"Фантастика 2025-118". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

Алида опасливо поглядывала на чёрные зеркальца воды, в которых отражалось мутное небо: не вскинется ли из ила скрюченная белая рука? Не вспыхнет ли колдовской туман-огонёк? Не подмигнут ли из камыша страшные глаза болотника?
– Ти-иль, как же здесь противно! Только и жду, когда что-нибудь дурное случится. Вечно кажется, будто вот-вот и схватит кто-нибудь за подол.
– Ну, могу я схватить, чтобы не томить тебя ожиданием, – усмехнулся музыкант.
  
– Да ну тебя, – проворчала Алида.
Дул мерзкий холодный ветер с колкими крупинками снега, и по земле уже начинали кружить белые вихри, собираясь горстками льдистой муки между торфяными холмиками. Алида хмурилась, пытаясь вспомнить какой-нибудь чудесный способ обезопасить себя. Что-то должно быть такое… Веточка полыни? Нет, это от русалок, а русалки на болотах не живут, хоть и родственницы моурам. Сплюнуть три раза через левое плечо? Вряд ли поможет. Даже сколько-нибудь сильных наговоров она не знала, которые могли бы развеять такой плотный мрак колдовских сил.
И тут она вспомнила кое-что.
– Даже самый тёмный путь станет светлее, если позволить музыке озарить его… – прошептала Алида. – Тиль, я, кажется, поняла. Мел сказал мне это, когда я покидала замок. Он был прав! Его свирель зачаровывает сиринов. А у тебя есть гобой. Музыка – то же волшебство, правда? Может, твоя игра заворожит моуров? Давай попробуем, Тиль!
– При случае попробуем, – беспечно отмахнулся музыкант. – Если нам снова будет угрожать опасность. Пока-то всё в порядке, верно, Клари?
– Верно, – неохотно согласилась Алида. – Но расслабляться нельзя. Нельзя, слышишь?
Тиль рассмеялся и заверил её:
– Конечно-конечно, грозная мышка, я напряжён как никогда. Вот, смотри, специально кладу руку на гобой, чтобы при первом удобном случае закатить концерт на все болота.
– Ты, видимо, сохраняешь присутствие духа даже в самых странных и сложных ситуациях, – хмыкнула Алида. – Знаешь, музыкант из Зелёного Лога, я даже завидую этому твоему умению.
– Значит, благодари Первого Волшебника, что я всё-таки не ушёл домой, а остался и не позволяю тебе унывать.
– А я и так благодарю, – серьёзно ответила Алида.
Ветер завыл с остервенелой яростью, покалеченные деревья надрывно заскрипели, и Алида испугалась, как бы влажная почва не изрыгнула из себя их перегнившие корни. Кемара с трудом справлялась с ветром – её грузное уродливое тело, застрявшее где-то посередине между птичьим и человеческим, несуразной фигурой темнело в небе. Алида беспокоилась, как бы она совсем не замёрзла в своём тонком платье, наброшенном на получеловеческое тело.
– Есть хочется, – посетовал Тиль, пряча нос в ворот плаща. – Может, ну его, рыжего? Устроимся под кустом, баранки твои погрызём.
– Подожди.
Алида внимательно всмотрелась ввысь. Ей показалось, что от Кемары полыхнуло сильным страхом. Девушка-сорока застрекотала, как безумная, и заметалась у Алиды над головой.
«Там, он там. Совсем близко. Я вижу, вижу его!»
Сердце Алиды подпрыгнуло, не то от радости, не то от страха. Она сильно сжала запястье Тиля, и он даже зашипел от боли. Алида повернулась к нему, чувствуя, как щёки начинают пылать лихорадочным румянцем.
– Тиль, он нашёлся! Ричик нашёлся! Бежим скорее, пожалуйста!
Тиль сокрушённо покачал головой, но Алида, не обращая на него внимания, помчалась вперёд, туда, куда указывала Кемара. В груди бушевала странная смесь радости, предвкушения встречи и затаённого страха. Скоро, скоро, уже сейчас! Она перепрыгивала через топкие лужи, пробиралась через кусты и заросли камышей. Мурмяуз отстал, недовольно заворчал и шмыгнул куда-то в сторону, должно быть, отыскивая более удобный и безопасный путь.
Кемара каркнула ещё раз и, круто развернувшись, устремилась к большому засохшему дереву. Алида поняла, что сорока предоставила ей возможность действовать самой. Алида оглянулась – Тиль упрямо шёл за ней, раздвигая руками последние камыши перед заиндевелой пустошью.
