"Фантастика 2025-118". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
Глава 10,
в которой все дороги ведут в одну сторону
«Когда все это закончится, – думала Алида на бегу, едва справляясь с дыханием, – когда бабушка будет со мной и мы заживем как прежде, я больше никогда не буду бегать. Даже если на нашу улицу приедет лавочка с бесплатными яблочными слойками, я пойду к ней медленно-медленно».
Алида неслась, едва касаясь ступнями булыжников, и тяжелые волосы бились о спину, а некоторые пряди лезли в глаза, мешая рассмотреть дорогу. К удивлению, она пока не столкнулась ни с кем, несмотря на то, что улицы города были до отказа забиты мечущимися людьми. Кто-то бежал к центру, кто-то, напротив, к окраинам. Горожане отбивались от жандармов всем, что смогли захватить из своих домов: кухонными ножами и отбойниками для мяса, охотничьими ружьями и даже простыми строительными досками. Но получалось не слишком успешно: магистратские служащие умели стрелять и драться гораздо лучше, чем мирные жители.
Алида увидела, как в окно одного из каменных домов служащий в форме забросил горящий факел. Занавески мигом вспыхнули, а потом огонь перекинулся на деревянные панели стен. Всё новые крики с каждой секундой вплетались в городской вой, и из горящих домов высыпались семьи, попадая прямиком в лапы жандармов.
Алиде было очень страшно, и кровь стучала в ушах, заглушая мысли. Она неслась куда глаза глядят по переплетениям улиц. Несколько раз Алиду едва не схватили, но каким-то чудом ей каждый раз удавалось вывернуться. «Не иначе Первый Волшебник оберегает меня», – решила она, задыхаясь и судорожно втягивая в себя воздух.
Несясь по улицам, она видела, как стражники волокли целую семью, включая взрослых.
– Дорогу! У нас колдуны! – кричали их провожатые. Женщина – мать семейства – что-то громко запричитала, но ее ударили револьвером по затылку, и она обмякла в руках жандарма.
– Колдунов на площадь, – скомандовал старший по званию. – Закладываем костры!
Город слился в общем безумии, горел в агонии, и не было ей конца. Ужас парализовывал, но остановиться Алида просто не могла и неслась дальше в поисках хоть какого-то укрытия… Она вспомнила старую сказку про заколдованные башмаки, заставляющие плясать до упаду любого, кто их наденет, и подумала, что сейчас с ней происходит что-то очень похожее.
Не чувствуя стоптанных ног, она перепрыгнула через тело убитого мужчины. Алида подняла глаза и почувствовала, как между лопаток расползается неприятный холодок. Ей ухмылялись трое жандармов.
Алида дернулась в сторону, но ее уже крепко держали за локти. Завизжав, она попыталась лягнуть служащего, но тот лишь усмехнулся.
– На кого ты учишься, девочка? – спросил он. – Где твой наставник?
Алида вцепилась зубами в запястье захватчика, сморщившись от отвращения, когда в нос ударили запахи пота и табака. Он зашипел и наотмашь ударил ее по лицу. На секунду Алида перестала слышать, но скоро вся лавина звуков вновь обрушилась на нее.
– Тащим в телегу, – сказал тот, кто держал ее.
– Постой-ка, Албер, – перебил его второй. – Что у нее на шее? На вороте какой-то рисунок…
Он схватил платье Алиды сзади за воротник и потянул кверху. Ворот надавил на горло, и она закашлялась.
– Знак цыган, – презрительно бросил тот, кого назвали Албером. – Ведьма. Ведите на площадь.
– Что?! – Алида задыхалась. – Нет-нет! Подождите! Я… я не колдунья! Я ученица… – Она замялась. – Ученица швеи! Вышивальщица! Я нашла этот узор в книжке и решила…
Широкая ладонь зажала ей рот. Видимо, жандармам надоело ее выслушивать. Алиду схватили под мышки и поволокли к повозке, где уже было несколько девушек и два парня, испуганно и обреченно разглядывающих ее.
– Сбавьте обороты, орлы, – сказал вдруг кто-то, и Алиду нехотя опустили на землю.
Жандармы стушевались, глядя на сгорбленную фигуру верхом на темном коне. Алида нахмурилась: она не могла разглядеть лица всадника, оно было скрыто капюшоном, зато в глаза бросался уродливый горб на спине. Юная травница удивилась, как горбуну удается держаться в седле.
