"Фантастика 2025-118". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

– А для кого еще один прибор? – поинтересовалась Алида, решив отведать вишневых пирожков, а заодно и домашний ирис с орехом, и шоколадные пряники с начинкой, и карамельное суфле. Ричмольд встревоженно наблюдал, как сладости стремительно исчезают во рту его знакомой, а сам лишь прихлебывал чай из фарфоровой чашки.
– Наш сын чудовищно непунктуален, – вздохнул хозяин. – Снова опаздывает к ужину.
  
Несмотря на роскошное убранство замка и восхитительно вкусные десерты, Алиде было здесь неуютно и даже жутко. Ей казалось, что незнакомые люди осуждающе смотрят на нее с гобеленов и картин, и она представляла, как по ночам сквозь каменные стены просачиваются завывающие беззубыми ртами призраки. Она вздрогнула и отправила в рот еще одно пирожное. Ей было спокойнее, когда она что-то жевала.
– А тебе платье тесно не станет? – осторожно спросил Ричмольд. – Кажется, у тебя сильная зависимость от сладкого. Ничего, в городском лазарете и не такое лечат.
– Сладкое помогает мне чувствовать себя комфортно, – ответила Алида. – А ты почему не ешь?
– Я не настолько зависим от еды, – фыркнул Рич.
Вдруг на мгновение все свечи погасли, погрузив зал в непроглядную тьму, а когда снова стало светло, Алида не смогла сдержать испуганный крик. На пустующем месте за столом появился уже знакомый рогатый паренек, назвавшийся «другим».
– Оу, папа, у нас гости? – спросил он, подвигая к себе все тарелки с едой, до которых смог дотянуться.
Ричмольд пролил на себя весь чай из чашки и ошарашенно уставился на рогатого.
– Рич, это он был в лесу, это он выключал свет и повалил то дерево! Я же говорила, что видела лесного духа, а ты мне не верил! – горячо зашептала Алида на ухо приятелю, пока Мурмяуз шипел на крылатое существо.
Хозяин замка вдруг от души рассмеялся.
– Мелдиан, ты что, представился девушке духом? Это так ты хотел завоевать ее доверие?
– Ну а что, не признаваться же в первую встречу, что я ожившая горгулья с восточного фасада, – пожал плечами альюд. – А, собственно, зачем мне ее доверие? – Он недоуменно воззрился на отца, и Алида заметила, как расширились его глаза. – Погоди-ка, пап, не намекаешь ли ты на то, что у нее есть… то, что нас интересует?
Мелдиан впился в лицо Алиды взглядом черных глаз без зрачков, тогда как мысли в голове у девушки сплелись в клубок. Мелдиан… Рогатый демон с оперенными крыльями… Выросший из ниоткуда замок… Хозяин в черном плаще на карете, запряженной тройкой летающих лошадей… Фрагменты этих событий начали складываться в целую картину, как сюжет на витраже, напоминая какую-то историю, которую она читала очень давно. Она поднялась из-за стола и подергала Ричмольда за рукав.
– Куда это вы собрались? – насторожился Мелдиан. – Папа еще не все вам рассказал.
– Хорошие детишки моют руки после еды, – вальяжно развалившись на стуле, произнес хозяин. – Пускай посовещаются. Бежать им все равно некуда.
Задыхаясь от волнения и нахлынувших догадок, Алида вытолкала Ричмольда в коридор и дрожащими руками достала из сумки книгу сказок.
– Будем сказки читать? – спросил Ричмольд.
– Погоди, где же это было… – Пальцы как назло не слушались, листая плотные, пожелтевшие от времени страницы. Наконец Алида нашла, что искала, и сунула книгу под нос Ричмольду.
– Читай! Мы в замке Вольфзунда, величайшего темного мага всех времен, предводителя всех демонов преисподней! – всхлипнула Алида, не узнавая свой тонкий, срывающийся голос.
– И с чего такие выводы? – нахмурился Ричмольд, бегая глазами по развороту книги, однако Алида заметила, что в его голосе больше нет прежнего скептицизма.
– На высочайшей горе примостился Черный Замок, величественный, как беззвездная ночь, устрашающий, как небесный гром, – нараспев начала Алида. Она, сама того не подозревая, хорошо помнила текст этой жуткой сказки, но разве могла она предположить, что сама окажется втянутой в этот сюжет? – Господин в плаще – сам Вольфзунд, женщина в платье – его жена Перинера, а их сын Мелдиан – тот рогатый дух, – объяснила Алида, удивляясь, как странно и жутко звучат ее слова. Одно дело верить в добрых волшебников из сказок. Другое – неожиданно попасть в логово к демону.
