Специалист по кадрам (СИ)

На входе не было охранника, который бы проверял дресс-код или требовал членские билеты. С одной стороны это может значить, что вход свободный. С другой стороны, слабоосвещенное крыльцо заведения вызывает ощущение, что посетителей здесь вообще не ждут. Во всяком случае случайных посетителей. И все же я уверен, мое магическое видение привело меня сюда неспроста. Так уже бывало и раньше. Когда не знаешь, куда идти, доверься видению, оно само приведет, куда надо.
  
Толкнув створку двери, я оказался в приятной полутьме большого зала, который раскинулся по обе стороны от входа и поделен на множество секторов, в которых могли сидеть компании по десять человек. Сейчас большая их часть пустовала.
Я прошёл вперёд к современному, то есть скорее европейскому бару, который был оформлен без кислотно-технологичных излишеств. Лишь стояли подсвеченные светодиодами бутылки, где-то в недрах играла музыка, в которой можно было бы угадать традиционный джаз с саксофоном.
За стойкой бара возвышался нетипично высокий для японца бармен, который к тому же был ещё и выбрит налысо. Окинув меня цепким взглядом, бармен какое-то время раздумывал, будто решал, обслужить или указать на дверь. По-моему, он начал склоняться ко второму.
— Вероятно, вы ошиблись дверью, — сухо сказал он по-английски.
Немного странно слышать такое от представителя заведения, в котором в вечернее время пустует две трети столов. При других обстоятельствах я бы наверно просто вышел и поискал другое место, но, во-первых, я задолбался искать, а, во-вторых, теперь я точно уверен, что видение привело меня сюда не просто так.
Энергетика бармена меня потрясла. Я таких еще не встречал. Правая сторона ауры у него нормальная человеческая. А левая… левая сторона будто бы принадлежит… не магу, конечно, но магическому существу. Тётя Ева таскала меня на охоту на магических тварей. Так вот левая сторона ауры бармена выглядит именно так.
— Уверен, что не ошибся, — я ответил по-японски, чем явно бармена удивил.
Он стал смотреть на меня совершенно иным взглядом, мне даже показалось, что он меня незаметно пытается обнюхать, как хорошо воспитанная охотничья собака.
— Русский? — спросил он, выставив на стойку высокий бокал.
Я так и не понял, это он угадал мою национальность или произнес название коктейля, но я согласно кивнул, и он налил мне в этот стакан водки и кофейного ликера.
— За счёт заведения, — лысый бармен продолжал с любопытством меня разглядывать.
— Могу попросить меню? — осторожно спросил я.
— Садитесь за столик. Официант сейчас подойдет, — невозмутимо ответил бармен.
Половина первого этажа отдана под кафе, где люди могут есть, пить, разговаривать. А вторую половину занимали столы для бильярда, выполненные в европейском стиле, игровые автоматы, столы для карточных игр, и, кажется для игр в кости риичи, что-то вроде местного домино.
Вооружившись стаканом, я присел за один из столиков в изолированной зоне и, действительно, из ниоткуда появилась японка, которая обратилась ко мне на достаточно хорошем английском.
— Что вам угодно?
Первым делом я просканировал ее ауру, убедившись, что она имеет такую же двойную энергетику как и бармен.
— Я говорю по-японски, — сообщаю приветливо, — Можете посоветовать что-то молодому стажёру, который только что устроился на работу и ужасно голоден?
Официантка посмотрела на меня оценивающе.
— Суп бутадзиру, салат из огурца и ламинарии, скумбрия на горячем огне якизакана.
Официантка назвала много блюд и, я надеюсь, не слишком дорогих для бывшего студента. Я подтвердил заказ и, когда она ушла, начал сканировать немногочисленных посетителей этого странного клуба. Люди самые разные на вид и разных возрастов. Некоторые сидят компаниями, но чаще — парочками. И все они, все до единого имеют такую же двойную ауру: правая сторона человеческая, левая сторона имеет энергию магического существа, не мага, а именно магического существа. Магов я видел немало. Я даже могу определить по ауре, к какой стихии относится тот или иной маг. Но эти точно не маги. Кто они все, черт возьми, такие? Тетя Ева про таких двойных людей не рассказывала.