– Тиль, – позвала она. – Не ходи со мной. Пожалуйста. Ты разозлишь его.
– Но что, если он снова тебя ударит? – Обычно грустные глаза музыканта вспыхнули праведным гневом. – Кто защитит тебя?
– Милый Тиль. – Алида подошла к нему и взяла за руку. – Всё будет хорошо. У меня есть меч, забыл? Я грозный соперник.
Тиль улыбнулся уголком рта и притянул Алиду к себе.
– Только позови, и я примчусь, Клари. В любой миг. Я не сведу с тебя глаз. Будь осторожна, прошу тебя.
– Обещаю, – сказала она.
Тиль поцеловал её – по мнению Алиды, слишком крепко и пылко, будто она собиралась надолго покинуть его. С трудом вырвавшись из его рук, она побрела дальше, уже без спешки, продумывая каждый шаг.
Впереди простиралась пустошь – сизая, мёртвая, скованная морозом. Запах колдовства неподвижным маревом разлился в воздухе. Алида разглядела одинокую тонкую фигуру, замершую в сотне шагов от неё, и дыхание на миг замерло.
Он ждал её, и ей ничего не оставалось, кроме как покорно пройти это расстояние, чтобы встретить его лицом к лицу.
На нетвёрдых ногах Алида зашагала вперёд, стараясь не оступиться и не провалиться в топь. Чернокнижник угрюмо склонил голову и молча смотрел на неё, неподвижный, как одно из мёртвых деревьев.
– Здравствуй, – прошептала Алида, подойдя ближе. – Здравствуй, Ричмольд.
Она остановилась, вглядываясь в такое знакомое лицо, но не узнавая его. Всклокоченные волосы потемнели, когда-то ясные глаза затянула кромешная тьма. Одежда висела на нём мешком: тело истончилось, и с его высоким ростом он сейчас выглядел как сказочный палочник – человек, состоящий из веток и сучков. Плащ истрепался и сбился набок, его полы грязной бахромой колыхались на ветру. Алида поняла: Чернокнижник вскинул голову, пытаясь казаться величественным, но выглядел просто-напросто жалким. Сердце её кольнуло, будто ледяной ветер пробрался сквозь рёбра.
– Здравствуй. Я ждал тебя.
– Ты не Рич. Где он? – дрогнувшим голосом спросила Алида.
– Где Рич? – Чернокнижник в притворном изумлении оглянулся по сторонам, выискивая кого-то. – Его больше нет. Я его убил.
Он растянул губы в жутком подобии улыбки, и Алида содрогнулась.
– Ты помнишь меня? – Она судорожно думала, что можно сказать такого, что заставит его перестать гримасничать и поговорить с ней серьёзно. Почему-то раньше ей казалось, что разговаривать с Чернокнижником будет не так трудно. Она даже не придумала, что именно скажет ему, и сейчас проклинала свою глупость.
– Кажется, твоё лицо мне знакомо, – расплывчато ответил он. – Но внутри ты тоже другая. Не такая, какой хочешь казаться. Я чувствую в тебе силу.
Он шевельнул пальцами, и в груди Алиды проснулось что-то горячее, совсем не похожее на манящий зов Вольфзунда. Это чувство было тёмным, похожим на палящую ярость, ставшую её частой спутницей. Лёгкие сдавило. Она вздохнула, жадно хватая ртом воздух, и сложилась пополам.
– Клари! – закричал Тиль.
– Всё в порядке, Тиль, – через силу ответила Алида, стараясь, чтобы голос звучал как можно ровнее. – Стой там!
– О, – притворно удивился Чернокнижник. – Кажется, я знаю этого недоумка. Что он здесь делает? Пришёл, чтобы мешать нам?
– Он защищает меня от тебя.
– Неужели? Прям так и защитит?
Он недобро сверкнул глазами, и Алида не на шутку перепугалась. Зря, зря она дразнит колдуна! Нужно скорее что-то придумать, но на ум, как назло, ничего не приходило.
– Не возражаешь, если мои слуги приглядят за ним? – спросил Чернокнижник как бы невзначай.
– Твои слуги? – не поняла Алида.
Не дожидаясь её согласия, он широко развёл руки в стороны, будто хотел обнять все Мёртвые Земли. В истрепавшейся одежде, с отросшими спутанными волосами он некстати напомнил Алиде пугало, какие часто ставили на кукурузных полях. Только вместо забавной намалёванной рожицы – зловещая ухмылка да безумные глаза, а вместо золотой кукурузы – покрытые инеем болотные кочки с чёрными лужами стоячей воды.