Товарищ маск (СИ)
А сейчас просто сидел в своём кабинете, глядя на большой экран, где отображались планы на ближайшие месяцы и тупо на низ смотрел. Нет, вовсе не как баран на новые ворота, но уже всё это наизусть знал, но всё пытался изыскать возможность ускориться. Мне не хватала прежнего темпа жизни, но увы. Вот здесь у нас NexGen теперь была частью нашей стратегии в Германии. Прямо передо мной лежал анализ перспектив поглощения Robotron, в особенности их подразделения, разрабатывающего микросхемы. Но это всё упёрлось в нерешённость по сути политических вопросов. А это был важный шаг в попытке не только закрепиться в Европе, но и создать мост между восточноевропейскими технологиями и западными стандартами.
Да и в целом, почему бы не организовать производство компьютеров на настоящих IBM-совместимых процессорах исключительно для восточного блока. Нет, не думаю, что они так просто бы согласились для нас свой рынок, но будем откровенны, времени у СССР оставалось мало и ничего там порешать нельзя. Те, кто хочет что-то сделать для его сохранения, конечно, есть, но мы помним, чем закончился августовский путч соплежуев. Правильно, он только ускорили распад Советской империи. Такая вот заковыка. Сейчас как раз и совещались по поводу немцев. Доклад Дэвида Холмса, главы RD, был лаконичен, но информативен.
"Илон, проектировщики NexGen уже работают над адаптацией своих технологий к нашим и к требованиям европейского рынка, - начал он. - Мы провели несколько встреч с инженерами Robotron, чтобы оценить их потенциал".
Я нахмурился. Как его сейчас оценивать, если они не имеют практического опыта работы с современными технологиями? Ладно, просто слушаем.
"Что с результатами?" - задаю естественный в такой ситуации вопрос.
"Смешанные. Их технологии действительно интересны, но у них устаревшее оборудование. Нам придётся инвестировать, чтобы довести их до уровня NexGen. Но если это сделать, у нас будет уникальная возможность".
После его реплики сильно так задумался, глядя на графики и таблицы. Это был риск, но, если всё пойдёт по плану, а когда оно так бывало, результаты могли превзойти все ожидания. Главная беда, что неожиданности могли нас поджидать с любой стороны и их никак нельзя вот так по щелчку пальца устранить.
***
Процесс натурализации шёл своим чередом. Сатоми каждый день напоминала мне о статусе документов, чем страшно меня тяготила. Да, для развития бизнеса это было хорошо, но душа протестовала и приходилось каждый день её прессовать и убеждать себя, что делаю правильное дело.
"Ваше заявление прошло первый этап, но нужно будет подтвердить наличие инвестиций в социально значимые проекты", - сообщила она утром за чашкой чая.
"Какие-то проблемы?" - немного удивлённо поинтересовался у неё.
"Пока нет, но сроки затягиваются из-за бюрократии. Мы делаем всё возможное, чтобы ускорить процесс".
В какую бы эпоху что не происходило, главными врагами хорошего всегда были дураки и чиновники. Ну, а раз мы за всё хорошее и против всего плохого, нам и палки в колёса. Понимал, конечно же, что Россия не уникальна и в Америке ничего не происходит быстро, особенно если дело касается иммиграции. А значит, оставалось только ждать. Это было неизбежно.
***
Однако, вовсе не значит, будто всё замерло и только доделывалось. Где-то там началась реализация ещё одной идеи – покупка французского инвестиционного банка Banque Générale Européenne. Этот проект, возможно, был менее амбициозным, чем дела в Германии, но он открывал выходы на европейские рынки нас как местных инвесторов, а именно, по покупке ASML пока ещё вовсе не доминанта мирового рынка по производству литографического оборудования. Кстити, так можно продать собственное оборудование самим себе, как немцам. Но это потом. Пока всё на стдии идей.
