Программисты реальностей (СИ)
И на помощь пришли они совсем недавно, до этого тут совсем тяжело было. А теперь установили вроде как равновесие, хоть и шаткое. Если, например, серпенты силой решат взять планету, сотрут вконец их, если нужно и со всем нашим шариком. А пока те добывают им нужное руками самих людей, никто сверху права вмешиваться не имеет.
— Да это какая-то ерунда, — подумав, зло проговорил Ярослав. — Сколько времени рогландцы и серпенты жгли друг друга, никто не встревал, когда змеи тут творили что хотели, вплоть до катаклизмов, все было тихо. Даже когда по тайге плазма с орбиты прилетела, не сильно помогло их заступничество.
— Равновесие шаткое, правила размытые, ситуации разные, — тихо повторил волхв. Было видно, что и самому магу говорить такое было не по душе. Шансы есть у всех, — горько закончил он. — Вроде как.
— Именно что вроде как, — Ярослав сам не замечая начал распаляться. — А на деле совсем другое получается. Странные какие-то правила баланса. А что другие волхвы думают, что по общинам старейшины говорят? Может, все- таки и наши, — тут он почти зло сплюнул, — звездные собратья ответить соизволят.
Волхв задумчиво кивнул и промолчал, пребывая в своих мыслях.
— Дядь Радогор, — с упрямым запалом обратился к нему Ярослав, — скажи ты, чего туману нагнетать, что произошло у вас там, чую же: было что-то.
— Собрались мы, — ответил маг, — все как ты говоришь, с общин. И Рогландцы были. Раскола конечно не получилось, — подумав продолжил он, но… — тут он замолчал, дав додумать собеседнику
— А я думал, что вы…
— Я знаю, что ты думал, Яр, — уже громче произнес Радогор. — Уйдя из того мира, ты нашел душевный приют, людей по мировоззрению, дорожку к твоим вопросам. И тех, кто мудрее тебя, опытнее и знающее. И решил, что эта мудрость как маяк, на который нужно ориентироваться.
А ты забыл, о чем вам тут говорят с первого дня? Это лишь вешки, познавать нужно самому, иначе это не твое, а чужое развитие. Подсказать да, нужно, а вот ровняться нельзя ни на кого, хотя бы потому что все разные. Возьми хоть врагов наших.
Серпенты свои знания через века пронесли, все вселенские законы знают от и до, которым и вас здесь учат. Им целые народы поклонялись, а уж «мудрость змеи», понятие уже давно и везде примелькавшееся. И что? Стали они сострадательней и добрее? Или вон, маги Атлантов, что на услужении у них. По силе, многих колдунов земли распылят и не вспотеют. Веками тренируются. Стало мастерство эталоном добродетели? Да в обычной жизни таких примеров сколько угодно. Разве будет человек с совестью и честью на них смотреть?
Так и здесь, хоть и на одной стороне мы бьемся, за правду нашу, только самые мудрые и сильные из нас тоже немного люди. Может по знаниям стоят они повыше остальных, предел их совершенствования еще далек. И это радует.
Ты пойми, — уже тише продолжил он, — это нормальный ход вещей, ты не совершил ошибок сильных, только не забывай, на чем ты держался все это время.
Ярослав задумчиво посмотрел на колдуна.
— Какие бы ты высокие вершины не встретил на земле, — продолжил тот, — небо всегда выше, туда и тянись. Ты же что — такое помнишь?
Парень рассеяно кивнул.
— И все-таки, — протянул он чуть погодя, — возвращаясь к сегодняшнему дню, чего делать то будем? Нельзя это так оставлять.
— А мы и не оставим, — поднял голову Радогор, — зачем я на тебя это все вывалил. Скоро битва начнется, серьезная, а перед этим успеть ты должен второе посвящение пройти. Но прежде просьба будет, ко всем вам, кто тут собрался из молодых. Добровольцы пойдут с Добрынем и еще парой старших туда, не знаю куда, принести то, непонятно что. И там придется располагать своими силами, и думать тебе, ни на кого не ровняясь.
— Серьезно? Прям вот так?
— Почти, — усмехнулся волхв. — Скоро поедем в Дубовый, кто соберется. А оттуда в одно укромное место. Нужно достать кое — что спрятанное перед грядущими событиями.