– Надеюсь, я всего лишь сплю в своей постели в астрономической башне, – мрачно произнес Ричмольд и устало потер пальцами переносицу.
– Надо скорее бежать, Рич, – всхлипнула Алида, чувствуя, как к глазам подбираются коварные слезы.
– Ты, наверное, не заметила, но с трех сторон от замка отвесные скалы. – Ричмольд выразительно посмотрел на нее. – А если на то пошло, то ворота, подозреваю, запираются чем-то посильнее обычного дверного замка. Для начала попробуем поговорить с этим Вольфзундом и выяснить, зачем мы ему нужны.
Они вернулись в зал и снова сели на свои места. Алиде больше не хотелось набивать живот сладостями, какие бы соблазнительные ароматы они ни источали.
– Вижу, вы ребята образованные, – ухмыльнулся Вольфзунд. – В былые времена далеко не все умели читать. Что ж, настало время кое-что вам рассказать. Мелдиан, чавкай, пожалуйста, потише, – раздраженно бросил он, и Рич закашлялся, пытаясь проглотить сразу все, что было у него во рту. – Итак, для начала проясню, что никакие мы не духи, как вы думаете. Мы всего-навсего альюды. Другие.
– Что значит другие? – пискнула Алида. От всех этих новостей у нее начала кружиться голова, и она впилась пальцами в локоть Ричмольда, чтобы не упасть со стула.
– Просто другие. Не такие, как вы. Не люди. Нас не так много, как вас, зато мы обладаем целым рядом преимуществ, – объяснил Вольфзунд.
– Каких? – спросил Ричмольд.
– Вечная жизнь и практически беспредельная магическая сила, – широко улыбнувшись, ответил хозяин мрачного замка. – Человеческие колдуны вряд ли когда-нибудь приблизятся к нашему уровню владения магией.
– Вы хотите сказать, что и среди людей есть волшебники? – произнесла Алида, с трудом сдерживая радость в голосе. Она ведь говорила, а бабушка ей не верила! Как жаль, что бабушка этого сейчас не слышит.
– Язык не поворачивается называть их волшебниками, – пренебрежительно отозвался Вольфзунд. – Кое-какую ворожбу они сотворить, конечно, могут, даже довольно ощутимую, но человеческая корысть непременно все портит. Они продают свои услуги, как торгаш на ярмарке продает засохший мармелад. Берут золотом за любую магическую услугу, тогда как у нас, альюдов, действуют совсем другие принципы.
– А вы разве ни за что не брали деньги? На какие средства тогда отстроили такой замок? – нахмурился Ричмольд.
– С нами расплачиваются услугой за услугу, малыш, – хмыкнул Альюд. – На крайний случай, всегда можно расплатиться собственной душой.
Алида вздрогнула, представив, как Вольфзунд помещает человеческие души, похожие на завитки молочного тумана, в баночки и расставляет их на полках в подземелье замка. От фантазий ей стало еще дурнее.
– Человеческие волшебники сбиваются в стада, как овцы. Альюды чаще действуют в одиночку. Ближайшее стадо магов-людей находится в Биунуме и гордо именует себя Магистратом. В Магистрат раньше входило тринадцать магов, уж не знаю, сколько их там сегодня. И сейчас я больше всего хочу поквитаться с Магистрами за обман.
– Что вы с ними сделаете? – спросила Алида испуганным шепотом. – И чем они вам так насолили?
– Всего лишь восстановлю справедливость, – ответил Вольфзунд. – И я очень надеюсь, что ты, маленькая Алида, мне в этом поможешь.
Тишина, застывшая в воздухе, нарушалась только чавканьем Мелдиана, который продолжал пожирать все блюда со стола.
– Но… как же я это сделаю? – тихо спросила Алида. – И зачем?.. И почему именно я?!
  
– Пятьсот лет и один день назад Главе Магистрата удалось обмануть меня самым подлым образом, – сказал Альюд. – И это был первый и последний раз, когда я легкомысленно поверил людям. Тогда мы заключили Договор, согласно которому вся магия этого мира может принадлежать в равной степени людям и альюдам, сосредоточившись в одном предмете – колдовском Манускрипте. Но ушлый Магистр встроил в Договор заклятие, которое заперло нас в небытие. Срок Договора истек, наш народ свободен, но я больше не собираюсь зависеть от людей. Мне нужно собрать эту книгу, которая хранит в себе нашу магию, и стать ее единственным владельцем. Ее часть находится в твоей премиленькой сумочке, Алида. А еще одна часть – у твоего друга. Отдайте мне ваши страницы и идите на все четыре стороны.