Таймлин (СИ)

Отец протянул руку и коснулся борта кроватки-колыбели, в которой лежал я. Лежал и улыбался, протягивая ручки, словно пытаясь поймать проплывающие мимо струйки ароматного дыма.
В одно мгновение запах исчез вместе с изображением, а предо мной предстало наследие та’арцев, и я понял, что оно хотело мне сказать.
  
Глава 2
 
— Я уже думала, что всё… провалила миссию по возвращению человечеству Творца, — стало первым, что сказала Гея, когда я вернулся в реальность. А потом начала орать на меня, совершенно не выбирая выражения.
  
Я даже опешил на несколько секунд, не понимая, что вообще произошло. Да и не ожидал я подобного от Геи. Словно меня не было несколько циклов, и всё это время старший та’ар-интеллект провела в доках Окинавы вместе с грузчиками, которые её научили самым замысловатым ругательствам, которые только знали.
— Я вообще не ощущала тебя, словно нас разделили, — закончила свою сверхэмоциональную речь Гея, села на пол и разрыдалась.
Оказывается, даже старший та’ар-интеллект можно довести до подобного. Что же, теперь нужно исправляться и попробовать её успокоить. Да и рассказать мне действительно было что.
— Возможно, всё так и было, как ты говоришь. Я точно не знаю, что произошло, но оно захотело наладить со мной контакт как с существом, которое ближе всего к наследию та’арцев.
— Получилось? — всхлипнула Гея, но я прекрасно видел, что она уже сильно заинтересована и хочет получить как можно больше информации.
— В какой-то степени да. Общение с наследием отличается от всего, что мне приходилось испытывать до этого. Именно испытывать. Это обмен образами, запахами, звуками, воспоминаниями, но никак не привычная нам передача информации. Наследие хочет, чтобы я помог ему пройти инкубацию, и в ответ готово помочь мне с отцом. Пока только держать его в темпоральной ловушке, а если к тому моменту, как произойдёт инкубация, у нас не получится найти способ избавить его от яда заражённых и запретной техники, то и с этим поможет. В общем, рассказывать об этом довольно сложно, проще будет, если ты сама всё увидишь.
— Ага, — ответила Гея, смотря куда-то сквозь меня.
Она и без моего разрешения уже просматривала всё, что произошло со мной в мире, некогда принадлежавшем та’арцам. Где дожидались своего часа множество наследий, спрятанных во всех уголках вселенной. Ещё одна тайна, оставленная древней цивилизацией. Но эту тайну мы могли раскрыть. Необходимо было только помочь наследию с инкубацией.
Возможно, в яйце действительно находится та’арец, а возможно, и одна из множества форм жизни, что создали истинные Творцы. Об этом не было никакой информации у общемирового информационного потока, и само наследие также ничего не знало.
Если само оно общалось исключительно образами, то мои слова вполне понимало и воспринимало должным образом. Показанное мне воспоминание говорило о том, что я хочу спасти отца, превратившегося в заражённого, и наследие может с этим помочь.
Дальше я объяснил ему, что необходимо убрать темпоральную пелену с остальных и оставить в ней только отца. И получил в ответ радостный образ себя, когда Аелла впервые разрешила отправиться вместе с ней за ледяными лепестками. Таким образом я понял, что наследие сможет помочь мне.
Дальше было ещё много всего, но главное, что мы договорились помочь друг другу. Для начала процесса инкубации необходимо ещё чуть меньше шести миллионов та’ар, и получить их будет невероятно сложно. Энергия в накопители Окинавы собиралась почти четыре сотни циклов. Да и нет таких больше на Вериго, а скорее всего, во всех соседних звёздных системах.
Хотя в состав Первого Ударного входило три орбитальные крепости, и как минимум ещё два подобных накопителя. Возможно, экипажу уничтоженных крепостей удалось сохранить накопители и спрятать где-то на Вериго или в системе Двойного Серпа. Здесь может подойти даже крупный астероид.