Глава 20
А чем ты занимался, пока не дошел до нас? — спросила девушка, сидевшая рядом с Ярославом возле края обрыва.
У нее были роскошные каштановые волосы, сплетенные в косу, серые озорные глаза, и приятный бархатный голос. Ростом около метра восьмидесяти, она не сильно по внешности выделялась среди девчонок Дубового. Но не для Ярослава. Одетая в расшитое льняное платье, или сарафан, тут Яр откровенно «плавал» в их видах, фигурка все равно притягивала взгляд почти любого мужчины. Еще она умела слушать и была отличным собеседником.
Ярославу же просто было с ней спокойно и комфортно. Он не пытался заигрывать с ней или намекать на что-то откровенное. С Ксенией парень почему-то мог спокойно отдыхать душой, просто находясь рядом. Уже две недели, как они прибыли в поселение. И все свое время, свободное от домашних хлопот, девушка проводила вместе с ним. Когда он был свободен от помощи по хозяйству у Антона Федоровича и тренировок.
— Да как тебе сказать, — задумчиво протянул парень, — вроде много чем, а сейчас смотрю назад и понимаю, что ерундой на постоянной основе занимался.
— Вот зачем ты так говоришь, — ручейком зазвенел ее голос, — Белослав, например, говорил, что все жизни нас чему-то, да учат. Значит тоже нужны, просто сразу не видно.
— Ага, я тоже такое помню, — улыбнулся он. — Раз всего пять, кажется, за первый месяц я тогда это слышал.
— А там остался у тебя кто-нибудь, жена прошлая, или детишки?
Ярослав отрицательно помотал головой: Неа, один раз официально был женат, да разошлись через год, правда спокойно, по обоюдному. Неофициальных, конечно, больше было. А детей нет. Было видно, что продолжать разговор на эту тему ему не сильно приятен. От девушки это не укрылось.
— А чем ты занимался в городе, когда там жил? — продолжила она.
— Не поверишь, аж менеджером по продажам. — улыбнулся он. — Редкая и востребованная профессия.
Ксения засмеялась, оценив шутку.
— А если серьезно?
— Серьезно, работал только недолго. После армейки по больницам санитаром подрабатывал, в медицину хотел идти. Потом передумал, решил с железом возиться. Админом начинал по разным конторам, потом сисадмином уже. Компы собирал, софты ставил.
— А в медицину чего не пошел?
— Много людей в одном месте, некомфортно мне. Отстраняться я умею, но все время в напряжении жить, да ну это. Да и врачом вряд ли я стал бы. Там «гореть» нужно, любить это дело. А в современной медицине быстро перегорают быстро даже те, кому прямо на роду написано этим заниматься. Так что я ушел от столпотворения к тихому гудению железа.
— А на высшее поступал?
— Ага, даже отучился два года на техническом.
— А потом…?
— А потом я решил, что терпеть выходки чудаков на букву м, которые решили, что они местечковые боги из деканата, того не стоит. Долгая история, — вздохнул он. — Я и руками много чего умею, родители научили. И заказы были постоянно по компьютерам. Решил, что не пропаду.
Два человека сидели недалеко от края обрыва, под раскидистым дубом и молчали. И это никого не напрягало. Девушка о чем-то тихо думала, а Ярослав просто расслаблено сидел, прикрыв глаза.
— Чего мы все обо мне, да обо мне, — проговорил он. — Расскажи лучше о себе. За те пару дней, что я гостил у вас, мы так и не поговорили толком. Мне удалось только оценить твою готовку.
Она немного засмущалась, покраснев.
— И как тебе, хоть немного понравилось?
Он с доброй усмешкой тронул ее за плечо.
— Да ты чего? Я такого никогда не ел, потрясающее. Даже не думай по-другому.
Ксения засмущалась еще больше: Мы очень рады что тебе понравилось. Мама у меня большая мастерица по готовке. И вообще по дому. Я так, только на подхвате у нее.
Ярослав отметил про себя, что еще не встречал в общинах не мастериц. То, что сейчас в обычном обществе встретишь не часто, здесь норма. Яр не видел у людей в ведических общинах бардака, запущенного хозяйства, покосившихся построек и тому подобных явлений, которые часто можно увидеть в простых деревнях или поселках. Здесь люди не знали недоделок или слова «халтура». И это считалось нормальным, по-другому просто не знали и не умели.