал. Вместо этого сказал:
— Ярослав Николаевич, я правильно понял, что вы отвергаете выдвинутые против вас обвинения?
— Само собой. Нелепо даже предполагать, будто я мог вдруг стать Печатником. Не представляю, кому вообще пришло в голову подобное.
— Понимаю. Но Департамент по надзору захочет в этом убедиться.
— И я настаиваю на проверке. Так и сказал графу Эссену.
— Мы с ним знакомы. Он весьма… щепетилен.
— Я рассчитываю на его скрупулёзность. Она станет гарантией того, проверка полностью очистит моё имя. Меня лишь удивило, что граф, как мне показалось, не пришёл в восторг, когда я предложил присутствие на испытании Вашей Светлости и других членов совета клана.
  
— Не пришёл? — нахмурился Чеботарёв.
Я развёл руками.
— Повторюсь: мне так показалось. Утверждать ничего не берусь. Не хочу сказать, будто Департамент способен на необъективную проверку, конечно, и всё же… такая реакция довольно удивительна. Как вы считаете?
Мой собеседник нахмурился. Услышанное явно не привело его в восторг.
— На кону не только ваша личная репутация, — сказал он спустя несколько секунд. — Но и всего клана.
— Именно такой довод я графу и привёл. Но он его как будто не убедил.
Чеботарёв постучал кончиками пальцев по столу. Вид у него был недовольный. Кажется, мне удалось заронить сомнение в душу собеседника. Этого я и добивался. А ещё — сыграть на струнах противоречия. Если бы я просто предложил князю собрать членов совета на проверке, он, вероятно, посчитал бы это лишним и чересчур хлопотным. Теперь же ему самому хотелось продавить это.
— Хм… Что ж, полагаю, мы вынуждены настаивать на присутствии заинтересованных свидетелей, — сказал Чеботарёв. — Сейчас я свяжусь с графом и обсужу это с ним сам. Если не возражаете.
— Думаю, это будет лучше всего, Ваша Светлость. Вам он отказать не посмеет.
После этой фразы Чеботарёв просто не сможет сдаться и уступить.
Князь придвинул толстый телефонный справочник, открыл одну из закладок и, подняв трубку, начал набирать номер.
— Алло, — проговорил он спустя минуту. — Князь Чеботарёв беспокоит. Могу я услышать графа Эссена. Да, подожду.
Последовала недолгая пауза. Затем глава клана снова заговорил:
— Никанор Ильич? Моё почтение. Как здоровье? Рад слышать. Благодарю. Я так понимаю, вы уже в курсе радостной новости. Да, я про Его Светлость князя Мартынова. Он сейчас у меня. Ага, знаю, что договаривались. Никанор Ильич, голубчик, я вынужден требовать публичной проверки. Сами понимаете — на кону репутация клана. Нет, в вашей объективности я нисколько не сомневаюсь, но тут случай особый. Необходимо присутствие членов совета. Общественное мнение и всё такое. Да. Нет. Тем не менее, это в интересах клана, и мы имеем на это право. Нужно ли напоминать, по какому закону? Так я и думал. Благодарю за понимание. Сегодня? Да, чем быстрее, тем лучше, тут я с вами совершенно согласен. Постараюсь всех собрать. Часов в восемь. Это же недолго? Ага… Понял. Спасибо, голубчик, я у вас в долгу. Мы будем. Да, гарантирую. Всего.
Повесив трубку, князь воззрился на меня.
— Проверка состоится сегодня в восемь. Мне пришлось поручиться, что вы на ней будете.
— Я вас не подведу, Ваша Светлость. Все мои действия говорят о том, что я не только не намерен избежать процедуры, но заинтересован в том, чтобы покончить с этим досадным недоразумением как можно быстрее.
Чеботарёв кивнул.
— Не угодно ли остаться на обед?
— Спасибо, князь, но мне ещё нужно встретиться с семейным поверенным — выяснить, какое у меня текущее финансовое положение. Я только вчера вечером вернулся в город и должен вникнуть в дела.
— Понимаю. Что ж, в таком случае, встретимся в Департаменте вечером.
— Не смею более отнимать у вас время.
  
Глава 19
 
Что ж, встреча прошла именно так, как мне и хотелось. Быстро, продуктивно. Манипулировать людьми совсем не сложно, если не говорить им чего хочешь ты, а подталкивать к собственным желаниям. В разговоре с Чеботарёвым я создал иллюзию, будто Департамент по надзору стремится оставить его не у дел, и князю немедленно приспичило настоять не только на собственном участии в проверке, но и на присутствии других членов совета.
Я же получил желаемое — объективное испытание, которое со стопроцентной гарантией докажет, что князь Мартынов Печатником быть никак не может.
Об этом я думал, пока мы ехали обратно в полуразрушенный особняк, где мне предстояло перекантоваться до вечера в ожидании, пока глава клана свяжется со всеми членами совета. Надеюсь, они все явятся. Больно уж охота на них поглядеть. Как-никак, это люди, от которых в ближайшее время будет частично зависеть моя судьба. Некоторых я видел на празднике Посвящения, но теперь им придётся со мной общаться уже не как с подростком, а как с полноправным представителем семейства Мартыновых. Пусть пока и единственным.