– Добрый вечер, господин Колдовукс, – сказал Албер и вытянулся в струну перед всадником. Остальные жандармы тоже выпрямились и отдали всаднику честь. Алиде показалось, что она слышала, как горбун фыркнул. Она дернулась, но ее слишком крепко держали за руки.
– Я знаю эту девушку, – сказал горбун, и Алида перестала вырываться, разглядывая всадника. Колдовукс? Кто это такой? И откуда он ее знает? Она не могла припомнить, что была знакома с каким-то горбуном. Может, к ним с бабушкой кто-то приходил лечить проблемы со спиной? В таком случае, лечение прошло не слишком удачно…
– Прошу прощения, господин, – произнес Албер. – Мои люди приняли вашу знакомую за колдунью. Мы сейчас же отпустим ее.
Горбун вскинул вверх руку в кожаной перчатке и вздохнул. Жандармы переглянулись: наверное, этот жест что-то значил для них.
– Нет-нет, только не отпускайте. Передайте ее мне.
Конь горбуна нервно всхрапывал: ему явно было неуютно посреди мельтешащей, кричащей толпы. Жандармы подвели Алиду ближе. Она вскинула голову, но все равно не смогла разглядеть лица всадника. Жандармы подхватили ее и усадили на коня позади горбуна. Она даже не успела опомниться и машинально ухватилась руками за спину мужчины. Ей показалось, что горб на ощупь какой-то странный, но она не успела хорошо обдумать эту мысль, – конь сорвался с места, будто только и ждал команды. Алида взвизгнула и крепче вцепилась в спину всадника. Сильное животное мчало по переплетениям улиц, и люди в испуге бросались врассыпную.
– Будь добра, не щипайся так сильно, – произнес незнакомец совсем не тем голосом, которым разговаривал с жандармами.
Алида, недоумевая, чуть ослабила хватку и на всякий случай зажмурилась, чтобы не так страшно было падать.
Внезапно Алиду осенило: она оставила Рича там, посреди пылающего города. Беспомощного и обездвиженного. Желая отвести преследователей от друга, она создала и себе, и ему новые неприятности. Алида осторожно открыла глаза: конь скакал по мосту, впереди виднелась одна из пригородных деревенек. Биунум остался почти позади.
– Фух, тут хотя бы дышать можно, – проворчал всадник и скинул капюшон. Перед лицом Алиды появились заостренные рога, а в следующий миг Колдовукс обернулся и подмигнул ей обсидианово-черным глазом.
– Привет, узнала?
– Мелдиан! – воскликнула Алида. Она испытала такое облегчение, что ей даже стало неловко, что она так радуется обществу альюда.
Он расправил два крыла, и ткань плаща мягкими складками сложилась между ними на спине. Алида наконец поняла, что это крылья создавали видимость горба.
– Думаю, уже можно, – сказал Мелдиан, и Алида почувствовала, как ее желудок ухнул куда-то в область пяток. Конь взбежал по воздуху так же легко, как скакал по земле, и прохладный свежий ветер приятно зашевелил волосы. Алида ухватилась за пояс альюда, чтобы случайно не выдернуть перья.
Небо над ними было черным, сотни ярко-голубых звезд испещряли его, а внизу пылал город, выбрасывая вверх снопы алых искр и клубы серого дыма. Крики, слившись в сплошной вой, взлетали к небесам, словно это сам город стонал в агонии.
– Мел! – спохватилась Алида. – Мел, нам нужно назад! Там Рич! Я спрятала его на перекрестке улиц Моховой и Изумрудной… Или Платиновой и Каштановой? Нам нужно его забрать!
– Слушай, какая потрясающая забота, – съязвил альюд. – Говорил мне папа, что люди редко бывают верными друзьями.
– Ну, Мел! – крикнула Алида. – Это ни капельки не смешно! Я спрятала его от этих мерзавцев в синих рубашках, а сама побежала, отвлекая их. Я честно хотела вернуться за ним, но…
– Но забыла, это я понял. Это вполне в духе человеческих женщин, если я успел их достаточно изучить.
– Мел!
Алида изо всех сил дернула его за крыло и вырвала парочку белых перьев. Мелдиан вскрикнул от боли и пустил коня почти вертикально вверх. Алида закричала, чувствуя, что соскальзывает со спины лошади.