Вот и ещё одна причина отправиться путешествовать по системе. Теперь не только в поисках уцелевших кораблей Первого Ударного, но ещё и накопителей та’ар, способных выполнить мою договорённость с наследием. А если они всё же где-то спрятаны и продолжают собирать творения, то это уникальная возможность не только помочь с инкубацией наследию та’арцев, но и самому подняться как минимум на пятый порядок.
— Только сперва необходимо разобраться с тем, что сейчас происходит на Окинаве. Кастор и Энио мертвы, небесные воины остались без ментального поводка, а со всех сторон на цитадель прут войска союза, — напомнила мне Гея, которая уже давно пришла в норму и даже успела просмотреть всё, что я помню из посещения мира наследия.
И здесь она была совершенно права. Темпоральная пелена погрузила в безвременье только учебный центр, на остальной части цитадели продолжали идти бои с союзом. И как там шли дела, было неизвестно. В безвременье не поступали никакие сигналы, как и не выходили из него.
— Всё в порядке, он уже не опасен, — сказал я Вите, когда темпоральная пелена перестала действовать на неё.
Наследие могло сократить пелену, чтобы в ней остался только отец, и сразу выпустить всех, кто оказался у неё в плену, но я решил, что сперва необходимо освободить Виту, Аеллу, Проповедника и Гилдраста. И первой стала юная королева ледяных висперов.
— Вскоре я освобожу остальных, а ты пока позаботься о том, чтобы никто не совершил глупостей. Особенно ребята из экипажа «Харона».
Вита быстро поняла ситуацию и не стала задавать лишних вопросов, а сразу отправилась к застывшим владеющим.
Второй освобождённой стала Аелла, и в отличие от Виты она не восприняла происходящее спокойно. Мне даже прилетело несколько раз по броне. А затем сестра бросилась к отцу, и её руки засветились. Пока ничего не стал ей говорить и освободил Кинга с Гилдрастом.
После этого я выдал заготовленную сводку, лишь самое важное, что требовалось для прояснения сложившейся ситуации. Этого для всех оказалось достаточно. Вита сделала то, о чём я её просил, преодолев защиту всех харонцев, за исключением Немезиды и Хирояки. Сказала, что на них уйдёт слишком много времени, которого у нас сейчас не было.
— Ты уверен, что сможешь продержать Витольда до тех пор, пока не будет найдено решение? — спросил Проповедник, коснувшись когтей Зверя, которые должны были проткнуть мою голову.
— Уверен. Только нужно найти место, где его тело будет в безопасности. А для этого разобраться с тем, что сейчас происходит на Окинаве. Вскоре должны прибыть корабли Таймлина с их сильнейшими бойцами. Анджело Арано решил захватить власть над Вериго, и если сумеет подчинить себе цитадель, то у него вполне может всё получиться.
— Такое место есть, но ты прав, сперва необходимо разобраться с делами Окинавы. Разбить флот Таймлина у нас сейчас не выйдет. Из серьёзных кораблей только «Ивар», но он всего один. А те корабли, что есть помимо него, — рухлядь, которая будет уничтожена в первые минуты боя.
— Давайте привлечём на нашу сторону свободных капитанов. В доках Окинавы стоит восемь кораблей: три торпедоносца и пять корветов, включая «Харон». Вместе с «Иваром» и защитными системами Окинавы такой флот сможет отбить атаку превосходящих сил противника, — предложил Гилдарст. — Только необходимо будет договориться со свободными капитанами. И тот же «Харон», скорее всего, отпадает. Капитан Сатоши Хирояки дал понять, что до того момента, пока не будет завершён контракт со Сканнингом, он будет против нас.
— С Сатоши я разберусь сам. Как и с остальными свободными капитанами. На тебе и Гефесте — освобождение цитадели от бойцов союза, — сказал Кинг своему ученику.
  
Гилдарст пристально посмотрел на него и слегка прищурился.
— Что ты хочешь за свою помощь? Я не уверен, что смогу предложить цену, которая тебя устроит. Одно дело — помочь разобраться с Кастором и Энио, и совсем другое — выступить против союза во главе с Таймлином.
— Равные условия на управление Окинавой. Создадим триумвират. Ты, я и Гефест.