"Эндрю, какие у нас шансы профинансировать эту покупку через активы Second National?" - вернулся к вопросу покпки французов.
Эндрю Миллер, мой финансовый директор, был на высоте.
"Достаточно высокие. Мы можем выделить средства, не нарушая наши обязательства перед акционерами. Французский банк стоит недорого по сравнению с их активами, и интеграция будет проще, чем с NexGen."
"Тогда займитесь деталями. Желательно, чтобы покупка шла от имени банка, но реальными бенефициарами стали в итоге мы. Франция может стать нашим следующим большим шагом".
Собственно, это и было всё. Основная нагрузка ложилась на купленный нами бан, а мы лишь в этой сделке выступали заинтересованными лицами. Потому мне и было несколько не весело. Всё шло без моего участия. Так ведь реально построю церковь, в смысле, пойду балду кружить, то бишь, учиться в американский университет. Да блин, это и был тот самый момент, когда подчинённые просто не знают, чем занят их начальник, вот и приходится выдумывать поводы, чтобы не забыли, что вообще есть на свете.
Ну а раз такое дело и оно в реальности весьма важно, то почему бы ещё кого-нибудь не побеспокоить и не помешать работать. Так что вернулся к теме Robotron и вызвал Дэвида Холмса для ещё одной встречи. Его аналитика обрисовывала реальную картину.
"Илон, мы провели анализ их проектировщика. Это сильная команда, но без инвестиций они не выживут. Нам нужно не только вложить деньги, но и интегрировать их в нашу систему."
Всё это можно было бы и в прошлый раз узнать, но лучше разные темы не перемешивать. Здесь многозадачных управленцев немного. Ещё поломаю им в мозгах чего. Так что делаем всё строго последовательно, чтобы все ко всему были готовы.
"А политические риски?" - задал ему уже традиционный вопрос.
"Они значительны, но не критичны. Немцы заинтересованы в приватизации, однако, осторожны с иностранными покупателями. Мы должны показать, что заинтересованы в их развитии, а не просто в извлечении прибыли".
Ответил он весьма размыто и ровно то, что от него и ждали. Ну а что, вопрос не стал неожиданным, а значит и ответ, весьма нейтральный, был подготовлен заранее.
Вот так вечером и остался в офисе один. Что тут особо скажешь? Как по мне, так ничего. Один, это не значит, что совсем прямо один. На самом деле даже секретари не могут уйти, не отправившись, если я на работе, не говоря уж про Сатоми. Работа у неё такая, быть этакой бойцовской собакой на моём коротком поводке, которую в любой момент могу спустить на кого угодно и тогда держись…. Да, уже все заметили такую закономерность, если у неё покоя нет, то у всех будет жопа в мыле. Ну, а сейчас, она сидит тихо, то и сотрудники растворяются бесследно. А то мало ли какая шальная идея у меня возникнет. Да…. Я же в этот момент глядя на огни Торонто, думал только о том, насколько сильно изменился мой мир за последние годы. Германия, Франция, Америка...
"Нет, никто-то хочет всего этого, а сам, но что, если что-то пойдёт не так? Стоит ли риск того, чтобы утратить контроль над своей судьбой?"
А кто сказал, что дам такому случиться без боя. Нет, раз такая фигня приходит в голову, нужно начинать думать по-другому.
Буквально, через несколько дней, произошло событие, которое закружило вокруг себя всё. Для меня началось всё с того, что в кабинет буквально ворвалась Сатоми, аккуратно держа перед собой папку с новыми отчётами. Лицо её было серьёзным, что случалось нечасто. Уже только поэтому можно было догадаться, что новости будут сложные.
"Илон, пришли известия из Германии. Они касаются Роведдера. Его убили."
Вот тебе бабушка и Юрьев день. Он, между прочим, и возглавлял тот самый Попечительский совет, который и ведал приватизацией в бывшей ГДР. Да, для нас уже бывшей, но всё ещё формально существующей в восточном блоке.