Мне принесли еду. Я начал есть и позволил себе отвлечься от пристального наблюдения. Еда бесподобная. Не одну только лапшу, оказывается, едят японцы. Готовить они умеют. Я смел все, что мне принесли, полностью одобрив выбор, предложенный официанткой.
Когда я перешел к чаю, в зал вошли двое японцев в деловых черных костюмах. Один был в черных солнцезащитных очках, что по темному времени суток выглядело нелепым. Вот только эти двое совершенно точно пришли сюда не для того, чтобы посмешить посетителей нелепым видом. Как раз наоборот, все присутствующие в зале явно напряглись. Разговоры смолкли. Люди, или кто они на самом деле, перестали есть и пить. Ненавязчивая музыка, доносящаяся из глубин заведения, стала вдруг казаться чрезмерно громкой.
Двое в черных костюмах подсели за столик к одинокой миниатюрной японке, не спрашивая разрешения. Эти двое пришли как хозяева. Причём эти «люди в черном» реальные люди. У них аура обычная человеческая. И хамство тоже обычное человеческое. Они начали отдавать распоряжения властными голосами: один потребовал черного сакэ, другой — белого сакэ. А потом ни за здрасьте на ровном месте тот, что был в черных очках ударил миниатюрную японку наотмашь со всей дури.
Я думал, такая маленькая женщина костей не соберёт от удара. Она в самом деле рухнула вместе со стулом. Но женщина тут же поднялась на ноги.
— Я была неправа, оябун, — сказала женщина и глубоко поклонилась.
— Неправа? — вызверился очкарик, — Да ты, тварь, берега попутала!
Последовал новый удар. И опять «черный» ударил в полную силу. Миниатюрная японка на этот раз не упала, только покачнулась, видимо теперь была готова к удару и смогла удержаться на ногах. Но далее повела себя так же.
— Простите меня, оябун, — она не пыталась убегать или звать на помощь, стояла безропотно глядя в пол, — Я виновата. Я заглажу свою вину, оябун.
«Черный» продолжал избивать миниатюрную женщину и сыпать ругательствами, из которых я понимал только процентов двадцать. Видимо, специфический сленг японских людей в черном не входил в словарь японского языка, который я сегодня подгрузил при помощи артефакта.
Собственно, здесь и без словаря все понятно. Творится какой-то лютый средневековый беспредел. При этом ни бармен, ни остальные посетители клуба пальцем не пошевелили, чтобы этот беспредел хоть как-то остановить. А мне? Мне что делать? Первый порыв вскочить и вмешаться я пресек, как неконструктивный. Эти два мудака — крепкие мужики, скорее всего вооруженные. А помогать мне тут точно никто не будет.
Тетя Ева крепко вбила в меня никогда не влезать в чужую драку: «вступай в драку только тогда, когда это твоя драка, личная драка… помни, ввязываясь в драку, ты можешь получить увечья, тюремный срок и даже погибнуть. Ты должен осознавать, за что ты рискуешь здоровьем, свободой и самой жизнью»
Я отыскал в кармане ручку, наскоро перерисовал татуировку, набитую на шее очкарика, в карманный блокнотик. Этому меня тоже учила тетя Ева. Когда не знаешь, что делать, продолжай собирать факты и анализировать. Пока рисовал, немного успокоился и вспомнил еще одно наставление: «ищи неординарные решения. В девяноста процентах случаев ты можешь решить проблему другим способом. Включай голову!»
И я включил голову. Спокойно поднялся из-за столика, плавной и неспешной походкой дошёл до бармена.
— Уже уходите? — мрачно выдавил бармен положенную фразу.
  
— Хотел спросить про туалет и пароль от вай-фая.
Он показал мне дальний угол зала и дал квадратик, наподобие визитки с названием сети и паролем.
— А не подскажете, как зовут джентльмена за соседним от меня эээ… столиком?
— Его зовут господин Сетуро. А что, возникли какие-то проблемы? — когда бармен, побритый наголо как монах Шаолиня, поднял бровь, это было очень выразительно, — Поверьте, звонить в полицию бессмысленно. Просто идите по своим делам.